Перейти к содержанию

Церковная реформа патриарха Никона

Материал из Энциклопедия История. Главное
Церковная реформа патриарха Никона
Никон и монахи Воскресенского Новоиерусалимского монастыря на групповом портрете XVII века.
Патриарх Никон с братией Воскресенского Новоиерусалимского монастыря. Неизвестный художник, 1660–1665 годы.
В первой половине 1650-х годов при Никоне пересмотрели московские богослужебные книги и часть обрядов. Новые правила вызвали сопротивление духовенства и верующих.
Тип
Богослужебная реформа
Место
Московское царство
Изменения
Переработка Служебника и Требника, утверждение троеперстия, пересмотр текста Символа веры, усиление контроля патриарха над печатью

Церковная реформа патриарха Никона — пересмотр богослужебных книг и обрядов Русской церкви, начатый в первой половине 1650-х годов при поддержке царя Алексея Михайловича. Никон стремился сблизить московское богослужение с практикой других православных церквей. Собор 1654 года поручил исправлять книги по древним славянским и греческим образцам, а в 1655 году Московский печатный двор выпустил первый исправленный Служебник. В приходской жизни особенно заметными оказались изменение крестного знамения, порядка поклонов и некоторых слов молитв. Часть духовенства и верующих продолжала держаться прежних обрядов.[1][2]

Реформа выросла из движения за упорядочение церковной жизни. Будущие противники Никона, в том числе протопопы Иван Неронов и Аввакум, прежде вместе с ним добивались, чтобы службу вели последовательно и прихожане могли понимать её слова. Разногласия обострились, когда возник вопрос, по каким книгам судить о правильности русского обряда и кто вправе сделать выбранный порядок обязательным. После ухода Никона в 1658 году исправление и издание книг продолжились. Обязательность исправленных книг позднее подтвердил Большой Московский собор.[3][4]

Чего хотели исправить до Никона

Одна служба и несколько голосов

В приходах Московского царства долгую службу иногда сокращали, читая и распевая разные её части одновременно. Этот порядок называли многогласием. Формально необходимые чтения успевали произнести, но человеку в храме трудно было различить их слова. Царский духовник Стефан Вонифатьев, приближённый царя Фёдор Ртищев и близкие к ним священники выступали за единогласие. Чтецы и певцы должны были исполнять части службы по очереди. Последовательное чтение занимало больше времени и позволяло следить за содержанием богослужения.[3][5]

Церковный собор 1649 года, проходивший при патриархе Иосифе, сохранил возможность многогласия. Алексей Михайлович поддерживал единогласие и не согласился с таким решением. 9 февраля 1651 года новый собор утвердил последовательное исполнение службы. Никон тогда возглавлял Новгородскую митрополию и уже применял единогласие в своей епархии. Этот спор предшествовал обрядовой реформе. Его участники могли одинаково понимать задачу сделать службу внятной и по-разному оценивать авторитет греческой практики и древних московских книг.[6][1]

К этому кругу принадлежали Неронов и Аввакум. Первый проповедовал в Казанском соборе на Красной площади, второй служил в провинции и открыто порицал нарушения церковного порядка. Старшие приходские священники могли влиять на мирян через проповедь, пример службы и обращение с челобитной к государю. Согласие с дворцовым духовником и царём давало им возможность поднимать вопросы, которые иначе оставались бы делом отдельных приходов. С избранием Никона патриархом 25 июля 1652 года порядок исправлений всё больше зависел от решений патриарха и от того, кому он поручал их проводить.[3][1]

Греческие книги и русский обряд

Контакты с Востоком давали аргументы обеим сторонам. В 1649 году в Москве побывал иерусалимский патриарх Паисий. Он участвовал в поставлении Никона на Новгородскую кафедру. Монах Арсений Суханов ездил с поручениями на православный Восток. В «Прениях с греками о вере» 1650 года Суханов отстаивал русскую обрядовую практику, включая двуперстие. При Никоне Суханова вновь направили за книгами. В 1654 году он собрал на Афоне рукописи, большая часть которых поступила в Москву в феврале 1655 года. Одни и те же связи позволяли знакомиться с греческими текстами и проверять, соответствует ли современный греческий обряд представлениям русских книжников о древности.[7][8][9][1]

Изучать богослужебные тексты в Москве приглашали и выходцев из Киева. В 1649 году прибыли Епифаний Славинецкий и Арсений Сатановский. Они занимались переводами и преподаванием. Киевские печатники к тому времени несколько десятилетий сравнивали славянские книги с греческими печатными изданиями. В 1629 году в Киево-Печерской лавре вышел исправленный Служебник, а в 1646 году митрополит Пётр Могила издал Требник. Поэтому в распоряжении московских редакторов были славянские тексты, уже прошедшие самостоятельную сверку. Обращаясь к ним, московские справщики могли воспользоваться результатами этой работы.[10][4][11]

Сближение обрядов отвечало церковным и государственным интересам. В Москве обсуждали положение православных за пределами царства. В переговорах Алексея Михайловича с Богданом Хмельницким Никон принимал деятельное участие. В 1654 году решения о церковной справе принимались на фоне установления власти царя над Войском Запорожским и начала войны с Речью Посполитой. Эта обстановка объясняет, почему согласие с другими православными церквами имело политический вес. Выбор конкретных молитвенных формул и книг зависел также от накопившихся за десятилетия споров и работы самих книжников.[1][12][4]

Первые распоряжения и возражения

По рассказу Аввакума, перед Великим постом Никон разослал по московским церквам «Память», то есть письменное распоряжение. Оно предписывало креститься тремя сложенными пальцами и сокращало число земных поклонов при чтении великопостной молитвы Ефрема Сирина. В пересказе Аввакума вместо прежнего порядка вводились четыре земных поклона и поклоны в пояс. Подлинник распоряжения не сохранился. Обычно его относят к 1653 году. Сергей Лобачёв предлагает начало 1654 года, поскольку не нашёл упоминания распоряжения в наиболее ранних свидетельствах, которые использовал для восстановления последовательности конфликта.[13][14][1]

Оба требования касались действий, которые духовенство и миряне повторяли во время службы. Поэтому об изменении становилось известно даже тем, кто не читал распоряжения. При двуперстии крестное знамение совершали двумя вытянутыми пальцами. Стоглавый собор 1551 года закрепил этот порядок для Русской церкви. Для противников перехода на троеперстие авторитет решения прежнего собора был одним из оснований сохранить обычай. Для Никона и его сторонников решающее значение приобрело соответствие богослужению греков. Спор об устройстве службы перерос в спор о том, как распознать подлинное предание.[15][1][13]

Аввакум вспоминал, что вместе с костромским протопопом Даниилом подобрал выписки из книг о перстосложении и поклонах и подал их государю. Дальнейший путь челобитной он описывал как своё предположение. Текст «Жития» позволяет узнать, как автор объяснял сопротивление, но хронологию следствий и ссылок устанавливают по другим свидетельствам. В июле 1653 года уже шёл спор о муромском протопопе Логгине. Неронов вступился за него и резко выступил на соборе. В августе и сентябре того же года Неронова, Логгина и Аввакума отправили в ссылки. Различия в датировке «Памяти» важны именно здесь. Они меняют ответ на вопрос, какое событие первым привело к столкновению бывших единомышленников.[13][14][16]

Из ссылки Неронов продолжал искать поддержки у двора. В письме к царице Марии Ильиничне он называл Павла Коломенского, Даниила, Аввакума и Логгина пострадавшими от неправого суда. Здесь речь шла уже и о порядке разбирательства. Священник считал, что духовных лиц наказали незаконно, и обращался за защитой к той же верховной власти, которая поддерживала Никона. Челобитные показывают, что у противников реформы сохранялась возможность апеллировать к царю, даже когда патриаршие и соборные решения принимались против них.[16][17]

Московские соборы 1654–1656 годов

Соборное решение и пределы согласия

Весной 1654 года в царских палатах собрался собор с участием Алексея Михайловича. Никон перечислил обрядовые расхождения, которые считал поздними отступлениями, и попросил дать основание для пересмотра книг. Собор предписал сверять их с древними славянскими рукописями и греческими образцами. Сохранился акт с подписями участников. Он устанавливал общий принцип книжной правки. Для определения того, какие именно выражения и действия менялись, приходится сопоставлять сам акт с последующими решениями и печатными книгами.[2][1][18]

Коломенский епископ Павел выразил несогласие по вопросу о поклонах. Его подпись под соборным актом сопровождалась оговоркой. Впоследствии Павла лишили кафедры и отправили в ссылку. Этот случай показывает предел достигнутого согласия. Согласиться со сверкой книг можно было, продолжая защищать определённый русский обряд. Обвинения о подробностях наказания Павла следует соотносить с происхождением источника, поскольку история его смерти в позднейших изложениях передавалась по-разному.[2][1][14]

После собора Никон запросил мнение константинопольского патриарха Паисия. Вопросы касались конкретных действий в храме, от времени совершения литургии до священнического благословения. Паисий одобрил заботу Никона о единстве веры, но предупреждал против разделения из-за различий в местном порядке богослужения, если они не затрагивают исповедания веры. Он не считал, что разные обычаи сами по себе разрывают общение поместных церквей. Таким образом, у обращения к греческим иерархам было несколько возможных результатов. Ссылкой на их авторитет можно было обосновать сближение обрядов, а их же ответ допускал сохранение некоторых местных различий.[19][1]

В марте 1655 года на московском соборе присутствовали антиохийский патриарх Макарий и сербский патриарх Гавриил. Собор одобрил исправленный текст Служебника и Символа веры. В феврале 1656 года, в Неделю Торжества Православия, Макарий, Гавриил и никейский митрополит Григорий в Успенском соборе объявили анафему сторонникам двуперстия. Публичное осуждение превращало обрядовое различие в вопрос о принадлежности к церковному общению. В одном случае восточные иерархи признали допустимость местных различий, в другом конкретный обряд осудили. Разные решения принимались разными лицами и по разным поводам.[1][19]

Московский печатный двор и новые книги

В начале патриаршества Никон поставил книжную работу под свой прямой надзор. На Печатном дворе полное распоряжение типографией относят к февралю 1654 года. Патриарх определял состав справщиков, то есть редакторов, которые сверяли тексты и готовили их к набору. Часть прежних работников, в том числе Савватий и Иоанн Наседка, была отстранена. К работе привлекли Арсения Грека. Одним из важнейших сотрудников стал Евфимий Чудовский, монах московского Чудова монастыря. Арсений Грек и Арсений Суханов выполняли разные задачи. Первый работал с текстами в Москве, второй ездил за рукописями и книгами.[1][10][8]

У типографии были и материальные ограничения. Во время эпидемии её работа прервалась с августа 1654 по февраль 1655 года. Тогда осталось незавершённым московское переиздание сборника «Правило истинного живота христианского», прежде напечатанного в Остроге. После возобновления печати к готовым частям допечатали оглавление и выходные сведения и в таком виде книгу выпустили в продажу. В 1655 году Никон устроил для Печатного двора бумажную мельницу при впадении Пахры в Москву-реку. Через два года её уничтожило наводнение. Сроки, в которые новое богослужение могло получить свои книги, зависели и от работы самой типографии.[10][1]

По каким книгам сверяли тексты

Сохранились так называемые ковычные экземпляры. Это книги, на которых редакторы отмечали изменения перед подготовкой нового издания. Для московского Служебника 1655 года таким экземпляром стал Служебник, напечатанный в Стрятине в 1604 году. Он хранится в Российском государственном архиве древних актов. При подготовке издания привлекались также киевские Служебники 1620 и 1629 годов, а сопоставление текста показывает его близость к греческому Евхологию, напечатанному в Венеции в 1602 году. На редакторском экземпляре сохранились пометы о сверке с греческим текстом. Материальные следы работы позволяют различить книгу, на которой делали разметку, и тексты, к которым обращались для проверки.[4][20][21]

Для Постной Триоди 1656 года редакторы использовали киевские издания 1627 и 1648 годов. В основу московского Требника 1658 года положили Требник Петра Могилы. В этом экземпляре редакторы делали пометы о том, где нужно обратиться к греческому тексту. Указание собора работать по древним книгам и практика типографии тем самым описывают разные стороны дела. Собор формулировал, на чём должно основываться исправление. Справщики выбирали, с какого экземпляра удобнее начать и как проверить конкретное место. При этом сами киевские печатники уже сверяли многие свои издания с греческими книгами.[4][20][11]

В работе над орфографией часть правил начали применять ещё до того, как юго-западнорусские издания стали использовать в Москве как корректурные экземпляры. По наблюдениям С. М. Кусмауля, это относится, например, к раздельному написанию слов со значениями «покой» и «вселенная». Исследователь связывает ранние изменения с работой Евфимия Чудовского с 1652 года и отмечает влияние грамматики Мелетия Смотрицкого 1619 года. В последующих изданиях редакторы развивали правила самостоятельно. Изменение букв и грамматических форм имело собственную историю внутри той же книжной реформы.[20]

Какие книги получил приход

Первый исправленный Служебник вышел в конце августа 1655 года. Он содержал тексты и указания, по которым священник и диакон совершали литургию. До июля 1658 года книгу издали ещё пять раз. Повторные издания различались прежде всего обрядовыми поправками. Это означает, что сравнение двух экземпляров, помеченных как «никоновские», требует установить год и конкретный выпуск. Исправленная редакция менялась и после того, как собор одобрил первый её текст.[10][20]

Печатный двор выпустил Часослов в 1656 году, Ирмологий в 1657-м и Требник в 1658-м. Часослов задавал последовательность ежедневных служб, Ирмологий содержал тексты церковных песнопений, а Требник служил для совершения таинств и обрядов, таких как крещение, венчание и погребение. Эти книги исправляли неодинаковыми темпами. В Постной Триоди 1656 года и первом Ирмологии 1657 года сохранялось двукратное пение «аллилуия», хотя переход к трёхкратному пению входил в круг обсуждавшихся изменений. Напечатанная книга могла поэтому сохранять старый порядок в одних местах и закреплять новый в других.[10][1][22]

В октябре 1656 года московский собор отдельно рассмотрел исправленный Требник. В акте говорилось, что прежние московские издания расходились в описании обрядов. Собор перечислил материалы для сверки, в том числе письменные ответы с православного Востока и рукописи на греческом и славянском языках. Исправленный текст прочитали на заседании, после чего велели напечатать его и по выходе книги совершать таинства по ней. Соборный акт указывает, что решение принято с согласия Алексея Михайловича и по благословению Никона. Так разночтения, которые книжники обнаруживали в типографии, стали предметом обязательного для приходов решения. В том же акте собор рассмотрел учреждение кафедр в Смоленске и Вятке.[23]

В исправленных книгах изменились написание имени Иисуса, порядок отдельных молитв и ряд указаний священнику. Менялись число и печати просфор, хлебов для приготовления даров к литургии. Сохранившиеся экземпляры Требника 1658 года расходятся в отдельных местах даже внутри одного издания. Наталья Сазонова выявила эти расхождения, сравнив шесть экземпляров. Она также установила, что в исследованных редакциях Требника и Часослова были перестроены целые последовательности молитв и обрядов. Объём изменений не сводится к написанию нескольких слов и внешней форме крестного знамения.[1][22]

Что менялось в произносимых словах и в действиях

Новый текст Символа веры содержал изменение, которое можно было услышать, даже не заглядывая в книгу. В словах о Святом Духе из восьмого члена Символа исключили определение «истиннаго». Новая редакция передавала греческую формулу без этого слова. Для справщиков это была сверка текста. Противники реформы воспринимали утрату знакомого слова в исповедании веры как основание усомниться и в других поправках. Порядок, по которому выбирали слова общецерковного текста, имел значение далеко за пределами типографии.[24][18][19]

Порядок крещения изменился иначе. По сопоставлению Требников, которое провела Сазонова, из чина крещения убрали погружение свечей в воду при её освящении. Пострижение волос перенесли в чин молитв восьмого дня. На практике эти молитвы обычно читали сразу после крещения. В чине пострижения прежние слова «сего пришедшего раба» сменились формулой «пришедшего раба». Исследовательница видит в таких заменах стремление к более общему изложению молитвы. Сравнение печатных текстов устанавливает саму замену. Вывод о том, как её понимал каждый участник таинства, потребовал бы иных свидетельств.[22][25]

Для священника некоторые перемены начинались ещё до выхода к прихожанам. При приготовлении даров к литургии Служебник задавал действия с просфорами и молитвы. Новые указания меняли число просфор и изображение креста на их печатях. Обиходная практика зависела и от тех, кто выпекал хлеб и располагал нужной печатью. Поэтому одна редакторская поправка могла затронуть как служение священника, так и подготовительную работу при храме. Поскольку Служебник переиздавали с поправками, каждое такое изменение следует связывать с конкретным выпуском или свидетельством об исполнении.[1][24][10]

Реформа касалась и службы, которую совершал сам архиерей. В 1653 году бывший константинопольский патриарх Афанасий Пателларий, находившийся в Москве, составил по просьбе Никона описание восточного архиерейского служения. Сохранились греческий текст и русский перевод. Этот порядок стал одним из источников русских печатных Чиновников, книг с указаниями для архиерейского богослужения. Работа над ним показывает, что сверяли практику для разных участников службы. Общение с приезжавшими в Москву иерархами давало возможность наблюдать их служение и записывать его порядок.[1]

Никон судил о соответствии греческому преданию и по облику храмовых образов. Павел Алеппский, сопровождавший патриарха Макария, описал изъятие в Москве икон, написанных в новой живописной манере, и публичное уничтожение образов в Успенском соборе в 1655 году. В глазах Никона правка текста и защита принятого образца иконописи могли служить одной задаче. При этом замена старых московских формул греческими и пресечение новой живописной манеры двигались в разные стороны. Значение имело то, какой образец сам патриарх считал надёжным.[26]

«Скрижаль» и объяснение реформы

Одновременно с исправленными книгами печатали их обоснование. «Скрижаль» составлялась как сборник толкований богослужения. В неё вошли перевод труда греческого иеромонаха Иоанна Нафанаила, отрывки из ответа константинопольского патриарха Паисия и статьи о крестном знамении, священническом благословении и Символе веры. Основной текст напечатали осенью 1655 года. Дополнительные статьи датированы 2 июня 1656 года. Это различие объясняет, почему в описаниях одного издания встречаются оба года.[27][1]

Сборник давал сторонникам реформы возможность объяснить, зачем требовалось изменить привычный порядок. Его значение для противников тоже было практическим. Он позволял проверить доводы патриарха по напечатанному тексту и возразить на них. Вместе с новыми изданиями распространялся и вопрос об их основаниях. Для одной стороны ссылка на греческую книгу подтверждала общность с восточным православием. Для другой та же ссылка могла свидетельствовать о нарушении унаследованного русского порядка.[4][17][27]

Сопротивление и продолжение реформы

Приходские священники, архиереи и государевы служащие

Московское разбирательство и наказание в ссылке были разными этапами конфликта. Аввакума выслали из Москвы в Сибирь. Его первым местом ссылки стал Тобольск. Дальнейшие назначения и перемещения зависели от приказов и воевод. В документах о его переводе из Енисейского острога в Якутск сохранилось предписание о запрете служить. Действие церковного взыскания тем самым зависело и от распоряжений светских исполнителей. Житие передаёт опыт самого священника, а воеводская переписка позволяет различить, кто осуществлял решение и в какой форме.[13][16]

Книжники спорили с реформой и по той причине, что она меняла отношение к местным изданиям. Когда московские редакторы стали брать за основу книги, напечатанные в Киеве и Стрятине, противники использовали происхождение этих книг как довод. Они считали московскую традицию хранительницей правильного порядка и с подозрением относились к книгам из земель Речи Посполитой. На Печатном дворе, напротив, ценили возможность работать со славянским текстом, который уже сверяли с греческим. Спор касался сразу двух критериев. Давность и привычность московского употребления служили одним свидетельством о правильности. Согласие с богослужением других православных церквей служило другим.[4][21]

18 мая 1656 года собор рассмотрел дело Неронова в его отсутствие. Протопоп ушёл из монастыря, где отбывал ссылку. На разбирательстве присутствовали Никон и восточные иерархи, в том числе антиохийский патриарх Макарий. Собор подтвердил прежнее церковное взыскание и осудил его уход. Через несколько месяцев те же отношения могли развиваться иначе, когда Неронов добился личной встречи с патриархом.[17]

4 января 1657 года Неронов предстал перед патриархом во время службы в Москве. За этим последовали встречи. По житию Неронова, Никон допускал для него служение по старому Служебнику и считал пригодными оба издания. Это свидетельство касается личного разговора. Сохранившиеся общие распоряжения о печати и осуждении двуперстия продолжают описывать другой уровень церковных решений. Случай Неронова позволяет увидеть, как при обязательной книжной норме сохранялась возможность частного соглашения.[17][1]

Соловецкий монастырь и новые книги

Из монастырского приговора видно, как Служебники доходили до Русского Севера. В августе 1657 года Иван Малгин, служилый человек новгородского митрополита Макария, привёз книги в Холмогоры. Ему поручили распределить их по городам, монастырям и приходам и брать установленную плату. Приказному старцу Иосифу передали пятнадцать Служебников и три другие церковные книги. В Соловецкой обители новые книги поначалу оставили в казённой палате без переплёта. Между выпуском в Москве и первым богослужением по новому тексту стояли епархиальные служащие, расходы на книги и решение настоятеля.[28][29]

8 июня 1658 года собрание братии под руководством архимандрита Илии постановило держаться старых книг и не причащаться у тех, кто станет служить по новым. В приговоре священники и диаконы ссылались на обычаи обители, а также на преклонный возраст и трудность переучивания. Внутри самой братии мнения расходились. В жалобе государю противники Илии утверждали, что просили показать им новые книги, и обвиняли настоятеля в наказании тех, кто пробовал по ним служить. Приговор устанавливает решение собрания, а жалоба передаёт позицию его оппонентов. Эти события произошли ещё при Никоне. Вооружённое противостояние монастыря с царскими войсками началось в 1668 году.[28][29]

Кто определял новый порядок

Сопротивление пережило разрыв между Никоном и царём. В июле 1658 года патриарх оставил управление и удалился в Воскресенский монастырь. Печатный двор продолжал выпускать исправленные книги, в том числе Цветную Триодь 1660 года и Требник 1662 года. В 1666 году Никон был лишён сана. В следующем году собор подтвердил соответствие новых книг греческим образцам. Суд над патриархом и решение о книгах имели разный предмет. Книжная реформа уже стала делом печатников, архиереев и соборов и продолжилась после отстранения человека, давшего ей имя.[1][4][22]

Итоги реформы и её последствия

До избрания Никона патриархом часть духовенства и Алексей Михайлович добивались того, чтобы прихожане могли разобрать слова службы. Когда чтецы произносили разные молитвы одновременно, следить за богослужением было трудно. Собор 1651 года утвердил последовательное чтение. При Никоне задача стала шире. Патриарх хотел сблизить русское богослужение с практикой других православных церквей и исправить то, что считал поздними отступлениями. С первым начинанием были согласны и будущие противники Никона, среди них Иван Неронов и Аввакум.[3][1][2]

Соборы одобрили исправления, а Московский печатный двор выпустил новые книги. Священники получили общий печатный образец, в котором были закреплены тексты молитв и порядок действий во время службы. Прихожане могли заметить перемену уже по тому, как следовало креститься. Теперь для крестного знамения предписывали складывать три пальца вместо двух. Печатный двор продолжал работу после ухода Никона, а Большой Московский собор в 1667 году подтвердил обязательность нового порядка. Реформа изменила повседневное богослужение в приходах, которые приняли исправления.[1][4][22]

Общий порядок утвердили, но согласия вокруг него добиться не удалось. Для части священников и мирян верность старым книгам и двуперстию была верностью преданию, которое прежде закрепляли сами русские соборы. Никон и его сторонники видели основание для исправлений в согласии с греческой практикой. Когда церковные власти осудили приверженность старому обряду, спор о крестном знамении и книгах стал вопросом о том, кто может оставаться в церковном общении. В Соловецкий монастырь новые книги доставили, однако братия постановила служить по прежним.[1][19][28]

Исправленные книги легли в основу дальнейшего богослужения Русской церкви, а из сопротивления обязательным изменениям выросло старообрядчество. В 1971 году Поместный собор Русской православной церкви признал старые русские обряды равночестными новым и отменил церковные осуждения старых обрядов и тех, кто их придерживался. Более широкий исторический контекст раскрыт в статье Православная церковь и преобразование российского общества (1551–1943).[1][30]

Примечания

  1. ↑ 1,00 1,01 1,02 1,03 1,04 1,05 1,06 1,07 1,08 1,09 1,10 1,11 1,12 1,13 1,14 1,15 1,16 1,17 1,18 1,19 1,20 1,21 1,22 1,23 Никон, патриарх Московский и всея Руси // Православная энциклопедия. Раздел о богослужебной реформе. Текст.
  2. ↑ 2,0 2,1 2,2 2,3 Соборное деяние Московского собора с собственноручными подписями его участников, 1654 год. Архивное описание и воспроизведение.
  3. ↑ 3,0 3,1 3,2 3,3 Ревнителей благочестия кружок // Православная энциклопедия. Текст.
  4. ↑ 4,0 4,1 4,2 4,3 4,4 4,5 4,6 4,7 4,8 Книжная справа // Православная энциклопедия. Раздел о Московском печатном дворе и никоновских исправлениях. Текст.
  5. ↑ Иосиф, патриарх Московский и всея Руси // Православная энциклопедия. Разделы о единогласии и Печатном дворе. Текст.
  6. ↑ Каптерев Н. Ф. Патриарх Никон и царь Алексей Михайлович. Т. 1. Гл. III. Текст.
  7. ↑ Богданов А. П. Прения с греками о вере 1650 г. Отношения Греческой и Русской церквей в XI–XVII вв. М., 2020. Издание Института российской истории РАН.
  8. ↑ 8,0 8,1 Арсений Суханов // Большая российская энциклопедия. Текст.
  9. ↑ Луппов С. П. Книга в России в XVII веке. Л., 1970. Гл. VI, раздел о библиотеках. Текст.
  10. ↑ 10,0 10,1 10,2 10,3 10,4 10,5 Печатный двор // Православная энциклопедия. Разделы о патриархах Иосифе и Никоне. Текст.
  11. ↑ 11,0 11,1 Пётр Могила. Евхологион, альбо Молитвослов или Требник. Киев, 1646. Каталог и экземпляр Национальной исторической библиотеки Украины.
  12. ↑ Bushkovitch P. Church and Politics in Late Muscovy // Russia's Path Toward Enlightenment: Faith, Politics, and Reason, 1500–1801. Yale University Press. Описание главы.
  13. ↑ 13,0 13,1 13,2 13,3 Аввакум. Житие протопопа Аввакума, им самим написанное // Робинсон А. Н. Жизнеописания Аввакума и Епифания. М., 1963. С. 139–178. Текст.
  14. ↑ 14,0 14,1 14,2 Лобачёв С. В. Патриарх Никон. СПб., 2003. С. 123–125. Электронная копия.
  15. ↑ Стоглав, гл. 31, о крестном знамении. Текст.
  16. ↑ 16,0 16,1 16,2 Летопись жизни протопопа Аввакума. Проект Федерального архивного агентства. Записи за 1653–1655 годы.
  17. ↑ 17,0 17,1 17,2 17,3 Каптерев Н. Ф. Патриарх Никон и царь Алексей Михайлович. Т. 1. Гл. VII. Текст.
  18. ↑ 18,0 18,1 Каптерев Н. Ф. Патриарх Никон и царь Алексей Михайлович. Т. 1. Гл. IV. Текст.
  19. ↑ 19,0 19,1 19,2 19,3 Каптерев Н. Ф. Патриарх Никон и царь Алексей Михайлович. Т. 1. Гл. V. Изложение и выдержки из ответа патриарха Паисия.
  20. ↑ 20,0 20,1 20,2 20,3 Кусмауль С. М. Орфографические инновации никоновской книжной справы (1650-е гг.) // Труды Института русского языка им. В. В. Виноградова. 2026. № 1 (47). С. 222–249, особенно с. 228–229. Текст.
  21. ↑ 21,0 21,1 Дмитриевский А. А. Исправление книг при патриархе Никоне и последующих патриархах. Текст.
  22. ↑ 22,0 22,1 22,2 22,3 22,4 Сазонова Н. И. У истоков раскола Русской Церкви в XVII веке: исправление богослужебных книг при патриархе Никоне (1654–1666 гг.). Томск, 2008. С. 18–19, 39–71. Электронная копия, описание РГБ.
  23. ↑ Соборное деяние об учреждении архиерейских кафедр в Смоленске и Вятке и о печатании новоисправленного Потребника, октябрь 1656 г. // Материалы для истории раскола за первое время его существования / под ред. Н. И. Субботина. Т. 1. М., 1875. Текст.
  24. ↑ 24,0 24,1 Епифаний Славинецкий // Православная энциклопедия. Раздел о переводах и участии в книжной справе. Текст.
  25. ↑ Сазонова Н. И. Литургическая реформа патриарха Никона (1654–1666 гг.): антропологический аспект // Вестник РУДН. Серия: История России. 2010. № 4. Текст, раздел о молитвах крещения и прим. 24–26.
  26. ↑ Павел Алеппский. Путешествие антиохийского патриарха Макария в Россию в половине XVII века, описанное его сыном архидиаконом Павлом Алеппским. Пер. Г. А. Муркоса. Вып. 3. М., 1898. С. 136–137. Рассказ об изъятии икон и службе в Успенском соборе. См. также: Никон // Православная энциклопедия, раздел о богослужебной реформе.
  27. ↑ 27,0 27,1 Скрижаль. М.: Печатный двор, октябрь 1655 года, дополнительные статьи от 2 июня 1656 года. Описание экземпляра РГБ в Президентской библиотеке.
  28. ↑ 28,0 28,1 28,2 Соборный приговор соловецких иноков о непринятии новопечатных книг, 8 июня 1658 г. // Материалы для истории раскола за первое время его существования / под ред. Н. И. Субботина. Т. 3. М., 1878. Текст.
  29. ↑ 29,0 29,1 Соловецкое восстание (1668–1676) // Церковно-научный центр «Православная энциклопедия». Текст, раздел о событиях 1657–1658 годов.
  30. ↑ Деяние Освященного Поместного Собора Русской Православной Церкви об отмене клятв на старые обряды и на придерживающихся их, 2 июня 1971 года. Публикация Отдела внешних церковных связей Московского патриархата.
Источник — https://wiki.histglav.ru/index.php?title=Церковная_реформа_патриарха_Никона&oldid=13830