Перейти к содержанию

Сухопутный фронт Кронштадтской крепости

Материал из Энциклопедия История. Главное
Сухопутный фронт Кронштадтской крепости
Сухопутный фронт Кронштадтской крепости
План Кронштадта и укреплений середины XIX века. Сухопутный фронт прикрывал западные подступы к городу и военным коммуникациям Котлина.

Система валов, батарей, редутов и люнетов, прикрывавшая Кронштадт и западную часть острова Котлин от высадки десанта и удара с суши.

Тип
система сухопутных укреплений
Период
XVIII–XIX века; основные перестройки — 1820-е–1890-е годы
Регион
остров Котлин, Кронштадт, Санкт-Петербург
Координаты
западная часть острова Котлин
Идёт загрузка карты…
западная часть острова Котлин

Сухопутный фронт Кронштадтской крепости — совокупность сухопутных оборонительных сооружений на острове Котлин, предназначенных для защиты города, порта и морских укреплений Кронштадтской крепости от высадки десанта и наступления по острову. В отличие от морских фортов, перекрывавших фарватеры Финского залива, сухопутный фронт должен был не позволить противнику овладеть самим Котлином и выйти к гавани и тылу морских батарей.[1]

Система складывалась постепенно и неоднократно перестраивалась. В неё входили земляные валы, отдельные батареи, редуты и люнеты, а в XIX веке — также долговременные пороховые погреба, траверсы и складские сооружения. Особенно интенсивно западный фронт усиливался перед Крымской войной и после неё.

Задача сухопутной обороны

Положение Кронштадта на острове делало морские подходы главным направлением обороны, но не исключало угрозы десанта. Высадившиеся на западной или северной части Котлина войска могли попытаться выйти к городу и портовым сооружениям с суши. Поэтому морская крепость нуждалась в непрерывной сухопутной линии, способной задержать противника до подхода резервов и поддержать действия береговой и корабельной артиллерии.

Укрепления сухопутного фронта не существовали изолированно. Они были связаны дорогами с городом и морскими фортами, взаимодействовали с батареями на косе и прикрывали коммуникации к западным позициям.

Топография западного Котлина

Западная часть Котлина представляла принципиально иной оборонительный театр, чем фарватеры у Кронштадта.

Здесь противник мог попытаться высадить пехоту и артиллерию на берег, закрепиться на острове и затем двигаться к городу по суше. Даже если морские форты продолжали контролировать судоходные проходы, захват западной части острова создавал угрозу их тыловым коммуникациям.

Обороняющейся стороне помогала ограниченная ширина Котлина. Укрепления, расположенные поперёк острова и опирающиеся флангами на побережье, могли перекрывать основные направления движения.

Но это же означало необходимость удерживать дороги и проходы между северным и южным берегами, а также не допустить обхода линии по мелководью десантными судами.

Формирование западной линии

В первой половине XIX века на Котлине существовал ряд временных земляных батарей и редутов. После разрушительного наводнения 1824 года и последующих восстановительных работ оборона острова постепенно приобретала более регулярный характер. К середине века западная часть Котлина прикрывалась системой отдельных укреплений, которые в случае войны должны были образовать единую линию.[1]

Крымская война показала необходимость резкого усиления этой линии. Англо-французские силы обладали значительным десантным потенциалом, поэтому в 1854–1855 годах существующие сооружения приводились в боевую готовность, достраивались новые батареи и люнеты, усиливались дороги и сообщения.

Угроза десанта в 1854–1855 годах

Крымская война сделала сухопутный фронт из вспомогательного элемента срочной боевой задачей.

Англо-французские силы на Балтике имели большое число паровых кораблей и могли перевозить десанты. Опыт действий против Бомарзунда в 1854 году показывал, что союзники способны сочетать морскую артиллерию с высадкой сухопутных частей.

Для Кронштадта это означало, что полагаться только на форты в фарватерах было рискованно.

В 1854 году союзный флот не предпринял непосредственного штурма кронштадтской позиции, но российское командование ожидало новую кампанию и продолжало усиление острова.[2]

К 1855 году оборона включала морские форты, минные поля, инженерные заграждения и сухопутные укрепления. Именно совокупность этих элементов делала попытку захвата Котлина сложной операцией, а не простой высадкой на незащищённый берег.

Именование укреплений в 1855 году

В мае 1855 года укрепления западного фронта получили имена военачальников, участвовавших в обороне и строительстве. Батарея № 1 была названа именем генерала Граббе, батарея № 2 — адмирала Литке, люнет № 1 — генерала Швебса, люнет № 2 — генерала Политковского, а отдельный редут — генерала Дена.[3]

Эти названия фиксируют важный этап истории сухопутного фронта, но сами сооружения имели разную дальнейшую судьбу. Некоторые впоследствии перестраивались в долговременные укрепления, другие утратили самостоятельное значение или вошли в более поздние комплексы.

Из чего состоял сухопутный фронт

Термин «сухопутный фронт» не означал одну сплошную каменную стену.

Система включала несколько типов сооружений.

Батареи

Батарея была прежде всего артиллерийской позицией. Её размещали так, чтобы орудия перекрывали вероятные направления наступления и могли поддерживать соседние участки.

Редуты

Редут представлял собой замкнутое укрепление, рассчитанное на круговую оборону. Такой тип особенно полезен там, где сооружение могло временно оказаться изолированным.

Официальные материалы КГИОП прямо характеризуют ранний редут Дена как передовое укрепление времён Крымской войны, позднее перестроенное и включённое в более развитую систему.[4]

Люнеты

Люнет имел фронтальные и боковые фасады, но был открыт с тыла. Он позволял вести огонь по переднему сектору и флангам, оставаясь связанным с внутренней частью крепости.

Валы и ходы сообщения

Отдельные точки приобретали смысл только при связи между ними. Земляные валы, дороги и коммуникации позволяли перемещать резервы, боеприпасы и артиллерию.

Поэтому карта с несколькими названиями укреплений не передаёт всей системы: важны были промежутки между ними и способность гарнизона быстро усиливать угрожаемый участок.

Батарея Граббе

Батарея генерала Граббе была одним из элементов западной сухопутной линии. Её задача состояла в поддержке соседних позиций и обстреле подступов к укреплённой части острова. Самостоятельная история батареи тесно связана с общей реконструкцией фронта в период Крымской войны, поэтому рассматривать её вне всей системы затруднительно.

Артиллерия и пехота

Сухопутные укрепления не могли действовать только как артиллерийские площадки. Орудия должны были наносить потери десантным колоннам и подавлять неприятельские батареи, но после сближения главную роль неизбежно принимала пехота. Гарнизону требовались укрытия, позиции для стрелков, резервы и возможность контратаковать прорвавшегося противника.

Боекомплект приходилось хранить достаточно близко к батареям, но защищать от прямого попадания и пожара. Отсюда постепенное появление более развитых пороховых погребов и траверсов.

В позднейших долговременных укреплениях эта внутренняя инфраструктура стала не менее важна, чем внешний вал.

Связь с фортом «Константин»

Южный фланг западной системы был тесно связан с фортом «Константин».

Дорога и дамба к форту проходили через зону сухопутных укреплений. Их потеря могла изолировать важную позицию южного фарватера от основной крепости.

КГИОП отдельно отмечает, что территория будущего люнета Литке обеспечивала связь между основной крепостью и фортом «Константин» и прикрывала ведущую к нему дамбу.[5]

Форт «Константин». Связь западного сухопутного фронта с южным фортом делала оборону Котлина единой системой, а не набором самостоятельных укреплений.
Форт «Константин». Связь западного сухопутного фронта с южным фортом делала оборону Котлина единой системой, а не набором самостоятельных укреплений.

Таким образом, сухопутный фронт защищал не только город, но и коммуникационную сеть всей западной части крепости.

Люнет Швебса

Люнет генерала Швебса входил в систему полевых и полудолговременных укреплений, усиливавших западную оборону Котлина в 1855 году. Его назначение определялось не самостоятельной стратегической задачей, а положением внутри общей линии.

Люнет Политковского

Люнет генерала Политковского также являлся частью общей западной позиции. Вместе с соседними батареями, редутом Дена и укреплением Литке он создавал систему огня и препятствий на наиболее опасном для десанта направлении.[3]

Редут Дена

Редут Дена выделяется среди ранних укреплений более продолжительной собственной историей. Построенный и усиленный в рамках обороны Котлина, он позднее перестраивался, использовался как люнет и оказался связан со складским комплексом крепостной артиллерии. Поэтому его история рассматривается отдельно.

Люнет Литке

Бывшая батарея № 2 «Адмирал Литке» после Крымской войны была существенно перестроена. В 1863–1864 годах она превратилась в долговременный люнет, а позднее комплекс получил пороховые погреба, траверс и другие сооружения. До наших дней сохранилась значительная часть ансамбля, что отличает его от большинства соседних позиций.[5]

Непрерывная линия 1860-х годов

После Крымской войны временные решения стали превращать в более долговременную систему. Официальные материалы по комплексу Дена указывают, что в 1860-е годы укрепление вошло в непрерывную сухопутную линию обороны, пересекавшую остров с севера на юг.[4] Это был качественный переход.

Вместо набора срочно усиленных позиций формировалась пространственно связанная система, где отдельное укрепление должно было поддерживаться соседними участками. Параллельно строились кирпичные пороховые погреба и служебные сооружения. В 1863–1864 годах батарея «Адмирал Литке» была перестроена в долговременный люнет.[5]

Почему земляные укрепления сохраняли значение

В середине XIX века развитие артиллерии не означало немедленного отказа от земляной фортификации. Толстый грунтовый вал хорошо поглощал энергию ядер и позднее снарядов, а повреждённый участок можно было сравнительно быстро восстанавливать. Каменная кладка была долговечнее, но при попадании тяжёлого снаряда образовывала опасные обломки.

Поэтому долговременный форт часто сочетал земляные массы с кирпичными или каменными внутренними сооружениями. Сохранившиеся валы люнета Литке хорошо показывают этот принцип.[5]

Перестройка после Крымской войны

Опыт 1854–1855 годов показал, что временные земляные позиции должны быть включены в долговременную систему. Во второй половине XIX века западный фронт неоднократно перестраивался: совершенствовались валы, возводились пороховые погреба и траверсы, менялись коммуникации между городом и западными фортами.

Развитие дальнобойной артиллерии постепенно изменяло сам смысл сухопутного фронта. К концу XIX века главная линия морской обороны выносилась всё дальше от города, однако западные укрепления Котлина сохраняли значение как внутренняя оборонительная и складская зона.

Перенос главной линии обороны на запад

Во второй половине XIX века дальность и мощность артиллерии росли. Позиция, считавшаяся передовой в середине века, постепенно оказывалась внутри более широкой крепостной системы. Официальное описание люнета Литке прямо отмечает, что позднее оборонительный фронт крепости был вынесен западнее, а старые сооружения начали использоваться для складов, испытательных и лабораторных функций.[5]

Это не означало мгновенной бесполезности старого фронта. Его дороги, погреба и защищённые территории сохраняли хозяйственную и военную ценность даже после утраты роли первой линии.

От боевого фронта к складской зоне

Для крепости естественно вторичное использование устаревших укреплений. Пороховой погреб или защищённый земляной участок могли десятилетиями служить складам, мастерским или лабораториям после того, как артиллерия уже не считала позицию современной. Комплекс бывшего редута Дена именно таким образом стал частью складов Кронштадтской крепостной артиллерии.[4]

В 1890-е и 1909–1911 годах здесь велись новые строительные работы, уже в иной функциональной логике. Так развитие сухопутного фронта показывает не только историю фортификации, но и способность военной инфраструктуры менять назначение.

Значение

Сухопутный фронт показывает, что Кронштадтская крепость не была только цепью морских фортов. Оборона острова строилась как единая система: морские батареи перекрывали фарватеры, инженерные заграждения ограничивали движение кораблей, минные позиции усиливали наиболее опасные направления, а сухопутный фронт прикрывал сам Котлин от десанта.

Сохранность и источниковедческие ограничения

От сухопутного фронта сохранилось меньше очевидных «монументальных» объектов, чем от крупных морских фортов.

Земляные валы могли разравниваться, перестраиваться и включаться в новые комплексы. Названия одного и того же участка менялись после реконструкций.

Из-за этого современную точку на карте нельзя автоматически отождествлять со всем укреплением 1855 года. Особенно важны планы разных лет и официальные сведения об охранных объектах.

Шелов в Историческом очерке крепости Кронштадт даёт общую хронологию крепостного строительства, а современные материалы КГИОП позволяют установить, какие части комплексов сохранились физически.[3][5][4] При реконструкции следует различать временную батарею Крымской войны, последующий люнет и ещё более поздние складские сооружения на том же участке.

Связанные статьи

Источники и литература

Примечания