Пенсионное обеспечение колхозников

Пенсионное обеспечение колхозников

Закон СССР о пенсиях и пособиях членам колхозов от 15 июля 1964 года. «Красное знамя», 17 июля 1964 года, с. 1.

Обеспечение членов колхозов при старости, инвалидности и потере кормильца: от местной помощи к централизованной системе, действовавшей с 1965 года.

Регион

СССР

Область

Социальная история; история права

Период

1930-е — конец советского периода

Разновидность

Система социального обеспечения

Пенсионное обеспечение колхозников в СССР складывалось из помощи самих сельскохозяйственных артелей, касс взаимопомощи и позднее общей системы, финансировавшейся колхозами совместно с государством. До середины 1960-х годов возможности пожилого или потерявшего трудоспособность колхозника существенно зависели от средств его хозяйства и решений общего собрания. Закон СССР от 15 июля 1964 года установил общие правила пенсий по старости, инвалидности и потере кормильца, а также пособий по беременности и родам. Он вступил в действие 1 января 1965 года. Первоначальные возрастные пороги и размеры выплат отличались от условий для рабочих и служащих.

Изменялся прежде всего способ распределения риска. При местной помощи старость становилась расходом конкретного колхоза: благополучное хозяйство могло регулярно выделять деньги и продукты, слабое располагало меньшими возможностями. Общий союзный фонд соединял отчисления разных хозяйств и бюджетные средства. Человек получал право на выплату по установленным для всей системы условиям, хотя размер заработка и подтверждённый стаж продолжали влиять на назначение пенсии.

Колхозное членство и социальные права

Пенсионная система колхозников охватывала определённую правовую категорию — членов колхозов. В одном сельском районе могли жить люди, обеспечивавшиеся по разным основаниям: член артели, рабочий государственного хозяйства, учитель, служащий учреждения, военный пенсионер. Закон 1964 года определял права через членство и трудовой стаж, а для семейной пенсии — через родство, нетрудоспособность и иждивение. Поэтому сельское место жительства само по себе ещё не описывает пенсионное положение человека. Для назначения выплаты имели значение его работа и принадлежность к установленной законом категории.

Особое регулирование распространялось и на труд колхозников: КЗоТ РСФСР 1971 года в статье 3 отсылал к уставам колхозов, принимавшимся на основе Примерного устава, и к законодательству СССР и РСФСР о колхозах.

Различие проходило и внутри крестьянской семьи. Пожилой член колхоза мог получать собственную пенсию по старости, инвалид — выплату по инвалидности, ребёнок умершего колхозника — часть семейной пенсии. Мать получала пособие по беременности и родам по самостоятельному основанию. Эти выплаты объединялись одним законом, но предполагали разные условия. Возраст, дававший право на пенсию по старости, не заменял медицинского установления инвалидности, а утрата кормильца требовала определить круг его нетрудоспособных родственников.

Конституционная гарантия и местное обеспечение

Титульный лист подлинника Конституции СССР 1936 года. ГА РФ, ф. Р-3316, оп. 8, д. 1а.

Конституция СССР 1936 года закрепляла право граждан на материальное обеспечение в старости, при болезни и потере трудоспособности. Её статья 120 указывала на социальное страхование рабочих и служащих за счёт государства, бесплатную медицинскую помощь и предоставление курортов. Общая гарантия и действующий для конкретной группы порядок назначения складывались на разных уровнях: конституционный текст устанавливал право, а специальные нормы определяли, кто, когда и из каких средств получал помощь.

Уставная помощь колхозника была связана с распределением результатов хозяйства. В описанной Татьяной Димони практике фонд поддержки формировался из урожая и животноводческой продукции; его размер ограничивался двумя процентами валовой продукции. За счёт этих средств решались несколько социальных задач: помощь старикам и инвалидам, временно нетрудоспособным, нуждавшимся семьям военнослужащих, содержание детских учреждений и сирот. При множестве получателей общий фонд ещё не определял постоянную сумму для каждого пожилого человека. Её устанавливал сам колхоз.

Положение пожилого крестьянина поэтому зависело от сочетания нескольких ресурсов: заработка трудоспособных членов семьи, личного хозяйства, натуральной и денежной помощи артели. Регулярная пенсия из общего фонда меняла этот порядок, создавая самостоятельный денежный доход при наступлении предусмотренных законом условий. Но она входила в уже существовавшее сельское хозяйство семьи; продукты, труд родственников и колхозные доплаты продолжали иметь значение.

Местная помощь и различия между хозяйствами

Примерный устав сельскохозяйственной артели 1935 года предусматривал выделение средств на помощь престарелым и нетрудоспособным, а также на другие социальные нужды. Колхоз мог поддерживать человека продуктами, деньгами или начислением трудодней. Формы и регулярность помощи зависели от состояния хозяйства. Татьяна Димони приводит пример Мяксинского района Вологодской области: в 1952 году пожилым членам колхозов ежемесячно выдавали 10–12 килограммов зерна и обеспечивали их дровами. Такая помощь связывала содержание стариков с урожаем, хозяйственными ресурсами и местными решениями.

Для оценки этой практики существенны состав выдачи и её устойчивость. Зерно и дрова непосредственно поддерживали хозяйство пожилого человека, но покупку других товаров и услуг требовалось оплачивать деньгами. Денежная и натуральная помощь различались и между районами. Поэтому переход к регулярно выплачиваемой денежной пенсии менял способы повседневного обеспечения, а не только юридическое название прежней выдачи. Общая система при этом сохраняла возможность доплат из средств отдельного колхоза.

Налоговые льготы для престарелых хозяйств

Одной из форм поддержки было уменьшение повинностей хозяйства. Постановление СНК СССР и ЦК ВКП(б) от 8 сентября 1937 года устанавливало порядок освобождения престарелых колхозников и единоличников от натуральных поставок, денежных налогов и сборов. Ключевым условием было отсутствие других трудоспособных членов семьи, занятых в этом хозяйстве. Освобождение оформлял районный исполнительный комитет по спискам сельсовета, составленным на основании подворных книг; особого ходатайства от хозяйства требовать не полагалось.

Постановление относило к нетрудоспособным мужчин от шестидесяти лет, женщин от пятидесяти пяти, детей младше шестнадцати, людей, не способных участвовать в работах вследствие увечья, и инвалидов войны и труда первой и второй групп. Отдельно оговаривалось положение семьи, чей сын служил в армии, если дома оставалась его жена с детьми до семи лет. Льгота уменьшала обязательные изъятия из хозяйства. Её действие отличалось от ежемесячной пенсионной выплаты, но влияло на то, какая часть произведённого оставалась для содержания семьи.

Что показывала статистика до общей системы

Статистический сборник «РСФСР за 50 лет», выпущенный в 1967 году, сообщал о пенсионной помощи, оказанной в 1961 году 1,1 миллиона колхозников. Формулировка относилась к помощи от колхозов на территории РСФСР. Она фиксирует масштаб поддержки, существовавшей до централизованного закона, и одновременно сохраняет её связь с отдельными хозяйствами.

В таблице на той же странице колхозники, получавшие государственные пенсии, выделены отдельной строкой: 3,573 миллиона на начало 1966 года и 3,843 миллиона на начало 1967-го. Здесь учитывалось состояние на определённую дату, тогда как число 1,1 миллиона характеризовало помощь за 1961 год. Изменились и источник выплат, и основание учёта. Сопоставление этих показателей показывает переход между двумя способами обеспечения, но не представляет собой однородный ежегодный ряд.

Местная поддержка могла быть заметной, оставаясь зависимой от ресурсов хозяйства. Для человека существенны были регулярность выдачи, её денежная и натуральная части, возможность получить помощь при болезни и число других членов семьи, нуждавшихся в содержании. Общесоюзный закон определял единые основания назначения, а централизованный фонд позволял распределять расходы между разными колхозами и государственным бюджетом. Именно это изменение механизма составляло главное отличие реформы от расширения помощи внутри одной артели.

Закон 1964 года: общее право и общий фонд

Окончание закона о пенсиях и пособиях членам колхозов. «Красное знамя», 17 июля 1964 года, с. 2.

Статья 1 закона СССР о государственных пенсиях от 14 июля 1956 года называла получателями рабочих и служащих, военнослужащих, учащихся, граждан, получивших инвалидность при выполнении государственных или общественных обязанностей, и семьи этих лиц при потере кормильца. Члены колхозов как самостоятельная категория в этом перечне отсутствовали.

Новый закон распространялся на членов колхозов и нетрудоспособных членов семей умерших колхозников. Его первая статья закрепляла три вида пенсий: по старости, инвалидности и потере кормильца. Женщины получали также право на пособие по беременности и родам. Если одновременно возникало право на несколько пенсий, назначалась одна по выбору получателя. Пенсии освобождались от налогов. Закон тем самым определял не отдельный вид местной помощи, а набор правил для нескольких жизненных обстоятельств, при которых семья теряла заработок или нуждалась в поддержке.

Источником выплат стал централизованный союзный фонд социального обеспечения колхозников. В него поступали отчисления от доходов колхозов и ежегодные ассигнования государственного бюджета СССР. Закон прямо исключал вычеты на эти цели из доходов самих членов колхозов. Все колхозы должны были делать денежные отчисления начиная с 1964 года; их размеры устанавливал Совет министров СССР. Перечислявшиеся суммы исключались из дохода хозяйства при обложении подоходным налогом.

Подготовка фонда началась до первого года пенсионных выплат. В историческом издании Министерства финансов России указаны установленные правительством отчисления: 2,5 процента валового дохода колхозов за 1964 год и 4 процента за 1965-й. Основанием названо постановление Совета министров СССР от 3 сентября 1964 года. В ноябре в Министерстве финансов СССР был образован отдел пенсий и пособий колхозникам. За законодательным решением следовали формирование средств, учёт платежей и организация новой работы финансовых органов.

Закон связывал улучшение обеспечения с экономикой колхозов и одновременно создавал механизм перераспределения. В его преамбуле прямо говорилось о зависимости будущего роста пенсий от национального дохода и доходов хозяйств. Государственная власть представляла пенсионную реформу и как социальную меру, и как средство поддержать трудовую активность. Сами выплаты при этом назначались по общим нормам, а более высокий прежний уровень внутри конкретного колхоза мог сохраняться через доплату.

Юридическая конструкция фонда защищала выплату от непосредственной привязки к результатам одного хозяйства. Колхоз перечислял установленные отчисления, государство участвовало бюджетными средствами, а право получателя определялось законом. Это расширяло возможности обеспечения в слабом хозяйстве. Вместе с тем размер учитываемого заработка и доказанный стаж сохраняли значение для индивидуального расчёта. Общий фонд соединял коллективное финансирование с различиями в трудовой биографии.

Перераспределение средств затрагивало различия между самими хозяйствами. В заключительном слове на сессии Верховного Совета 15 июля Хрущёв обсуждал тревогу депутатов о положении отстающих колхозов: они могли вносить в фонд меньше, чем получать из него. Председатели хозяйств спорили о связи между размером отчислений, производительностью и будущим ростом пенсий. В газетной публикации рядом с законом сохранилось это обсуждение условий, при которых общая система должна была соединить помощь слабым хозяйствам и заинтересованность в росте производства.

Вступление закона в силу было отложено до 1 января 1965 года. Между принятием и началом выплат требовалось определить порядок отчислений, назначения пенсий и выдачи пособий. Статья 23 поручала правительству издать соответствующие положения. Она особо называла две ситуации, требовавшие решения: районы с более поздним созданием колхозов и пожилые либо утратившие трудоспособность люди, вступившие в колхоз в первые годы коллективизации, но прекратившие работу до накопления требуемого стажа.

Возраст, стаж и размер пенсии в первоначальной редакции

Первоначально право на пенсию по старости устанавливалось для мужчин с шестидесяти пяти лет при стаже не менее двадцати пяти лет и для женщин с шестидесяти при двадцатилетнем стаже. Для женщин, родивших пять или более детей и воспитавших их до восьмилетнего возраста, предусматривались пятьдесят пять лет и пятнадцатилетний стаж. Эти условия определяли, когда человек мог обратиться за пенсией; сам факт принятия общего закона ещё не означал, что каждый пожилой член колхоза сразу отвечал всем требованиям.

Пенсию по старости рассчитывали как 50 процентов заработка в пределах пятидесяти рублей в месяц и 25 процентов остальной его части. Минимум составлял двенадцать рублей, максимум — 102 рубля. Например, при учитываемом заработке в семьдесят рублей исходный расчёт по статье 8 давал тридцать рублей: двадцать пять с первых пятидесяти и пять с оставшихся двадцати. Это расчёт по формуле первоначального закона, до применения дополнительных правил назначения и выплаты; фактические пенсии зависели также от подтверждённых сведений и установленных ограничений.

Для исчисления использовался среднемесячный фактический заработок в колхозе за любые пять лет подряд из последних пятнадцати перед обращением. Если человек проработал менее пяти лет, учитывалось отработанное время. Продолжавшему трудиться пенсионеру закон разрешал пересчитать пенсию после как минимум двух лет работы с более высоким заработком. Статья 22 сохраняла ещё один источник различий: колхозы, где прежние пенсии превышали установленный новым законом размер, могли поддерживать их за свой счёт дополнительными выплатами.

Трудовая биография, документы и продолжение работы

Стаж колхозника складывался из нескольких видов деятельности. Статья 15 закона включала работу членом колхоза, труд в качестве рабочего или служащего, службу в Вооружённых силах СССР и пребывание в партизанских отрядах. Предусматривались и другие периоды, засчитывавшиеся по законодательству о государственных пенсиях. Смешанная биография — колхоз, предприятие, военная служба — поэтому могла учитываться в одном пенсионном деле. Для назначения требовалось подтвердить периоды, а затем соотнести их с необходимой продолжительностью стажа.

Проблема состояла не только в количестве отработанных лет. Расчёт из заработка предполагал документы о том, сколько человек фактически получал за выбранный период. В исследовании Ольги Капустиной отмечены трудности, связанные с оплатой по трудодням и утратой колхозных архивов при реорганизации хозяйств. При недостатке подтверждённых сведений возможность получить пенсию выше минимума сужалась. Законодательная формула приобретала практический смысл через сохранившийся учёт труда и доходов.

Оформленное право получало материальное выражение в пенсионном документе. В Костромском музее-заповеднике сохранилось удостоверение № 2298 Матрёны Александровны Скобёлкиной, колхозницы колхоза «Дружба», датированное 1965 годом. Архивная запись описывает книжечку размером 10,4 на 7,2 сантиметра; цифровое воспроизведение содержит пять изображений. Этот предмет связывает первый год действия закона с конкретным человеком и с повседневной процедурой подтверждения пенсионного статуса.

Назначение пенсии могло сочетаться с продолжением работы. Сам закон предусматривал перерасчёт после двух лет труда с более высоким заработком. Человек, уже получавший пенсию, тем самым сохранял возможность увеличить её расчётную основу. В этой норме проявлялось сочетание двух задач: обеспечения в старости и сохранения трудового участия. Возрастное право на выплату и фактическое прекращение работы в колхозе не обязательно наступали одновременно.

Инвалидность, семья и материнство

Пенсии по инвалидности первоначальный закон предусматривал для первой и второй групп. При трудовом увечье или профессиональном заболевании продолжительность стажа не ограничивала право на выплату; при общем заболевании требовался стаж, зависевший от возраста. Минимальные выплаты составляли пятнадцать рублей для первой группы и двенадцать для второй. При трудовом увечье или профессиональном заболевании рассчитанные по установленным нормам пенсии, включая минимальные, повышались на двадцать процентов.

Право семьи на пенсию по потере кормильца связывалось с нетрудоспособностью и иждивением. Закон перечислял детей, родителей, супругов и других родственников, устанавливал возрастные условия и отдельные оговорки. При смерти вследствие трудового увечья или профессионального заболевания требование к стажу кормильца отсутствовало. Для пособия по беременности и родам стаж женщины значения не имел. Отпуск составлял пятьдесят шесть календарных дней до родов и столько же после них; при осложнённых родах или рождении двух и более детей послеродовая часть увеличивалась до семидесяти дней.

Различие между производственной травмой и общим заболеванием имело непосредственные последствия для семьи. В первом случае право на пенсию возникало независимо от продолжительности стажа. Во втором закон требовал определённое число лет работы: например, в возрасте от 26 до 31 года — пять лет для мужчины и три для женщины. С возрастом нормативный стаж возрастал. Медицинская причина утраты трудоспособности и трудовая биография поэтому совместно определяли право, а не только размер будущей выплаты.

При потере кормильца законодатель соединял семейные связи с возможностью самостоятельного содержания. Дети, братья, сёстры и внуки учитывались до шестнадцати лет, учащиеся — до восемнадцати; для некоторых родственников действовали дополнительные условия. Родители и супруги должны были достигнуть установленного возраста либо иметь инвалидность первой или второй группы. Усыновлённые приравнивались к родным детям, усыновители — к родителям. Это позволяло определить получателей после смерти человека, на доход которого опиралась семья.

Минимумы семейных пенсий в первоначальном законе различались по числу нетрудоспособных родственников: девять рублей на одного, двенадцать на двух и пятнадцать на трёх и более. При смерти от производственного увечья или профессионального заболевания рассчитанная пенсия, включая минимальную, повышалась на двадцать процентов. Содержание нескольких человек, таким образом, учитывалось в общей сумме семейной выплаты. Установленные нижние пределы отличались от минимальной пенсии по старости отдельного колхозника.

Пособие по беременности и родам решало иную задачу: замещало доход в период установленного отпуска. Закон предоставлял его независимо от стажа и отсылал к порядку и нормам, действовавшим для работниц и служащих. Возрастные требования пенсионных статей к этому основанию не переносились. В одном акте были собраны регулярное обеспечение пожилых и нетрудоспособных, поддержка семьи умершего и ограниченная по времени помощь женщине в связи с родами.

Региональные данные о первых выплатах

Региональные обследования позволяют увидеть, каким был уровень обеспечения после введения общих правил. По приведённой Татьяной Димони выборке Вологодской области за 1965 год средняя пенсия по старости колхозников составляла 12,16 рубля в месяц, рабочих и служащих — 42,31 рубля. Для колхозников она находилась почти у законодательного минимума. Эти величины относятся к конкретному виду пенсии, региону и обследованию. Они раскрывают сохранявшееся различие между социальными группами после того, как общая система уже начала действовать.

В той же вологодской выборке разрыв различался по видам выплат. Пенсии в связи с инвалидностью от трудового увечья составляли в среднем 35,31 рубля у рабочих и служащих и 17,56 у колхозников; от общих заболеваний — соответственно 27,40 и 12,86. По случаю потери кормильца приведены 28,29 и 13,25 рубля. Эти данные относятся к обследованию 1965 года и опубликованы исследователем со ссылкой на областные архивные материалы. Они показывают, что общий закон менял охват, сохраняя значительное неравенство размеров обеспечения.

Переход имел сложные последствия и для хозяйств, уже плативших собственные пенсии. Капустина приводит докладную записку министра социального обеспечения РСФСР Лидии Лыковой: в ряде областей и краёв до реформы местные пенсии назначались мужчинам с шестидесяти лет, женщинам — с пятидесяти пяти. Более высокий возраст нового закона оставлял часть прежних получателей вне его условий. Статья 22 разрешала сохранить высокие выплаты колхозными доплатами, но размер собственных средств и решение хозяйства продолжали влиять на положение человека.

Рост числа государственных пенсионеров и сохранение низких выплат происходили одновременно. Для колхозника из хозяйства без регулярной помощи новый минимум создавал устойчивый денежный доход. Для прежнего получателя более высокой местной пенсии общая норма могла оказаться менее выгодной. Поэтому результат реформы зависел от исходного положения человека. Единая система расширяла правовую и финансовую основу обеспечения, а последующие изменения должны были решать вопросы возраста, размера и соотношения с пенсиями рабочих и служащих.

Снижение пенсионного возраста в 1967–1968 годах

Указ Президиума Верховного Совета СССР от 26 сентября 1967 года снизил возраст, дававший колхозникам право на пенсию по старости: мужчинам с 65 до 60 лет, женщинам с 60 до 55. Требуемая продолжительность стажа сохранялась — двадцать пять и двадцать лет соответственно. Для женщин, родивших пять и более детей и воспитавших их до восьмилетнего возраста, возраст снижался с 55 до 50 лет при пятнадцатилетнем стаже. Колхозная часть указа вводилась с 1 января 1968 года.

Снижение возраста расширяло круг получателей сразу на несколько возрастных групп. Мужчина с достаточным стажем мог обращаться за пенсией на пять лет раньше, чем по первоначальному закону; то же происходило для женщины при её стажевом условии. Мера сближала колхозные правила с общими условиями для рабочих и служащих. Одновременно указ менял возрастные критерии для родителей, супругов, дедов и бабушек, претендовавших на семейную пенсию. Возрастная реформа поэтому затрагивала и собственное обеспечение колхозника, и поддержку родственников умершего.

Изменения коснулись инвалидности. Пенсионное обеспечение распространили на третью группу при трудовом увечье или профессиональном заболевании. Повышались минимальные размеры выплат по первой и второй группам, причём сумма зависела от причины инвалидности. Для третьей группы при производственном повреждении здоровья устанавливался минимум двенадцать рублей. Законодатель последовательно различал производственный риск и общее заболевание.

Указ изменил и расчётный период заработка. Пять последовательных лет теперь выбирались из последних десяти перед обращением, тогда как первоначальная редакция называла пятнадцать. В ноябре 1967 года правительство внесло соответствующие изменения в положение о назначении и выплате. Так возрастные и расчётные нормы закона переводились в правила оформления пенсионных дел; правительственное постановление также начинало действовать с 1 января 1968 года.

Реформа расчёта и повышение пенсий в 1971 году

Указ от 3 июня 1971 года распространял на членов колхозов и их семьи порядок исчисления, установленный для рабочих, служащих и их семей законом 1956 года. Минимальная пенсия по старости повышалась до двадцати рублей в месяц, максимальная составляла 120 рублей. Новый порядок начинал действовать с 1 июля 1971 года. Это было изменение и нижней границы, и самой системы расчёта, прежде опиравшейся на отдельную колхозную формулу.

Указ определял обращение с уже назначенными пенсиями. Получателям, имевшим право на более высокий размер, выплаты повышались по новым условиям. Остальным сохраняли прежнюю сумму. Такая переходная норма связывала реформу с существовавшими пенсионными делами: изменение расчёта должно было улучшать положение получателя или сохранять достигнутый уровень, а не обнулять прежнее назначение.

Для колхозников, работавших на Крайнем Севере не менее пятнадцати календарных лет либо в приравненных местностях не менее двадцати, вводились более ранние возрастные условия. Мужчины получали право по старости с 55 лет при общем стаже двадцать пять лет, женщины — с 50 при двадцати. География трудовой биографии становилась отдельным основанием льготы. Закон учитывал не только возраст и суммарную занятость, но и длительную работу в определённых условиях.

Минимальные выплаты по производственной инвалидности устанавливались в 35 рублей для первой группы, 25 для второй и 16 для третьей. При общем заболевании для первой и второй групп предусматривались тридцать и двадцать рублей. Для семей умерших кормильцев минимумы составляли тридцать рублей на трёх и более нетрудоспособных, двадцать на двух и шестнадцать на одного. Перемены, таким образом, проходили через всю систему обеспечения, хотя собственная пенсия по старости оставалась наиболее заметной частью реформы.

Закон 1978 года и новые условия с 1980 года

Закон СССР от 6 июля 1978 года повысил минимальную пенсию по старости до 28 рублей в месяц. Для инвалидов первой группы устанавливался минимум 45 рублей, второй — 28; вводилась надбавка на уход за инвалидами первой группы по порядку, действовавшему для рабочих и служащих. Семейные пенсии также повышались. Статья 3 предписывала ввести закон в действие с 1 января 1980 года: принятие нормы и начало её применения были разделены полутора годами.

Отдельное положение распространяло обеспечение на бывших членов колхозов, имевших необходимый стаж в колхозах либо в сочетании с работой на государственных и иных предприятиях, в организациях и учреждениях. Их пенсии устанавливались на условиях и по нормам, предусмотренным для членов колхозов. Это было существенно для трудовых биографий, в которых человек переходил между разными формами занятости: приобретённый колхозный стаж получал значение и после прекращения членства.

Надбавка на уход за инвалидом первой группы решала ещё одну практическую задачу. Утрата способности самостоятельно обслуживать себя создавала расход времени и труда для семьи. Закон включал в пенсионное обеспечение отдельную доплату, связанную с необходимостью ухода, и отсылал к уже существовавшему порядку для рабочих и служащих. Сближение систем происходило не только через увеличение основных сумм, но и через распространение дополнительных оснований поддержки.

Минимальные размеры в 1980-е годы

Указ от 22 мая 1985 года повысил минимальную пенсию колхозника по старости до сорока рублей в месяц с 1 ноября 1985-го. Для первой группы инвалидности минимум составлял шестьдесят рублей, для второй — сорок, для третьей — двадцать один. Изменялись и семейные выплаты: шестьдесят рублей на трёх и более нетрудоспособных, сорок на двух, двадцать пять на одного. Рост охватывал разные жизненные обстоятельства, при которых колхозная семья утрачивала самостоятельный заработок.

Два года спустя указ от 3 декабря 1987 года выделил давние назначения. С 1 января 1988 года минимальная пенсия по старости, выплачивавшаяся не менее десяти лет, повышалась с сорока до пятидесяти рублей. Общий минимум для остальных сохранялся на сорокарублёвом уровне. Десятилетнее условие относилось к продолжительности получения пенсии. Для инвалидов первой группы и семей с тремя и более нетрудоспособными минимум поднимался с шестидесяти до семидесяти пяти рублей независимо от срока выплаты.

Длительное получение небольшой пенсии становилось самостоятельной проблемой регулирования. Человек, вышедший на пенсию много лет назад, сохранял расчёт, основанный на прежнем заработке и старых нормах. Указ повышал нижнюю границу для этой группы, сохраняя разные условия по видам обеспечения. Пенсионные различия определялись теперь не только работой в колхозе и видом утраты дохода, но и временем первоначального назначения.

Начало действия	Минимум по старости	Основание
1 января 1965	12 рублей	Закон 15 июля 1964 года
1 июля 1971	20 рублей	Указ 3 июня 1971 года
1 января 1980	28 рублей	Закон 6 июля 1978 года
1 ноября 1985	40 рублей	Указ 22 мая 1985 года
1 января 1988	50 рублей для пенсий, выплачивавшихся не менее десяти лет; общий минимум 40 рублей	Указ 3 декабря 1987 года

В таблице указаны законодательные минимумы по старости. Средняя пенсия зависела от заработка, стажа, оснований назначения и состава получателей; натуральная помощь и доплаты хозяйства могли дополнять денежную выплату. Номинальные суммы характеризуют установленные на соответствующую дату размеры. Их покупательная сила относится к истории цен, снабжения и семейного потребления и требует отдельного сопоставления.

Переход к общим условиям в 1989 году

Закон СССР от 1 августа 1989 года № 313-I связывал улучшение пенсионного обеспечения с введением единых условий для рабочих, служащих и колхозников. С 1 октября минимальная пенсия по старости по законам о государственных пенсиях и о пенсиях членам колхозов устанавливалась в 70 рублей в месяц. Минимумы по инвалидности I и II групп составляли соответственно 85 и 70 рублей. Повышение устраняло различие нижних размеров между двумя основными системами в этих видах обеспечения.

Статья 2 распространяла на колхозников и членов их семей порядок и условия назначения и выплаты, установленные законом о государственных пенсиях. В необходимый трудовой стаж засчитывалась прежняя работа в колхозе. Вместе с тем заработок для расчёта по-прежнему определялся по действовавшим для колхозников правилам. Переход соединял общие основания обеспечения с сохранением специального порядка исчисления заработка.

Эта мера вводилась до принятия нового общего пенсионного закона. Если реформа 1964 года создала централизованное обеспечение членов колхозов, а решения 1967–1968 годов сблизили возраст выхода на пенсию, то закон 1989 года распространял на них общие условия назначения и выплаты. Последовательность изменений затрагивала разные стороны положения сельского получателя: наличие пенсионного права, возраст, расчёт суммы и порядок обращения за выплатой.

Итоги развития системы

Главным результатом реформы 1964–1965 годов стало соединение общего права с централизованным источником средств. Колхозники получили систему регулярных выплат при старости, инвалидности и потере кормильца, а женщины — пособие по беременности и родам. Зависимость от решения и достатка одного хозяйства уменьшилась. Вместе с тем первоначальные возрастные условия, низкий минимум и трудности подтверждения заработка сохраняли отличия от обеспечения рабочих и служащих.

Последующие решения меняли разные части этой конструкции. С 1968 года снизился пенсионный возраст, с 1971-го сближался расчёт, с 1980-го росли минимумы и расширялось обеспечение бывших членов колхозов. В 1980-е годы законодатель увеличивал нижние пределы и отдельно повышал давние назначения. Общее направление состояло в сближении правовых норм при сохранении отдельных колхозных правил и различий в фактических выплатах.

В преамбуле нового закона СССР от 15 мая 1990 года «О пенсионном обеспечении граждан в СССР» было установлено единство условий и норм для рабочих, служащих, членов колхозов и других категорий трудящихся. Эта формулировка закрепляла переход к общей модели обеспечения. История отдельной колхозной системы к тому времени прошла путь от помощи внутри артели к союзному фонду, общеустановленным возрастным условиям и последовательному сближению пенсионных расчётов.

Связанные статьи

• Тематический портал: Государство, общество и право

• Борьба с тунеядством в СССР: трудоспособность и социальное положение.