Перейти к содержанию

Самосбывающееся пророчество

Материал из Энциклопедия История. Главное
Самосбывающееся пророчество
Толпа вкладчиков перед зданием закрытого банка
Вкладчики у закрытого American Union Bank в Нью-Йорке, 26 апреля 1932 года. Национальные архивы США

Ожидание, которое через вызванное им поведение способствует собственному осуществлению

Область
Социология; социальная психология; экономика; исследование прогнозирования
Период
Термин предложен в 1948 году
Разновидность
Общее понятие

Самосбывающееся пророчество, или самоисполняющееся пророчество, — общественный процесс, при котором ожидание меняет поведение людей и тем самым способствует осуществлению ожидаемого события. Термин предложил Роберт Кинг Мертон в 1948 году. В исходном определении представление сначала ошибочно, а последующие действия делают его верным.[1]

Механизм связывает представление о будущем с действиями в настоящем. Опасение банковского краха может вызвать массовое изъятие вкладов; мнение преподавателя о способностях ученика может изменить доступную ему помощь и задания; сведения о популярности могут повлиять на новые выборы. Причинный вклад ожидания исследуют отдельно от точности первоначальной оценки.[2]

Эта проблема важна для науки о прогнозировании. Обнародованный прогноз становится частью изучаемого мира: люди могут приблизить ожидаемый исход, предотвратить его или изменить то, что исследователь измеряет. В психоистории Айзека Азимова она получает художественное выражение в требовании ограничивать знание конкретных предсказаний. В действительных социальных науках исследуют условия, при которых реакция на прогноз поддаётся объяснению и проверке.

От теоремы Томаса к определению Мертона

Смысл ситуации влияет на действие

В книге Уильяма Айзека Томаса и Дороти Суэйн Томас «Ребёнок в Америке» (The Child in America, 1928) появилась формула, позднее получившая название теоремы Томаса: «If men define situations as real, they are real in their consequences» — «Если люди определяют ситуации как реальные, они реальны по своим последствиям» (перевод для этой статьи). Её смысл состоит в том, что люди действуют на основании воспринимаемой ситуации, а их действия имеют действительные последствия.[3]

Представление может быть ошибочным, частично верным или вполне точным. Например, решение избежать места, которое человек считает опасным, изменяет его маршрут независимо от достоверности оценки. Поэтому теорема Томаса имеет более широкий смысл, чем самосбывающееся пророчество: она связывает определение ситуации с последствиями, не утверждая, что всякое убеждение обязательно осуществится.

Мертон отдельно пояснял, что слово «теорема» здесь не обозначает математического доказательства. Это название общего социологического положения. В статье 1995 года он также рассматривал историю авторства формулы и её закрепления в научной памяти. Библиографически она относится к совместной книге двух Томасов; вопрос о личном вкладе в конкретную формулировку Мертон обсуждал по переписке и другим документам.[4]

Что добавил Мертон

Формула Мертона «a false definition of the situation» — «ложное определение ситуации» — подчёркивает исходную ошибку. Если банк уже разорён, верное предвидение его закрытия само по себе не является таким пророчеством.[1]

Мертон иллюстрировал механизм притчей о вымышленном Last National Bank: слух о неплатёжеспособности вызывает изъятие вкладов, разрушающее прежде устойчивый банк. Он рассматривал также дискриминацию, которая создаёт поведение, принимаемое затем за подтверждение предубеждения.[1]

Впоследствии выражение стали применять шире — к ожиданиям, которые усиливают вероятность собственного осуществления, даже если они не были строго ложными. Майкл Биггс в главе «Самосбывающиеся пророчества» предлагал сохранять достаточно узкое определение, позволяющее отличать этот механизм от любых последствий человеческих убеждений. Иначе понятие теряет исследовательскую определённость: почти всякое целенаправленное действие можно было бы назвать осуществлением ожидания.[2]

Как работает самосбывающийся механизм

Между ожиданием и исходом находятся действия

Ожидание приобретает причинную силу через конкретное поведение. Учитель распределяет время, вопросы и обратную связь; вкладчик подаёт распоряжение о снятии денег; пользователь выбирает уже поддержанный проект. Затем меняются возможности другого участника, доступные ресурсы или положение учреждения. Последний этап — восприятие результата как подтверждения начального мнения. Именно промежуточные действия позволяют проверить объяснение.[5]

В метаанализе Моники Харрис и Роберта Розенталя 1985 года были рассмотрены 135 исследований и 31 категория поведения, способного опосредовать эффекты ожиданий. Авторы выделяли, в частности, эмоциональный климат, обратную связь, объём предоставляемого материала и возможности отвечать. Это переводило разговор об «ожидании» в наблюдаемые условия взаимодействия: имеет значение то, как человек обращается с другим, а не одно лишь наличие мысли в его голове.[5]

Тому, на кого направлено ожидание, не всегда сообщают его содержание. Он может столкнуться только с изменившимся отношением: более коротким разговором, дополнительной помощью или ограничением выбора. Обратная связь действует и без явной фразы «от тебя ждут неудачи». Но если ожидание не меняет ни действия, ни условия, причинная цепочка остаётся недоказанной.

Порог и коллективное усиление

В некоторых ситуациях решение зависит от того, сколько людей уже поступили таким же образом. Марк Грановеттер в статье «Пороговые модели коллективного поведения» (1978) исследовал модели такого рода. Порогом служит число или доля других участников, после которых человеку становится выгодно или приемлемо присоединиться. Разные распределения порогов при одинаковом среднем могут давать разные коллективные результаты.[6]

Простой учебный пример — пять участников с порогами 0, 1, 2, 3 и 4. Первый действует сам, второй присоединяется после первого, затем вступают остальные. Если заменить порог второго с 1 на 2, цепочка остановится на первом участнике: следующему пока не хватает примера других. Здесь изменилось одно число, а результат — с пяти участников до одного. Это условный расчёт, иллюстрирующий устройство модели, а не измерение поведения определённой группы.[6]

Пороговые модели объясняют, почему распространение ожидания может идти скачками и почему знание индивидуальных склонностей не всегда достаточно для прогноза. Самосбывающееся ожидание возможно при подходящей структуре взаимодействий, но возникновение каскада требует определённых условий. В рассмотренных моделях ход каскада определяется распределением порогов и последовательностью действий участников.

Банковская паника: модель и историческая проверка

Почему разумное индивидуальное решение может ухудшать общий результат

Банк обычно предоставляет вкладчикам возможность относительно быстро получить деньги, одновременно размещая часть средств в более длительных и менее ликвидных активах. В модели Дугласа Даймонда и Филипа Дибвига 1983 года такое посредничество полезно: оно позволяет учитывать непредвиденную потребность отдельных людей в средствах. Но договоры одновременно создают уязвимость к согласованному изъятию вкладов.[7]

Если вкладчик ожидает, что остальные подождут, ему может быть выгодно сохранить вклад. Если он ожидает массового изъятия средств, становится выгодно успеть раньше других. В определённых условиях модели возможны разные равновесия: обычное выполнение договоров и разрушительная паника. Плохой исход возникает из взаимно согласованных ожиданий и действий, хотя каждому участнику его решение представляется защитой собственных интересов.[7]

Даймонд и Дибвиг показали, как в заданных ими условиях страхование вкладов способно устранить стимул к паническому изъятию. Модель выделяет паническое изъятие как отдельный источник неустойчивости. Действенность гарантии в этой постановке связана с её условиями и доверием вкладчиков.[7]

Что показали данные о 3984 случаях

Сержиу Коррейя (Sergio Correia), Штефан Лук и Эмиль Вернер в работе «Банковские паники с банкротством банка и без него» (2026) исследовали 3984 случая изъятия вкладов в США за 1863–1934 годы. Базу составляли с применением обработки исторических газет и больших языковых моделей. Авторы сопоставляли сведения о паниках с финансовым положением банков и последующими последствиями.[8]

Паники чаще возникали у слабых банков, но затрагивали и сильные. Однако банкротством они обычно заканчивались там, где показатели уже были неблагополучны. Более устойчивые банки переживали изъятие вкладов благодаря межбанковской поддержке, демонстрации прочности и временному ограничению операций. Более тяжёлые последствия для вкладов, кредитования и местного производства также были связаны прежде всего с паниками в слабых банках.[8]

Авторы считают эти результаты ограничением для представления о том, что малый шок легко превращает здоровый банк в жертву самоподдерживающейся паники. Работа не отменяет логической возможности механизма Даймонда — Дибвига. Она меняет оценку его исторической роли и показывает, почему теоретическую возможность необходимо сопоставлять с состоянием реальных учреждений. Вывод относится к исследованным данным и способам измерения, а сам доклад 2026 года сохраняет статус рабочей публикации.[8]

Устройство информации тоже меняет результат

Стивен Моррис и Хён Сон Шин в модели валютных атак 1998 года показали, что результат существенно зависит от того, что участники знают о положении экономики и о знаниях друг друга. В их постановке небольшая индивидуальная неопределённость относительно фундаментальных показателей приводит к единственному равновесию там, где модель с общим знанием допускает множественность. В этой модели структура информации определяет устойчивость равновесия наряду с экономическими условиями.[9]

В статье «Общественная ценность публичной информации» (2002) Моррис и Шин рассматривали участников, которым важно как учитывать действительное положение дел, так и согласовывать действия друг с другом. При наличии независимой частной информации дополнительный публичный сигнал в их модели может иметь неоднозначные последствия для общественного благосостояния. Результат связан с сочетанием частной информации и стимула к координации. Публичное сообщение в этой постановке помогает ориентироваться в событиях и одновременно согласовывать действия.[10]

Ожидания учителя и эффект Пигмалиона

Опыт Розенталя и Джейкобсон

Роберт Розенталь и Ленор Джейкобсон провели в 1965 году опыт в начальной школе: преподавателям сообщили, что у некоторых учеников якобы выявлен потенциал особенно быстрого интеллектуального развития. Эти дети были выбраны случайно, а название предъявленного учителям специального теста служило прикрытием. В 1968 году исследователи изложили результаты в книге «Пигмалион в классе» и одноимённой статье.[11]

Замысел отделял действительные исходные способности от информации, полученной учителями: назначение в группу перспективных учеников не определялось настоящим результатом диагностического отбора. Авторы сообщили о преимуществах в последующих показателях интеллектуального развития. Эффект Пигмалиона стал известным примером того, как отношение значимого взрослого может влиять на достижения ребёнка.[11]

В последующих проверках исследовали зависимость эффекта от возраста детей, измерительного инструмента, исходного знакомства учителя с учениками и действенности сообщённой ему информации. Величина и устойчивость воздействия стали отдельными предметами экспериментальных исследований и метаанализов.[12][13]

Что добавили метаанализы и критические обзоры

Стивен Рауденбуш в 1984 году обобщил 18 экспериментов, исследовавших влияние вызванных у учителей ожиданий на показатели IQ учеников. Его гипотеза состояла в том, что преподаватель, уже хорошо знающий детей, меньше изменит своё отношение из-за искусственно сообщённой оценки. Данные поддержали эту зависимость: чем лучше учитель был знаком с учениками при введении экспериментальной информации, тем меньше оказывалось воздействие.[12]

Ли Джассим и Кент Харбер в обзоре 2005 года подвели итоги 35 лет исследований. Они признавали существование самосбывающихся эффектов в классе, но подчёркивали, что обычно те невелики, слабо накапливаются и иногда со временем ослабевают. Более выраженное воздействие обнаруживалось в отдельных условиях, в том числе среди учеников из стигматизированных групп. Авторы также указывали на неопределённость выводов о влиянии на интеллект и соотношении положительных и отрицательных последствий.[13]

Джассим и Харбер выделяют точность ожиданий: учитель нередко верно оценивает уже существующие знания и затруднения, поэтому его прогноз связан с последующей успеваемостью. В обзоре различаются исходная осведомлённость преподавателя и дополнительное влияние его отношения на ученика.[13]

Можно ли изменять практику преподавания

В 2015 году Кристин Руби-Дэвис и соавторы опубликовали исследование вмешательства, направленного на внедрение практик преподавателей с высокими ожиданиями. Это была рандомизированная проверка изменения работы учителей, а не только сообщения им искусственной оценки детей. В экспериментальных классах математические достижения выросли больше, чем в контрольных.[14]

Такой подход помогает перейти от общего призыва «верить в ученика» к проверке организации обучения. Но вмешательство включает совокупность педагогических действий. Приписывать весь результат одной внутренней установке учителя без дополнительного анализа было бы чрезмерным упрощением. Практическая ценность исследования состоит в проверке изменяемых условий, при которых ученики получают больше возможностей для успешной работы.[14]

Межличностное взаимодействие и поведенческое подтверждение

Разговор может создать подтверждение первого впечатления

Марк Снайдер, Элизабет Танке и Эллен Бершайд в исследовании 1977 года изменяли представление мужчин о внешней привлекательности собеседниц перед разговором по телефону. Женщины не знали об этих представлениях; использованная информация не отражала их действительную внешность. При ожидании привлекательной собеседницы взаимодействие складывалось иначе, и женщины демонстрировали больше дружелюбия и общительности.[15]

Это пример поведенческого подтверждения: ожидание первого человека влияет на его обращение со вторым, а ответ второго начинает соответствовать ожиданию. Исследователь наблюдает изменение самого взаимодействия. Измеренным результатом стало поведение в конкретном телефонном взаимодействии.[15]

Эксперимент с собеседованием

Карл Уорд, Марк Занна и Джоэл Купер в 1974 году исследовали невербальную передачу ожиданий в ситуации приёма на работу. В первом эксперименте белые интервьюеры иначе обращались с чернокожими соискателями: различались, в частности, дистанция и продолжительность разговора. Во втором эксперименте подготовленные интервьюеры воспроизводили обнаруженные различия в обращении уже с белыми соискателями.[16]

Участники, с которыми обращались по образцу менее благоприятного первого интервью, выглядели более напряжёнными и получали худшую оценку выступления. Последовательность двух опытов позволяла проверить промежуточное звено — воздействие самого обращения. Речь шла об успешности поведения в конкретном интервью, а не о доказанном различии профессиональных способностей. Поэтому наблюдатель, судящий только по конечному выступлению, мог принять результат ситуации за исходное свойство человека.[16]

Ожидания внутри семьи

Стефани Мэдон и соавторы в 2008 году исследовали предполагаемые самосбывающиеся эффекты материнских представлений об употреблении алкоголя детьми. В двух продольных выборках было 486 и 287 пар «мать — ребёнок». Авторы прослеживали несколько возможных механизмов, включая представление подростка о собственном будущем поведении.[17]

Результаты поддержали посредническую роль самооценки ребёнком вероятности своего будущего употребления. Но продольное наблюдение отличается от случайного распределения экспериментального воздействия: оно требует предпосылок о неучтённых причинах и направлении зависимостей. Ценность работы — в проверке определённого промежуточного процесса на длительных данных, а не в доказательстве того, что опасение родителя неизбежно создаёт соответствующий исход.[17]

Популярность, репутация и накопление преимущества

В полевых экспериментах Арнаута ван де Рейта и соавторов, опубликованных в 2014 году, исследователи случайным образом предоставляли начальную поддержку участникам действительных интернет-площадок. Изучались финансирование проектов, оценки, награды и подписи под петициями. Случайное назначение поддержки позволяло отделить её воздействие от первоначального качества или таланта получателя.[18]

В исследовании краудфандинга последующую поддержку получили 39 % проектов контрольной группы и 70 % проектов экспериментальной группы. В каждом из четырёх изученных контекстов начальное преимущество увеличивало вероятность дальнейшего успеха. Однако дополнительная начальная поддержка давала убывающую отдачу: увеличение преимущества не вело к пропорционально возрастающему расхождению результатов.[18]

Это различие существенно для понятия самосбывающегося пророчества. Накопление преимущества может начаться с действительной первой награды или пожертвования, без первоначально ложного утверждения. Оно показывает, как сведения о выборе других меняют последующий выбор. Ожидание и успех способны усиливать друг друга, но такие процессы не полностью совпадают с узким определением Мертона и не доказывают безграничного разрастания любой случайной удачи.[18]

Когда теория участвует в создании своего объекта

Дональд Маккензи в книге «Двигатель, а не камера» (An Engine, Not a Camera, 2006) исследовал, как финансовые модели входят в устройство самих рынков. Согласно его историко-социологическому анализу, теория может влиять на способы торговли, инструменты, расчёты и представления участников о допустимых операциях. Модель приобретает практическое действие через использование в учреждениях и повседневных решениях.[19]

Такое воздействие обычно обозначают более широким понятием перформативности. Теория становится частью процессов, которые описывает. Для этого ей необязательно начинаться с ложного предсказания и затем буквально его осуществлять. Значение работы Маккензи для темы состоит в историческом исследовании связи между научным описанием, применением расчётов и изменением общественной практики.[19]

В статье «Перформативное прогнозирование» (Performative Prediction, 2020) Хуан Пердомо, Тияна Зрнич, Селестин Мендлер-Дюннер и Мориц Хардт формализовали задачу машинного обучения, в которой применение модели меняет распределение будущих данных. В качестве простого примера они рассматривали кредитную оценку: повышенный прогноз риска может привести к более высокой ставке, которая сама увеличит трудность выплаты долга.[20]

Авторы исследовали условия, при которых последовательное переобучение сходится к устойчивому состоянию. Это позволяет ставить вопрос точнее: хорошо ли модель работает в обществе, которое уже реагирует на её применение? Её результат проверяют на данных, возникающих после вызванных ею решений. Такая постановка показывает возможность математически исследовать отдельные петли обратной связи, сохраняя явные предпосылки и ограничения модели.[20]

Алгоритм может усиливать и ошибку измерения

Даниэль Энсайн и соавторы в работе «Неуправляемые петли обратной связи в прогнозировании преступности» (2018) анализировали систему, которая направляет полицию на основании ранее обнаруженных правонарушений. Больше направленных сотрудников может означать больше обнаруженных случаев; эти случаи затем снова служат основанием для распределения сотрудников. Возникает зависимость наблюдаемого показателя от прежнего решения системы.[21]

Авторы построили математическую модель, показали возникновение такой петли и предложили изменение входных данных, позволяющее её ограничить. В их постановке действительное число событий, обнаружение событий и попадание сведений в данные образуют разные звенья.[21]

Здесь прогноз может выглядеть подтверждённым даже при преимущественном изменении измерения. Дополнительное наблюдение находит больше того, что и раньше оставалось незамеченным. Это иной случай, чем создание нового поведения объекта. Для объяснения требуется установить, какой участок причинной цепочки изменился: сами события, доступ исследователя к ним или процедура записи результата.

Как доказать, что ожидание стало причиной

Три объяснения одинакового совпадения

Совпадение ожидания и исхода допускает по меньшей мере три объяснения. Первое — точное предвидение: исследователь верно распознал уже существующие причины. Второе — общая причина: одни обстоятельства вызвали и ожидание, и событие. Третье — причинное воздействие ожидания через последующее поведение. Эти объяснения могут сочетаться; задача исследования состоит в оценке их вклада.[13][2]

Поэтому необходимо знать, что было измерено до появления ожидания и что произошло после него. В школьном опыте случайный выбор «перспективных» учеников отделял сообщение учителю от настоящего диагностического отбора. В исследовании первоначального успеха случайное пожертвование отделяло поддержку от исходного качества проекта. В обоих случаях важна конструкция сравнения, а не одна убедительная история об удаче или неудаче.

Контрфактическое сравнение

Причинный вопрос можно выразить через сравнение двух возможных исходов: что случилось бы при воздействии ожидания и что случилось бы без него? Одному и тому же человеку в один момент нельзя одновременно предъявить оба условия. Поэтому исследователь строит обоснованную замену такого сравнения — с помощью случайного распределения, наблюдательных данных или иной подходящей исследовательской схемы.[22]

Рандомизация не решает всех вопросов: участники могут влиять друг на друга, по-разному выполнять условия или выбывать из наблюдения. Для наблюдательных исследований особенно существенны общие причины ожидания и исхода. Например, родительское опасение может учитывать раннее поведение ребёнка, ещё не полностью отражённое в анкете. Продольная последовательность сама по себе не устраняет такую возможность.[22]

Исследователь сопоставляет начальное ожидание, вызванные им действия, измеряемый результат и условия контрольного наблюдения. Затем оценивает величину эффекта и диапазон ситуаций, в которых он сохраняется. Распределение индивидуальных реакций исследуют отдельно от среднего воздействия.

Самосбывающееся и предотвращённое предсказание

Прогноз может менять будущее в противоположных направлениях. Предупреждение о возможной аварии вызывает проверку, после которой аварии не происходит. Опасение дефицита вызывает дополнительные покупки, которые ускоряют исчерпание запаса. Оба случая здесь приведены как условные примеры причинной логики: направление обратной связи определяется действиями, ресурсами и исходными условиями.

Поэтому полезно заранее различать безусловное утверждение о будущем и условный прогноз при сохранении определённого поведения. Если прогноз предусматривает риск при отсутствии вмешательства, успешное предотвращение не равнозначно его опровержению. Влияние предупреждения оценивают по данным о вмешательстве и его связи с исходом. Обоснование результата требует причинного сравнения.[22]

Ситуация Роль ожидания Что нужно установить
Точное предвидение Ожидание отражает действующие причины Сохраняется ли качество прогноза на новых данных
Самосбывающийся процесс Вызванное ожиданием действие приближает исход Изменились ли действия и исход по сравнению с обоснованным контрольным случаем
Предотвращённый исход Реакция уменьшает риск события Было ли вмешательство действенным, а исходный прогноз условным
Петля измерения Решение меняет наблюдение и запись событий Отражает ли новый показатель изменение действительности или способа обнаружения

Почему это важно для психоистории Азимова

В «Основании» Хари Селдон рассчитывает развитие огромного общества, участники которого не должны свободно пользоваться подробными предсказаниями о собственных действиях. Знание расчёта позволило бы им изменить решения. В таком мире опубликованная психоистория сама становится историческим фактором, который первоначальная модель должна была бы дополнительно учитывать.[23]

Однако вера жителей Основания в план Селдона уже влияет на их политическое поведение. Убеждение, что будущее обеспечено, может поддерживать стойкость, но способно также делать общество самоуверенным. При появлении Мула запись Селдона описывает другой конфликт, и прежняя уверенность лишается основания. Этот эпизод показывает одновременно предел исходного расчёта и общественную силу доверия к нему.[24]

План Селдона соединяет прогноз с созданием учреждений, сохранением знаний и целенаправленными вмешательствами; его успешность задана устройством художественного мира. Самосбывающееся пророчество относится к более определённой причинной цепочке. Научная связь между темами состоит в общей проблеме: как исследовать будущее общества, если люди действуют на основании того, что им о нём сообщили?

Действительные исследования дают частичные ответы. Можно оценивать последствия раскрытия информации, менять правила, ослабляющие панический стимул, проверять педагогические практики и проектировать алгоритмы с учётом реакции на них. Область применения каждого результата определяется данными и условиями исследования. Именно такой переход от общей идеи к проверяемому механизму делает тему полезной для социальной науки.

Значение и границы понятия

Самосбывающееся пророчество показывает, что убеждения способны менять распределение возможностей, ресурсов и действий. Поэтому оценка человека, учреждения или общественной ситуации может быть одновременно описанием и вмешательством. Практическая ценность понятия — в обнаружении того промежуточного поведения, которое создаёт подтверждение первоначального ожидания и допускает осмысленное изменение условий.

Сила эффекта зависит от доступных действий, устойчивости институтов, независимой информации и реакции других участников. Исследования школьных ожиданий и банковских паник особенно ясно показывают необходимость таких ограничений: существование механизма, его величина и историческая распространённость представляют разные научные вопросы. Ответить на них позволяют сравнения, открытые данные и проверка альтернативных объяснений.

Связанные темы

Психоистория (Азимов) — художественная модель предвидения общественной истории и разбор её научных аналогов.

Примечания

  1. ↑ 1,0 1,1 1,2 Merton R. K. The Self-Fulfilling Prophecy // The Antioch Review. 1948. Vol. 8, no. 2. P. 193–210. Скан статьи в университетском размещении, особенно с. 194–196.
  2. ↑ 2,0 2,1 2,2 Biggs M. Self-Fulfilling Prophecies // The Oxford Handbook of Analytical Sociology / Eds. P. Hedström, P. Bearman. Oxford University Press, 2009. P. 294–314. DOI: 10.1093/oxfordhb/9780199215362.013.13. Авторское описание и университетская библиографическая запись.
  3. ↑ Thomas W. I., Thomas D. S. The Child in America: Behavior Problems and Programs. New York: Alfred A. Knopf, 1928. P. 572. Текст и история формулировки воспроизведены в: Merton R. K. The Thomas Theorem and the Matthew Effect // Social Forces. 1995. Vol. 74, no. 2. P. 379–424.
  4. ↑ Merton R. K. The Thomas Theorem and the Matthew Effect // Social Forces. 1995. Vol. 74, no. 2. P. 379–424, особенно с. 380–381 и примечания об авторстве.
  5. ↑ 5,0 5,1 Harris M. J., Rosenthal R. Mediation of interpersonal expectancy effects: 31 meta-analyses // Psychological Bulletin. 1985. Vol. 97, no. 3. P. 363–386.
  6. ↑ 6,0 6,1 Granovetter M. Threshold Models of Collective Behavior // American Journal of Sociology. 1978. Vol. 83, no. 6. P. 1420–1443. DOI: 10.1086/226707.
  7. ↑ 7,0 7,1 7,2 Diamond D. W., Dybvig P. H. Bank Runs, Deposit Insurance, and Liquidity // Journal of Political Economy. 1983. Vol. 91, no. 3. P. 401–419. DOI: 10.1086/261155.
  8. ↑ 8,0 8,1 8,2 Correia S., Luck S., Verner E. Bank Runs With and Without Bank Failure. Federal Reserve Bank of New York Staff Reports, no. 1198. July 2026. DOI: 10.59576/sr.1198. Также: NBER Working Paper 35504. Рабочий доклад в серии Staff Reports.
  9. ↑ Morris S., Shin H. S. Unique Equilibrium in a Model of Self-Fulfilling Currency Attacks // American Economic Review. 1998. Vol. 88, no. 3. P. 587–597.
  10. ↑ Morris S., Shin H. S. Social Value of Public Information // American Economic Review. 2002. Vol. 92, no. 5. P. 1521–1534.
  11. ↑ 11,0 11,1 Rosenthal R., Jacobson L. Pygmalion in the classroom // The Urban Review. 1968. Vol. 3. P. 16–20; idem. Pygmalion in the Classroom: Teacher Expectation and Pupils’ Intellectual Development. New York: Holt, Rinehart and Winston, 1968. Описание переиздания у издателя.
  12. ↑ 12,0 12,1 Raudenbush S. W. Magnitude of teacher expectancy effects on pupil IQ as a function of the credibility of expectancy induction: A synthesis of findings from 18 experiments // Journal of Educational Psychology. 1984. Vol. 76, no. 1. P. 85–97. Запись и аннотация в ERIC.
  13. ↑ 13,0 13,1 13,2 13,3 Jussim L., Harber K. D. Teacher expectations and self-fulfilling prophecies: Knowns and unknowns, resolved and unresolved controversies // Personality and Social Psychology Review. 2005. Vol. 9, no. 2. P. 131–155. Аннотация авторов в PubMed.
  14. ↑ 14,0 14,1 Rubie-Davies C. M. et al. A teacher expectation intervention: Modelling the practices of high expectation teachers // Contemporary Educational Psychology. 2015. Vol. 40. P. 72–85.
  15. ↑ 15,0 15,1 Snyder M., Tanke E. D., Berscheid E. Social perception and interpersonal behavior: On the self-fulfilling nature of social stereotypes // Journal of Personality and Social Psychology. 1977. Vol. 35, no. 9. P. 656–666. Университетская запись и аннотация.
  16. ↑ 16,0 16,1 Word C. O., Zanna M. P., Cooper J. The nonverbal mediation of self-fulfilling prophecies in interracial interaction // Journal of Experimental Social Psychology. 1974. Vol. 10, no. 2. P. 109–120.
  17. ↑ 17,0 17,1 Madon S. et al. The Mediation of Mothers’ Self-Fulfilling Effects on Their Children’s Alcohol Use: Self-Verification, Informational Conformity and Modeling Processes // Journal of Personality and Social Psychology. 2008. Vol. 95, no. 2. P. 369–384. DOI: 10.1037/0022-3514.95.2.369.
  18. ↑ 18,0 18,1 18,2 van de Rijt A., Kang S. M., Restivo M., Patil A. Field experiments of success-breeds-success dynamics // PNAS. 2014. Vol. 111, no. 19. P. 6934–6939. Открытый текст.
  19. ↑ 19,0 19,1 MacKenzie D. An Engine, Not a Camera: How Financial Models Shape Markets. MIT Press, 2006. ISBN 9780262134606. DOI: 10.7551/mitpress/9780262134606.001.0001.
  20. ↑ 20,0 20,1 Perdomo J. C., Zrnic T., Mendler-Dünner C., Hardt M. Performative Prediction // Proceedings of the 37th International Conference on Machine Learning. PMLR. 2020. Vol. 119. P. 7599–7609.
  21. ↑ 21,0 21,1 Ensign D., Friedler S. A., Neville S., Scheidegger C., Venkatasubramanian S. Runaway Feedback Loops in Predictive Policing // Proceedings of the 1st Conference on Fairness, Accountability and Transparency. PMLR. 2018. Vol. 81. P. 160–171.
  22. ↑ 22,0 22,1 22,2 Hernán M. A., Robins J. M. Causal Inference: What If. Boca Raton: Chapman & Hall/CRC, 2020. Часть I, главы о причинных эффектах и рандомизированных опытах. Авторская открытая версия книги.
  23. ↑ Asimov I. Foundation. Gnome Press, 1951; Second Foundation. Gnome Press, 1953. Asimov I. Psychohistory // Isaac Asimov’s Science Fiction Magazine. July 1988; перепечатано в Gold: The Final Science Fiction Collection. HarperPrism, 1995. P. 185–189. Воспроизведение авторского эссе, раздел «PSYCHOHISTORY».
  24. ↑ Asimov I. Foundation and Empire. Gnome Press, 1952. Часть II «Мул», эпизод обращения Селдона в Хранилище времени и последующие главы.

Источники и литература

  • Thomas W. I., Thomas D. S. The Child in America: Behavior Problems and Programs. New York: Alfred A. Knopf, 1928.
  • Merton R. K. The Self-Fulfilling Prophecy // The Antioch Review. 1948. Vol. 8, no. 2. P. 193–210.
  • Rosenthal R., Jacobson L. Pygmalion in the Classroom: Teacher Expectation and Pupils’ Intellectual Development. New York: Holt, Rinehart and Winston, 1968.
  • Biggs M. Self-Fulfilling Prophecies // The Oxford Handbook of Analytical Sociology. Oxford University Press, 2009. P. 294–314.
  • Jussim L., Harber K. D. Teacher expectations and self-fulfilling prophecies: Knowns and unknowns, resolved and unresolved controversies // Personality and Social Psychology Review. 2005. Vol. 9, no. 2. P. 131–155.
  • MacKenzie D. An Engine, Not a Camera: How Financial Models Shape Markets. MIT Press, 2006.
  • Diamond D. W., Dybvig P. H. Bank Runs, Deposit Insurance, and Liquidity // Journal of Political Economy. 1983. Vol. 91, no. 3. P. 401–419.
  • Correia S., Luck S., Verner E. Bank Runs With and Without Bank Failure. Federal Reserve Bank of New York Staff Reports, no. 1198. July 2026.
  • Hernán M. A., Robins J. M. Causal Inference: What If. Chapman & Hall/CRC, 2020.
  • Perdomo J. C. et al. Performative Prediction // Proceedings of the 37th International Conference on Machine Learning. PMLR. 2020. Vol. 119. P. 7599–7609.
Источник — https://wiki.histglav.ru/index.php?title=Самосбывающееся_пророчество&oldid=14317