Егор Копейкин

Егор Копейкин

Гвардейский барабанщик начала XIX века; служил в Измайловском полку и музыкальном окружении великого князя Константина Павловича, а в 1812–1813 годах обучал барабанщиков Финляндского батальона. С его именем связана сохранившаяся рукопись «Егерские бои барабана».

Деятельность

военный музыкант, барабанщик

Егор Копейкин (годы жизни не установлены) — русский гвардейский барабанщик и военный музыкант начала XIX века. Его служебный путь был связан с Лейб-гвардии Измайловским полком, музыкальным штатом великого князя Константина Павловича и Лейб-гвардии Конным полком. В конце 1812 — начале 1813 года Копейкина направили в формировавшийся Финляндский батальон обучать выбранных нижних чинов барабанной службе.

С именем Копейкина связана рукопись «Егерские бои барабана, посвящено великому князю Константину Павловичу музыкантом Копейкиным», хранящаяся в Архиве Санкт-Петербургского института истории РАН. Официальная опись датирует её первой четвертью XIX века и фиксирует объём в 17 листов. Архивное описание подтверждает связь рукописи с Копейкиным, но само по себе не доказывает, что он сочинил записанные в ней сигналы: военные барабанные бои были элементом регламентированной службы, а музыкант мог их исполнять, преподавать и фиксировать письменно.

Мушкетёрский барабанщик, 1802–1803 годы. Сравнительное изображение строевого музыканта времени ранней службы Копейкина.

Источники и пределы реконструкции

Биография Копейкина восстанавливается не по единому послужному списку, а по нескольким разнородным комплексам документов.

Наиболее надёжное прямое свидетельство о его службе относится к 1812–1813 годам. Ф. Я. Ростковский, описывая создание Финляндского батальона, называет Копейкина барабанщиком Лейб-гвардии Конного полка и сообщает, что ему поручили подготовку барабанщиков новой части.

Вторая опора — официальное архивное описание рукописи «Егерские бои барабана». Оно устанавливает название, датировку, объём и материальные признаки дела, но не раскрывает содержание всех семнадцати листов и не заменяет изучения самого оригинала.

Сведения о службе Копейкина до 1812 года происходят главным образом из опубликованных исследовательских выписок из фонда 539 Российского государственного исторического архива — Придворной канцелярии великого князя Константина Павловича. Фонд охватывает 1783–1836 годы и содержит дела о личном составе, формулярные списки, списки служащих, книги прихода и расхода, распоряжения об определении на службу и жалованье. Выписки передают отдельные сведения из этих дел, но не воспроизводят документы полностью; их состав и контекст ограничивают подробность реконструкции службы.

Дата и место рождения Копейкина, его происхождение, семейное положение, точная дата увольнения и дата смерти пока не установлены.

Служба в Измайловском полку

Самая ранняя известная служебная связь Копейкина относится к Лейб-гвардии Измайловскому полку. В начале XIX века барабанщики и флейщики составляли многочисленную часть полковой звуковой службы и учитывались отдельно от собственно полкового музыкального хора. Штат, утверждённый 29 декабря 1802 года, предусматривал 11 музыкантов, 39 барабанщиков и 24 флейщика.

В опубликованных выписках из документов РГИА Копейкин назван барабанщиком роты капитана Алексея Кузьмича Шебуева. Исключение из списков Измайловского полка датировано февралем 1803 года. Эта запись относится к полковому учёту. Она не раскрывает точную юридическую форму перехода в музыкальный штат Константина Павловича: в доступных выписках не приведён полный текст соответствующего распоряжения.

Поступление ко двору Константина Павловича

По опубликованным архивным выпискам, 28 июня 1802 года Копейкин и другой измайловец, Тимофей Мездрюков, были приняты ко двору великого князя Константина Павловича как музыкантские ученики.

В выписках Копейкин сначала проходит как музыкантский ученик, а в документах следующего года — как музыкант. Эта последовательность подтверждает изменение его обозначения внутри придворного коллектива; точное содержание статуса «ученика», программу обучения и юридическую форму перехода без оригиналов дел реконструировать нельзя.

Музыкант гренадерского полка, 1797–1801 годы. Изображение передаёт общий облик полкового музыканта рубежа XVIII–XIX веков.

Опубликованные выписки из расходных документов показывают неоднородный состав музыкального коллектива: рядом с бывшими полковыми нижними чинами упоминаются инструменталисты разных специальностей и приглашённые иностранные музыканты; размеры содержания различались. До сверки расходных книг по оригиналам корректнее фиксировать сами различия выплат, не строя на них подробную реконструкцию внутренней иерархии.

Связь с Конной гвардией

На первый взгляд обозначение Копейкина как барабанщика Лейб-гвардии Конного полка выглядит противоречиво: в тяжёлой кавалерии строевые сигналы подавали прежде всего трубачи, а особую церемониальную роль играл литаврщик. Объяснение связано с положением музыкального штата Константина Павловича.

В начале XIX века великий князь был шефом Лейб-гвардии Конного полка и одновременно содержал собственный музыкальный коллектив. По опубликованным выпискам, в августе 1802 года 26 музыкантов его двора были причислены к Конной гвардии для службы. Поэтому формальная полковая принадлежность музыканта не обязательно совпадала с обычной специальностью кавалерийского сигнальщика.

Рядовой Лейб-гвардии Конного полка, 1802–1803 годы. Форма части, с которой оказался связан Копейкин.

В рассказе о формировании Финляндского батальона Ростковский прямо называет Копейкина барабанщиком Лейб-гвардии Конного полка. Это подтверждает его полковую принадлежность на момент командировки. Связь этого назначения с причислением придворных музыкантов к Конной гвардии в 1802 году остаётся объяснением, основанным на сопоставлении свидетельств; отдельный приказ о зачислении самого Копейкина здесь не опубликован.

Командировка в Финляндский батальон

В конце 1812 — начале 1813 года при формировании Финляндского батальона потребовалось подготовить собственных барабанщиков. Ростковский сообщает, что по высочайшему распоряжению туда был командирован барабанщик Лейб-гвардии Конного полка Копейкин, которому поручили обучение выбранных людей. Позднее в батальон назначили также двух флейщиков и восемь барабанщиков из учебного батальона.

Лейб-гвардии Финляндский полк в кампаниях 1812–1814 годов. В формировавшийся Финляндский батальон Копейкин был направлен как инструктор барабанщиков.

Эпизод показывает, что подготовка строевых музыкантов считалась самостоятельной служебной задачей. Барабанщика требовалось обучить не только технике игры, но и установленным сигналам, порядку их применения и действиям в строю. К 1812 году Копейкин обладал достаточным опытом, чтобы ему доверили обучение других нижних чинов.

Егерские бои барабана

Архив СПбИИ РАН описывает дело № 375 в коллекции Н. П. Лихачёва (колл. 238, оп. 1) как «Егерские бои барабана, посвящено великому князю Константину Павловичу музыкантом Копейкиным». Рукопись датирована первой четвертью XIX века; она состоит из 17 листов формата 4° и хранится в папке с кожаным корешком и наклейкой с тиснёной золотом надписью. Описание помещено на страницах 66–67 описи; указанная там датировка относится к рукописи, а не к времени возникновения каждого записанного боя.

Слово «бои» в данном контексте обозначает установленные барабанные сигналы и ритмические формулы, применявшиеся в строевой службе. Их назначение состояло не в концертном исполнении: они передавали команды, сопровождали построения, марши, лагерный распорядок и церемонии.

Штаб-валторнист егерского полка, 1797–1801 годы. Сравнительный материал по сигнальной службе егерских частей рубежа XVIII–XIX веков.

Формулировка описи связывает рукопись с музыкантом Копейкиным и её посвящение — с Константином Павловичем. При этом в самой записи приведена фамилия без имени; тождество названного в описи музыканта с Егором Копейкиным требует независимого подтверждения. Без изучения дела нельзя установить, записан ли весь текст одной рукой, пользовался ли составитель готовым образцом и когда состоялось посвящение. Поэтому архивное описание не даёт оснований ни приписывать Копейкину сочинение сигналов, ни объявлять доказанным отсутствие его участия в обработке записи.

В опубликованной исследовательской репродукции, связываемой с этим делом, видна нотированная запись ритмических формул. Если соответствие репродукции делу № 375 подтвердится, рукопись позволит изучать строевую практику начала XIX века не только по словесным предписаниям, но и по зафиксированному ритмическому рисунку.

Опись не перечисляет отдельные сигналы: 17 листов обозначают объём единицы хранения, а не число барабанных боёв. Датировка папки XIX веком также не устанавливает точную дату нотной записи. По одной описи нельзя считать рукопись автографом или доказывать её первенство среди русских военно-музыкальных памятников. Свидетельство Ростковского о преподавании Копейкина не называет эту рукопись пособием Финляндского батальона; её использование в обучении и датировка именно временем командировки не установлены.

Профессиональная среда барабанщика

Барабанщик гвардейской пехоты был строевым специалистом. Он участвовал в повседневном распорядке полка, построениях, разводах, марше и церемониях; в боевой обстановке сигналы помогали передавать команды. Флейщики дополняли барабанщиков, а собственно полковой хор составлял отдельную группу музыкантов.

Опытные барабанщики могли становиться наставниками. Именно в этом качестве Копейкин появляется в наиболее надёжном биографическом эпизоде: его направили не просто играть при новой части, а организовать обучение других.

Случай Копейкина показывает сочетание нескольких видов музыкальной службы в одной биографии: полковой принадлежности, связи с придворным коллективом и обучения барабанщиков. Он не позволяет сам по себе судить о том, насколько обычным был такой путь для других нижних чинов.

Дальнейшая судьба

После командировки в Финляндский батальон след Копейкина в доступных опубликованных источниках теряется. В материалах о массовом увольнении музыкантов двора Константина Павловича в 1820–1821 годах его имя в опубликованном перечне не обнаружено. Поэтому нельзя уверенно утверждать ни продолжение его службы до этого времени, ни увольнение вместе с другими музыкантами.

Не установлены также дата и место его смерти. Дальнейшая реконструкция биографии зависит прежде всего от сверки дел фонда 539 РГИА, полковых приказов и возможных формулярных или расчётных документов.

Значение

Историческое значение биографии Копейкина связано не с высоким воинским чином, а с повседневной профессиональной службой: через его карьеру прослеживаются профессиональная подготовка нижних чинов, переход музыкантов между полком и двором, устройство гвардейской музыкальной службы и практика обучения барабанщиков.

Сопоставление свидетельства о преподавании с рукописью «Егерские бои барабана» ставит вопрос о соотношении практического обучения и письменной фиксации репертуара. Однако связь конкретной рукописи с биографией Егора Копейкина ещё требует подтверждения.

Связанные темы подробно рассматриваются в статьях Музыканты двора великого князя Константина Павловича, Музыкальная служба Лейб-гвардии Конного полка в начале XIX века, Музыкальная служба Лейб-гвардии Измайловского полка в начале XIX века, Барабанщики и флейтщики русской гвардии начала XIX века и Военная музыка и сигналы русской армии XVIII–XIX веков.

Хронология

• до июня 1802 года — по опубликованным выпискам, служба в Лейб-гвардии Измайловском полку;
• 28 июня 1802 года — по опубликованным выпискам, принят ко двору Константина Павловича музыкантским учеником;
• февраль 1803 года — по опубликованным выпискам, исключён из списков Измайловского полка;
• 1803 год — в опубликованных выписках из документов двора назван музыкантом;
• конец 1812 — начало 1813 года — командирован в Финляндский батальон для обучения барабанщиков;
• первая четверть XIX века — датировка рукописи «Егерские бои барабана» в архивной описи; точное место её составления в служебной хронологии не установлено;
• дальнейшая служба и судьба — не установлены.

Источники и литература

1. Архив СПбИИ РАН. РС. Колл. 238. Оп. 1. Д. 375. Егерские бои барабана, посвящено великому князю Константину Павловичу музыкантом Копейкиным.
2. Российский государственный исторический архив. Ф. 539. Придворная канцелярия великого князя Константина Павловича. Оп. 1.
3. Ростковский Ф. Я. История Лейб-гвардии Финляндскаго полка. Отд. 1. СПб., 1881. С. 227.
4. Зноско-Боровский Н. А. История Лейб-гвардии Измайловского полка. 1730–1880. СПб., 1882.
5. Анненков И. В. История Лейб-гвардии Конного полка. 1731–1848. СПб., 1849. Ч. 1. Президентская библиотека.
6. Государственный исторический музей. Константин Павлович.
7. Черток М. Д. Русская военная музыка первой половины XIX века. Развитие военно-музыкантской службы: автореф. дис. СПб., 2017.
8. Черток М. Д. Служба музыкантов в Русской армии (первая половина XIX века). М.: Канон-плюс, 2020.
9. Черток М. Д. Ордонанс гауз. Свод законов о военной музыке. М.: Канон-плюс, 2019.