Первая книга корабельной архитектуры Жуана Баптисты Лаваньи
«Первая книга корабельной архитектуры» (порт. Livro Primeiro de Architectura Naval) — незавершённый португальский кораблестроительный трактат Жуана Баптисты Лаваньи, созданный приблизительно около 1600 года. Рукопись описывает принципы проектирования крупной океанской нао приблизительно 600 тонелад для Индийского маршрута и занимает особое место в истории технической мысли благодаря последовательному требованию предварительно разработать корабль как архитектурный проект — от умственного замысла через чертёж к масштабной модели.[1][2]
Название и датировка
Португальское название рукописи — Livro Primeiro de Architectura Naval, буквально «Первая книга корабельной архитектуры». Формула «первая книга» предполагает более широкий замысел, однако продолжение либо не было написано, либо не сохранилось.
В современной литературе наиболее распространена датировка около 1600 года.[1] При этом предложена и более ранняя ориентировочная дата — около 1598 года. Основанием служат два приложенных к рукописи профессиональных чертежа/регламента корабельных мастеров Себастьяна Темудо и Гонсалу Родригеша, датированные 1598 годом.[3]
Корректнее поэтому говорить о рубеже XVI–XVII веков, а не приписывать тексту искусственно точный год.
Рукопись и открытие
Рукопись хранится в Мадриде в собрании Королевской академии истории. В XX веке её обнаружил и ввёл в научный оборот Жуан да Гама Пиментел Барата.
В 1965 году Пиментел Барата опубликовал исследование и транскрипцию «Первой книги корабельной архитектуры» в журнале Ethnos.[4]
В 1996 году Academia de Marinha выпустила факсимиле, транскрипцию и английский перевод трактата.[5]
Автор и профессиональная среда
Жуан Баптиста Лаванья был не верфным мастером, а математиком, инженером и главным космографом Португалии. Это принципиально для чтения трактата.
Его задача состояла не в фиксации одного личного ремесленного метода. Он стремился перестроить понимание кораблестроения как дисциплины, которая требует от руководителя проекта математических, геометрических и графических знаний.
В то же время Лаванья явно имел доступ к профессиональной практике. В рукописи использованы и приложены материалы реальных корабельных мастеров, а технические детали демонстрируют глубокое знакомство с технологией строительства.[3]
Таким образом, текст возник на пересечении двух типов знания — учёно-инженерного и ремесленного.
Корабельная архитектура как отдельная дисциплина
Название трактата само по себе знаменательно. Academia de Marinha отмечает, что выражение «корабельная архитектура» (architectura naval) у Лаваньи относится к одному из самых ранних случаев употребления понятия в специальном техническом смысле.[6]
Однако современный термин не должен создавать анахронизма. Лаванья ещё не располагал математической теорией остойчивости, сопротивления воды или прочности корабельного корпуса XVIII–XIX веков.
Новизна заключалась в другом: строительство корабля объявлялось предметом предварительного интеллектуального проекта и геометрической организации.
Кто такой «корабельный архитектор»
Лаванья формулирует высокие требования к человеку, отвечающему за проект судна. Такой специалист должен владеть рисунком, перспективой, арифметикой, геометрией, астрономией и механикой.[7] Это существенно отличается от представления о кораблестроителе только как о старшем плотнике, наследующем набор практических шаблонов.
Лаванья не отрицал значения опыта. Он пытался подчинить опыт предварительному разумному замыслу и сделать проектировщика ответственным за целостность будущего корабля.
Замысел, чертёж и модель
Наиболее известная методологическая идея трактата — последовательность трёх стадий.
Сначала корабль должен быть задуман в уме проектировщика. Затем замысел переносится на чертёж. После этого до начала полноценного строительства рекомендуется изготовить масштабную деревянную модель.[6]
Модель выполняет не декоративную функцию. Она позволяет увидеть ошибки, которые на бумаге или в абстрактном расчёте могли остаться незамеченными, и исправить их до расходования больших объёмов древесины и труда.
Эта программа ещё не равна современному проектированию, но заметно усиливает разрыв между стадией дизайна и стадией постройки.
Проект 600-тонной нао
Сохранившийся текст связан с проектом крупной океанской нао примерно 600 тонелад для Португальской Индии.[1]
Это принципиально важный масштаб. Индийская нао должна была выдерживать длительный океанский переход, перевозить большой груз, экипаж, вооружение и запасы, а затем вернуться через Атлантику.
Лаванья рассматривает взаимосвязь главных размеров и формы корпуса. Как и у Оливейры, геометрия не заменяет полностью мастерское формообразование, но ограничивает пространство произвольных решений.
Современная морская археология использует трактат как один из сравнительных источников при реконструкции португальских кораблей рубежа XVI–XVII веков.[8]
Источники практического знания
К рукописи связаны материалы мастеров Себастьяна Темудо и Гонсалу Родригеша. Они особенно важны, потому что позволяют увидеть, откуда учёный космограф мог получать конкретное кораблестроительное знание.[3]
Исследователи предупреждают против представления, будто Лаванья сам изобрёл все правила, изложенные в книге. Значительная их часть отражает существовавшую профессиональную традицию.
Заслуга автора состоит в отборе, организации и интеллектуальной переработке этой практики.
Терминология
Трактат имеет собственную техническую лексику, и она не всегда совпадает с терминологией других португальских кораблестроительных документов.[2]
Это важное ограничение. Если два раннемодерных автора используют разные слова для близких элементов или одинаковое слово в несколько различном смысле, современный исследователь не должен автоматически унифицировать термины.
Поэтому «Первую книгу» полезнее читать параллельно с Оливейрой, профессиональными регламентами мастеров и археологическими данными.
Лаванья и Оливейра
Между двумя португальскими рукописями существует и преемственность, и заметное различие.
Оливейра около 1580 года стремился объяснить скрытые за мастерскими шаблонами общие правила кораблестроения. Его текст богат рассуждениями о материалах, происхождении судов, пропорциях и языке ремесла.
Лаванья около 1600 года в меньшей степени разворачивает гуманистическую теорию, но гораздо сильнее подчёркивает статус проектировщика и последовательность предварительной разработки корабля.
Таким образом, Оливейра помогает понять рационализацию ремесленного знания, а Лаванья — становление собственно проектной культуры.
Лаванья и испанские ордонансы
Трактат создавался непосредственно перед крупным циклом испанских кораблестроительных ордонансов 1607–1618 годов.
Не следует объявлять рукопись прямым проектом этих нормативных актов без документальных оснований. Но оба явления принадлежат одному историческому процессу: государство и образованные технические специалисты стремились уменьшить произвол размеров, повысить предсказуемость характеристик и превратить корабль в объект формализованного контроля.
В 1611 году Томе Кано опубликовал собственный кораблестроительный трактат. Поэтому рубеж 1600–1618 годов представляет особенно плотный узел письменной и нормативной истории иберийского кораблестроения.
Пределы реконструкции
Трактат Лаваньи чрезвычайно важен, но не является полным современным комплектом чертежей.
Текст незавершён. Он не даёт всей последовательности производственных операций, всех размеров каждой детали и исчерпывающей геометрии поверхности корпуса. Археологический проект, основанный только на Лаванье, неизбежно требует гипотез.
Nautical Archaeology Digital Library прямо отмечает, что ранние трактаты хорошо показывают общие принципы дизайна океанских судов, но гораздо слабее документируют полный набор конструктивных деталей и фактическую последовательность строительства.[1]
Поэтому реконструкция должна соединять текст с сохранившимися кораблекрушениями, контрактами, регламентами и другими трактатами.
История издания и значение
После открытия рукописи Пиментелом Барата она стала одним из основных письменных источников по португальской корабельной архитектуре рубежа XVI–XVII веков. Издание Academia de Marinha 1996 года сделало доступными факсимиле, транскрипцию и английский перевод; затем материалы вошли в международный цифровой корпус Nautical Archaeology Digital Library.[5] Особая ценность текста — не в наличии «идеального чертежа» португальской нао, а в явной формулировке проектного мышления.
Историческое значение
«Первая книга корабельной архитектуры» фиксирует качественный сдвиг от описания ремесленного знания к концепции корабля как заранее проектируемого технического объекта. На линии источников она естественно следует после Оливейры около 1580 года и Паласио 1587 года, а далее сопоставляется с ордонансами 1607–1618 годов и трактатом Томе Кано 1611 года. Эта последовательность показывает, что переход к формализованному кораблестроению был не единичным изобретением, а длительным процессом, в котором взаимодействовали ремесло, печатная и рукописная литература, математика и государственное регулирование.
Связанные статьи
Жуан Баптиста Лаванья · Книга о строительстве кораблей Фернана Оливейры · Морское наставление Диего Гарсии де Паласио · Томе Кано · Испанские кораблестроительные ордонансы 1607–1618 годов
Примечания
- ↑ 1,0 1,1 1,2 1,3 Nautical Archaeology Digital Library: João Baptista Lavanha, Livro Primeiro de Architectura Naval, c. 1600.
- ↑ 2,0 2,1 História da Marinha Portuguesa, 1500–1668. Academia de Marinha. Раздел о трактате Лаваньи.
- ↑ 3,0 3,1 3,2 Academia de Marinha: материалы о датировке и профессиональных источниках трактата Лаваньи.
- ↑ Nautical Archaeology Digital Library: библиография португальской корабельной архитектуры; João da Gama Pimentel Barata, «O “Livro Primeiro da Architectura Naval” de João Baptista Lavanha», Ethnos, 1965, IV, 221–298.
- ↑ 5,0 5,1 Nautical Archaeology Digital Library: издание Lavanha, Livro Primeiro de arquitectura naval, Academia de Marinha, 1996.
- ↑ 6,0 6,1 História da Marinha Portuguesa, 1669–1823. Глава об эволюции корабельной архитектуры.
- ↑ «João Baptista Lavanha (c. 1550–1624) — Engenho e Ciência».
- ↑ Nautical Archaeology Digital Library: Pepper Wreck / Nossa Senhora dos Mártires, 1606.