Формулярный (послужной) список офицера XVIII века

Формулярный (послужной) список офицера XVIII века

Назначение

Сведения о происхождении, чинах и прохождении службы

Тип

документ персонального служебного учёта

Период

XVIII век

Страна

Россия

Формулярный (послужной) список офицера XVIII века — документ военного учёта, в котором сведения о человеке и его службе распределены по установленным вопросам и графам. Он сообщал начальству, кто состоит в части, когда получил чин, какой имеет опыт и может ли быть представлен к повышению. Названия таких документов в русской армии менялись: рядом с «послужным» и «формулярным» встречались списки о старшинстве, службе и достоинстве.

Список мог включать сведения о многих офицерах полка, а не только об одном человеке. Последовательность записей раскрывала карьеру каждого; одинаковые графы позволяли сравнивать людей между собой. В отличие от штата, определявшего положенные должности и численность, послужной список описывал конкретных служащих. Для историка он стал одним из основных источников по офицерским биографиям и составу армии.

От рассказа о службе к установленной форме

Предшествующий крупный комплекс — офицерские сказки. Их податели рассказывали о происхождении, получении чинов и военном опыте. Послужной список упорядочивал сходные сведения в общей форме, однако переход к нему не был единовременной заменой всех прежних бумаг. Смотровые, именные и собственно послужные списки сосуществовали и частично совпадали по содержанию.

По исследованию К. В. Татарникова, регулярная подача в Военную коллегию общих списков офицеров и сержантов началась в 1748 году. Новый образец 1756 года расширил сведения о походах и отпусках; очередные формы появились в 1792 и 1793 годах. Таким образом, история документа охватывает несколько последовательных изменений.

Д. Г. Целорунго связывал важный этап перестройки полкового делопроизводства с 1762 годом. Его работа посвящена главным образом формулярам эпохи 1812 года. 1762 год, однако, не служит нижней датой существования армейских послужных списков: заполненный список кирасирского полка Наследника за 1748 год непосредственно свидетельствует о более ранней практике.

Полковой журнал о людях 1732 года

Один из ранних печатных образцов личного учёта помещён в «Рассуждении Воинской комиссии по 9 пункту — о полковых книгах и счетах» 1732 года. Это «Форма о людях» для полкового журнала. В ней рядом стоят чин и имя, возраст, начало службы, происхождение, владения, грамотность и время получения нынешнего чина. Предусмотрены также сведения о местонахождении человека, его прибытии и выбытии. Под таблицей предписано таким же образом учитывать остальных людей роты.

Показанные строки являются образцами: вместо фамилий напечатано «имярек». Условному капитану приписаны 50 лет, поступление в службу 26 апреля 1700 года и пребывание при полку; поручику — 47 лет и командирование для розыска воров либо на заставы и работы. В примере сержанта одновременно показаны нахождение в госпитале и производство в прапорщики. Каптенармус записан на вечной квартире, а в графе выбытия для него предусмотрена отметка об отставке. Эти ответы демонстрировали канцелярии разные способы изменения положения служащего.

Семейный вопрос в этой форме адресован нешляхтичам. Образец предлагает перечислить сыновей, их возраст, занятие или обучение и место проживания. Поэтому известия о семье могли появляться уже в раннем полковом учёте, но относились к специально обозначенной группе людей. Наличие такой графы в журнале 1732 года не означает, что тот же вопрос обязательно задавали каждому офицеру во всех последующих послужных списках.

Две последние колонки предназначались для движения состава: когда человек прибыл, откуда переведён или повышен и когда выбыл, по какому случаю. Они отличали журнал от неподвижного перечня чинов на одну дату. В одной записи соединялись сведения о происхождении и службе с последующей отметкой о перемене. Печатная форма объясняет устройство учёта, однако её условные примеры нельзя включать в подсчёт реальных офицеров или использовать как биографии.

Что спрашивало военное начальство

Представление о ранней форме учёта даёт «Инструкция определенным при армии Нашей генералу-инспектору и военным инспекторам» 1731 года. К приезду инспектора полковой командир должен был приготовить именные списки всех чинов. Запрашивались возраст, грамотность, начало службы, происхождение, время получения нынешнего чина, сведения о судах и взысканиях. Для отсутствующего человека требовалось объяснить, куда он отправлен или отпущен и на каком основании. Вопрос о дворянском происхождении соединялся со сведениями об имениях и крестьянах.

Этот перечень отвечал практической задаче смотра. Начальство выясняло не только число людей, но и их служебное положение. Отсутствие офицера в полку могло означать исполнение поручения или разрешённый отпуск; поэтому одинаковая отметка «не налицо» без объяснения причины была недостаточна. Сведения о чине и грамотности помогали оценить человека как исполнителя определённых обязанностей, а сведения о взысканиях — его положение перед военной властью.

В заголовке списка кирасирского полка Наследника от 24 мая 1748 года вопросы уже образуют развёрнутую программу учёта офицеров. Требуется сообщить даты вступления в службу и производства, происхождение, грамотность, нахождение под следствием или взысканиями, исполнение должности и пригодность к повышению. В самом документе сведения о чинах и датах расположены по колонкам, а оценочные ответы занимают отдельную часть разворота.

Названные сведения принадлежат разным уровням описания. Дата производства — запись о служебном событии. Сообщение о происхождении — характеристика правового и социального положения. Заключение о достоинстве к повышению — мнение начальства, необходимое для кадрового решения. Их соседство в одной строке не делает оценку столь же однозначной, как дату.

Заполненные списки 1748–1755 годов

Полковой список 1748 года

В списке кирасирского полка Наследника за 1748 год видна работа формы с неодинаковыми ответами. Даты вступления в службу, прохождения прежних чинов и получения нынешнего размещены в отдельных группах узких колонок. Происхождение, грамотность, исполнение должности и пригодность к повышению записаны правее. Таблица позволяла поместить краткую дату и развёрнутое пояснение в одной строке, сохраняя общий порядок вопросов.

Некоторые ответы на правой половине разворота объединяют несколько строк. Так оформлены сообщения о чтении и письме, исправном исполнении должности и достоинстве к повышению. Общая запись охватывает перечисленных рядом служащих, тогда как исключение помещается отдельно в нужной строке. При чтении такого листа границы ответа определяются всей разлиновкой и его положением относительно соседних имён: отдельный росчерк внутри строки может быть частью слова, написанного поперёк нескольких строк.

Различия в происхождении, напротив, отмечаются отдельно. На развороте встречаются указания на лифляндское, российское и польское шляхетство. Это формулировки документа о происхождении, а не готовая классификация подданства или языка. Именная часть списка и индивидуальные служебные даты сохраняются даже там, где канцелярия сочла возможным дать общую характеристику нескольким людям. Поэтому внешне однообразная правая половина листа не означает одинаковых карьер.

Сводные ведомости командования 1749 года

Списки пехотных полков и батальонов команды генерал-фельдмаршала Петра Ласси за январскую треть 1749 года объединяют офицеров разных частей. На показанном развороте слева от имени оставлено место для полковой принадлежности. Далее записаны вступление в службу, прежние производства и дата получения настоящего чина; справа — происхождение, грамотность, оценочные ответы и местонахождение. Разворот содержит разделение по чинам и записи о людях нескольких полков.

В такой сводной ведомости название полка входит в описание каждого офицера. Документ одновременно представляет людей командованию и сохраняет их принадлежность к частям. Прочтение одной именной колонки без соседнего обозначения полка лишает запись важной части смысла: одинаковый чин объединяет офицеров, но не превращает их в служащих одной части. Общие ответы в правых колонках снова сочетаются с индивидуальными пояснениями там, где человек находился вне полка.

Особенно наглядно различие местонахождения передано в списках команды генерал-аншефа Александра Бутурлина за сентябрьскую треть 1749 года. На одном листе с пятью полковниками два ответа сообщают о пребывании при полку. Другие строки объясняют отсутствие: служебное поручение по следственному делу в Сибири, отпуск домой и командирование в Москву для получения обмундирования. Последняя графа здесь содержит основания и даты отдельных перемещений, а не только отметку о наличии человека.

При этом ответы о грамотности и исправности службы распространены на весь показанный ряд. Документ не приравнивает отсутствие к неисправности: офицер мог исполнять поручение вдали от своего полка и одновременно получать положительную служебную характеристику. Это конкретный случай, в котором численность записанных офицеров, число находившихся при части и оценка их службы относятся к разным вопросам.

Развёрнутая карьера в списке 1755 года

На листе списков пехотных полков команды генерал-квартирмейстера Матвея Ливена за январскую треть 1755 года помещены три полковника. Вопросы о поступлении в службу и прохождении чинов сведены в широкие графы. Внутри них канцелярия последовательно записывала несколько производств вместе с датами; одна такая запись занимает значительно больше места, чем краткая отметка о получении нынешнего чина. Размер строки зависит от длины служебной истории, а не только от звания человека.

На этом развороте перечни производств соседствуют с отдельной датой получения настоящего чина. У двух показанных полковников в соответствующей графе стоит 1 января 1748 года, хотя предшествующие записи о службе различаются. Равная дата последнего производства здесь не означает равного возраста, одинакового начала службы или совпадения всех прежних чинов. Список сохраняет как общее старшинство в настоящем чине, так и различия предшествовавших ему карьер.

Правые графы сообщают об исправности службы, грамотности и пригодности к повышению; заключительные пояснения также связаны с дальнейшим производством. Таким образом, на одном листе соединены ретроспективный перечень чинов и сведения, необходимые для следующего кадрового решения. История службы помещена в таблицу именно как основание для текущего рассмотрения людей начальством.

Бланк середины столетия

В «Инструкции пехотного полку полковнику» 1764 года напечатана форма под литерой «В» для именных списков штаб-, обер-офицеров и сержантов. Заголовок связывает её со старшинством и достоинством. Бланк соединяет имя, возраст и происхождение со служебной хронологией, военным опытом и характеристикой человека. Отдельно спрашивается, где он находится: при полку, в командировке, отпуске или на иной службе.

Служебное время разбито на несколько групп граф. Сначала отмечается вступление в службу, затем — прохождение чинов до получения настоящего, отдельно — время пребывания в нынешнем чине. Для дат предусмотрены годы, месяцы и числа. Такое устройство позволяло видеть и общую продолжительность службы, и старшинство внутри конкретного чина. Офицеры одинакового звания могли иметь разную выслугу в нём.

Вопрос о боевом опыте сформулирован как сообщение о походах и действиях против неприятеля с указанием времени. Это оставляет место для повествовательного ответа внутри таблицы. Формуляр поэтому не сводится к набору чисел: одна его графа могла содержать несколько связанных эпизодов. Для биографии важно читать такой ответ целиком, сохраняя различие между нахождением в походе и участием в определённом сражении.

Другая графа спрашивает о чтении, письме и известных человеку науках. Она фиксирует служебно полезные умения, а не обязательно окончание учебного заведения. Ответ об умении читать и писать нельзя автоматически превращать в сведения о систематическом военном образовании. Аналогично происхождение из дворян не означает, что офицер лично владел имением: вопрос бланка допускает указание имущества родителей.

Наконец, форма подробно спрашивает о судах, штрафах, незавершённых следствиях и отстранении от должности. Заключительная графа посвящена пригодности к следующему чину и причинам, по которым человека могут признать недостойным. Эти вопросы показывают административную цель списка: он обеспечивал основание для решения о дальнейшей службе, соединяя выслугу, опыт и оценку поведения.

Изменения 1792–1793 годов

На опубликованном бланке 1792 года вся последовательность чинов собрана в одной группе граф. Рядом появилась самостоятельная графа о полках, батальонах и других местах прохождения службы. Каждому переходу также соответствуют даты. Благодаря этому различаются две линии карьеры: изменение чина и изменение места службы.

Различие существенно для чтения биографии. Офицер мог получить новый чин, оставаясь в своей части, или перейти в другую часть без повышения. Если свести обе записи к общей фразе «продолжал службу», исчезнут сведения, ради которых форма стала подробнее. В бланке сохраняются и вопросы о походах, грамотности, отпусках, судах, текущем местонахождении и достоинстве к повышению.

Печатный образец 1792 года содержит демонстрационные ответы: вместо фамилий стоят условные обозначения «Н. Н.». Поэтому приведённые там возраста, переходы и даты иллюстрируют способ заполнения; сами по себе они не устанавливают биографию определённого офицера. Подлинный заполненный список и образцовый бланк — разные свидетельства, даже когда оба представлены в виде таблицы.

Следующий пример — список офицеров и вахмистров Московского карабинерного полка 1793 года. Он содержит дополнительную графу о семейном положении. Вахмистр — старший унтер-офицерский чин кавалерии; включение вахмистров рядом с офицерами показывает, что состав учётного документа мог выходить за узкие границы офицерского корпуса. Сведения о жене и детях здесь входят в формуляр определённого времени. Их наличия нельзя требовать от любого списка середины столетия.

Офицерский формуляр и списки нижних чинов

Соседство офицеров и сержантов в одном учётном комплексе было связано с вопросом о дальнейшем прохождении службы. Печатный образец 1792 года для сержантов и вахмистров предусматривал заключение о достоинстве к повышению. Его заголовок предписывал прежде всего записывать дворян, действительно служащих, а затем остальных. В пояснении к форме составителям напоминалось, что при производстве учитывается не одно старшинство, но и достоинство, согласно полковой инструкции. Поэтому порядок строк и заключительная характеристика являлись частью кадровой процедуры.

В образце отдельно показано, как сообщать о подтверждённом дворянском происхождении. Условные ответы содержат ссылки на решения и определения учреждений; для каждого лица расписано прохождение чинов и частей. Здесь, как и в офицерском образце, используются условные имена. Эти строки объясняют способ предъявления сведений о происхождении и службе, а не дают готовую выборку реальных биографий.

Иной набор сведений виден в заполненных списках нижних чинов 3-го батальона Финляндского егерского корпуса за 1786 год. Наряду с возрастом, поступлением в службу, чинами и походами там записаны семейное положение и приметы человека. В ответах о грамотности встречается различие между умением читать и умением читать и писать. Описание роста, волос и глаз соседствует со служебной хронологией: документ позволял не только проследить службу, но и описать внешность записанного лица.

Списки Московского карабинерного полка 1793 года дают возможность увидеть две параллельные формы одного полка: для офицеров и вахмистров и для остальных нижних чинов. Во второй сохраняются сведения о росте, приметах, происхождении и семье; первая соединяет хронологию чинов и перемещений с оценкой пригодности к повышению. Таким образом, название «послужной список» охватывало несколько программ учёта. Сведения о нижних чинах объясняют границы офицерской формы, но не заменяют её при изучении офицерской карьеры.

Составление, отчётный период и передача

Периодичность подачи списков менялась и зависела от времени и категории чинов. Помимо полугодовой и годовой отчётности существовала подача по третям года. Годовая треть — четыре месяца; названия январской, майской и сентябрьской третей указывают на начало соответствующих периодов. Поэтому третный список не равен современному квартальному.

Указ Военной коллегии от 25 июля 1793 года предписывал присылать в Инспекторскую экспедицию годовые списки, датируя их первым января наступившего года. Для офицеров, вахмистров, сержантов и приравненных к ним чинов требовалось показать изменения состава за прошедший год. Для других нижних чинов предусматривались первоначальные общие списки и затем сведения о вновь поступивших.

Указ различал две программы ежегодного обновления. Сведения об офицерах, вахмистрах, сержантах и чинах соответствующих классов требовались по первой и второй формам, с указанием происшедших за год поступлений и выбытий. В третью форму включались остальные перечисленные категории: ротные квартирмистры, каптенармусы, подпрапорщики, фурьеры, капралы, рядовые, другие строевые и нестроевые нижние чины, а также денщики. Таким образом, граница между формами проводилась внутри личного состава части и не совпадала с простым делением на офицеров и всех остальных.

Для третьей формы сначала предписывался общий список всех состоящих в полку, батальоне, корпусе, роте или команде. В дальнейшем следовало присылать сведения лишь о людях, определённых туда в истекшем году и ещё не включённых в ранее поданные общие списки. О каждом требовалось указать, откуда он прибыл и какого числа и месяца был прислан или определён. Первоначальный документ и последующие поступления вместе образовывали накопленный учёт; отдельная поздняя ведомость по этому правилу могла заведомо содержать лишь часть людей.

Такое устройство меняет значение числового итога. Количество имён в очередном списке вновь поступивших характеризует пополнение, а не весь наличный состав части. Для полного состава потребовались бы исходный общий список и документы об изменениях. Сам указ устанавливает, кого надлежало показывать в очередной отчётности; сохранившийся список позволяет проверить исполнение этого предписания конкретной частью. Это различие особенно существенно при сравнении офицерского документа с ведомостью нижних чинов того же года.

Для такого документа дата в заголовке и время описанных изменений различаются по самому правилу составления. Список на первое января сообщает, в частности, о службе и перемещениях предыдущего года. Ещё более ранние события входят в него как накопленная история карьеры. Они не становятся записями очевидца только потому, что стоят рядом с точными числами и месяцами.

Целорунго описывает случаи, когда при переводе офицера необходимые сведения с прежнего места службы не поступали. Человек уже значился в новой части, но графы его предшествующей службы оставались незаполненными. Такой пробел показывает отсутствие документа у составителя списка и не доказывает отсутствия самой службы.

Смотровые списки 1774–1775 годов

Отсутствие сведений и подробная запись в одном документе

Смотровой список гренадерского батальона Санкт-Петербургского легиона за 1774 год показывает, насколько неодинаковой могла быть полнота ответов. В верхней строке вместо биографических сведений помещено пояснение, что из-за неприбытия батальонного штаб-офицера Лопухина в батальон сведений о нём не имеется. Сообщение относится к состоянию сведений в составлявшей список части. Оно само по себе не раскрывает предшествующую службу этого человека.

Следующая запись, о премьер-майоре Алексее Хрущове, напротив, занимает большую часть разворота. Указаны возраст, дворянское происхождение и 355 душ мужского пола; далее следуют начало службы, последовательность чинов с датами и развёрнутый рассказ о походах и действиях против неприятеля. Отдельные вопросы посвящены грамотности, отпускам, взысканиям, местонахождению и достоинству к повышению. Полная запись соседствует с прямо обозначенным отсутствием сведений, хотя обе подчинены одной форме.

Такое соседство существенно для использования списка как биографического источника. Краткость верхней строки объяснена самим составителем; она не доказывает короткой карьеры или отсутствия заслуг. Подробность строки Хрущова позволяет изучать его службу, однако также не даёт основания автоматически переносить её сведения на остальных офицеров батальона. В этом документе полнота учёта различается уже на уровне отдельных людей.

Грамотность, языки и военные умения

Смотровой список Казанского пехотного полка 1775 года сохраняет подробные ответы о знаниях штаб-офицеров. В записи полковника князя Александра Трубецкого перечислены чтение и письмо на русском и немецком языках, геометрия и знание части артиллерии. У следующего штаб-офицера ответ шире: помимо русского названы французский и немецкий языки, геометрия, фортификация и артиллерия; отдельно указаны история, география и рисование. Графа различает конкретные умения внутри одной группы офицеров.

Ответ о русском языке в этих строках не исчерпывает сведений о грамотности, а упоминание военной науки не сопровождается обязательным названием школы. Документ фиксирует предъявленные служебные умения. Чтобы установить, где и как они приобретены, нужна отдельная биографическая информация. Тем самым список даёт содержательную характеристику подготовки офицера, сохраняя иной предмет, чем свидетельство об окончании учебного заведения.

Рядом с этими ответами находятся возраст, дата поступления в службу, последовательность производств, происхождение и владения. Последующие графы спрашивают об отпусках, взысканиях и текущем местонахождении. На развороте видны общие для нескольких строк ответы об отсутствии взысканий и пребывании при полку. При одинаковой текущей характеристике развёрнутые индивидуальные сведения о знаниях и карьере остаются различными.

Примеры 1774 и 1775 годов показывают содержательное сближение смотровых и послужных списков: оба сохраняют последовательность службы и сведения о человеке. Отличие назначения устанавливается по происхождению конкретного документа и обстоятельствам смотра, а не по одному наличию таблицы или даты производства. Биографическая подробность вполне совместима со смотровым назначением списка.

Список среди других служебных документов

Смотровой список был связан с проверкой части инспектором; послужной передавал систематизированные сведения о службе. Их формы могли сближаться. Поэтому вид источника определяют одновременно по заголовку, содержанию, адресату и обстоятельствам подачи. Одного современного архивного названия для этого иногда недостаточно.

Аттестат о службе удостоверял определённые обстоятельства для предъявления, тогда как послужной список собирал сведения по общей программе вопросов. Но слово «аттестат» встречалось и среди исторических названий самих списков. Нельзя заранее разделить все документы на непересекающиеся группы только по одному слову на обложке.

Патент на чин и распоряжение о производстве относятся к оформлению чина; послужной список сообщает, когда человек его получил, вместе с другими событиями карьеры. Штат устанавливает место в организации, а формуляр даёт сведения о человеке, который мог его занимать. Сопоставление этих документов связывает личную биографию с устройством военной службы.

Источниковое значение и сохранность

В исследовании отдельного офицера формуляр помогает выстроить последовательность чинов, частей и кампаний. При изучении многих списков одинаковые вопросы позволяют сравнивать возраст, происхождение, опыт и служебные перемещения. Однако набор сравниваемых признаков должен соответствовать времени документа. Появление новой графы создаёт новые сведения, а не доказывает, что обозначенное ею явление раньше отсутствовало.

Достоверность оценивается отдельно для разных сообщений. Формуляр фиксирует признанную учреждением служебную биографию; журналы и рапорты дают сведения о ходе конкретных событий. Оценка пригодности к повышению выражает решение начальства на определённый момент. Участие в походе ещё не раскрывает личную роль в каждом сражении этой кампании. Для подробного рассказа о действиях офицера нужны дополнительные свидетельства.

Поиск армейских списков не ограничивается одной архивной коллекцией. Межфондовый указатель К. В. Татарникова за 1730–1796 годы учитывает более 21 тысячи списков, выявленных более чем в сорока фондах РГВИА. Это число документов, а не подсчёт уникальных офицеров: один человек мог попасть в списки разных лет. Указатель охватывает полевую армию, гарнизонные войска и ландмилицию; его границы не равны составу всех вооружённых сил империи.

Формулярный список сохраняет одновременно сведения о человеке и программу вопросов военного учреждения. Его значение состоит не только в возможности узнать даты биографии. Изменения формы показывают, какие стороны службы становились предметом регулярного учёта; сопоставление заполненных списков позволяет изучать людей, через которых действовала армейская организация.

См. также

• Офицерские сказки первой четверти XVIII века
• Штат как исторический документ XVIII века
• Аттестат о службе в России XVIII века
• Патент на чин в Российской империи XVIII века

Источники и литература

• Рассуждение Воинской комиссии по 9 пункту — о полковых книгах и счетах. СПб., 1732. С. 180–181.
• Инструкция определенным при армии Нашей генералу-инспектору и военным инспекторам. М., 1731.
• Инструкция пехотного полку полковнику, с приложением форм, штатов и табелей. СПб., 1764.
• Послужные и смотровые списки русской армии 1730–1796 гг. в собрании РГВИА. Межфондовый указатель: в 3 т. / сост., вступ. ст. К. В. Татарников. М.: Старая Басманная, 2013. Т. 1: предисловие и факсимиле документов.
• Целорунго Д. Г. Формулярные списки офицерского корпуса русской армии эпохи Отечественной войны 1812 года // Исследования по источниковедению истории СССР дооктябрьского периода. М., 1990. С. 115–131.