Перейти к содержанию

Церковные реформы в России (1905–1917)

Материал из Энциклопедия История. Главное
Церковные реформы в России (1905–1917)
Члены и участники собрания Синода в митрополичьем доме Александро-Невской лавры.
Участники чрезвычайного собрания Святейшего синода в Александро-Невской лавре. 26 июля 1911 года. Фотограф неизвестен.
С 1905 года в Российской церкви разрабатывали проекты созыва Собора, восстановления патриаршества и переустройства епархий, суда и прихода. Часть проектов перешла к Поместному собору в 1917 году.
Тип
Подготовка церковных преобразований
Место
Российская империя

Церковные реформы в России (1905–1917) — попытка дать Православной российской церкви больше самостоятельности и изменить порядок управления епархиями и приходами. Многие местные дела решались в Петербурге. Прихожане содержали храмы и избирали старост, но мало влияли на то, как распоряжались церковным имуществом и кого назначали священником. Когда в 1905 году правительство обсуждало расширение прав старообрядцев и других религиозных общин, митрополит Антоний (Вадковский) предложил дать и православной церкви больше свободы во внутренних делах. Он рассчитывал, что это поможет оживить приходскую жизнь.[1][2][3]

Синод, высший орган церковного управления, просил созвать Поместный собор — общее собрание Русской церкви, которое могло бы принять решения о реформе. Большинство епископов, ответивших на опрос Синода, поддержало избрание патриарха. Церковь жила без патриарха со времён Петра I. Предлагали передать часть дел из столицы на места, отделить церковный суд от управления епархией и дать прихожанам больше прав в делах храма. Петербургские священники выступали за участие в Соборе представителей духовенства и мирян. Архиереи спорили, могут ли священники и миряне голосовать наравне с епископами.[2][4][5][6][7]

Николай II признал, что Собор нужен. Весной 1905 года он сослался на тревожную обстановку в стране и отложил созыв. К концу года царь высказался за некоторые преобразования и согласился начать подготовку Собора. В апреле 1907 года он утвердил правила работы будущего Собора, но снова отложил его созыв. Церковные комиссии продолжали разрабатывать проекты. Собор открылся в августе 1917 года, уже после отречения Николая II.[8][9][10]

Кто начал обсуждение реформы

К началу XX века высшее управление Православной российской церковью осуществлял Синод. Император действовал через него, а обер-прокурор представлял государственный надзор и докладывал монарху о церковных делах. На местах епархиальный архиерей управлял через духовную консисторию. Прихожане избирали старост и участвовали в содержании храмов, но их участие в хозяйстве и назначении причта было ограничено действующими правилами. Поэтому спор о самостоятельности церкви имел два измерения. Одни участники добивались большей свободы церковного управления от государственного надзора, другие ставили вопрос о том, кто получит голос уже внутри самой церкви. Эти требования могли исходить от одних и тех же людей.[11][1][2]

Синод и правительство

В начале 1905 года Комитет министров обсуждал веротерпимость под председательством Сергея Витте. По его приглашению митрополит Санкт-Петербургский Антоний (Вадковский) представил записку о положении православной церкви. 20 марта её напечатало «Новое время». Митрополит обращал внимание на то, что другим исповеданиям открывается возможность самостоятельно решать внутренние дела. Для православной церкви он предлагал ослабить государственный надзор, дать приходам права юридического лица и перенести часть решений из столицы в епархии. Он связывал самостоятельность церкви с возможностью сохранить её влияние в обществе и её роль в православном государстве.[3][12]

Витте также вынес вопрос за пределы собственно веротерпимости. В записке «О современном положении православной церкви», опубликованной в газете «Слово» 28 марта, он связывал ослабление проповеди и приходской жизни с бюрократическим характером управления. Согласие Витте и Антония в том, что положение церкви требовало пересмотра, не определяло, кому предстояло провести реформу. Синод настаивал на её обсуждении в самой церкви и ходатайствовал о созыве Поместного собора.[13][12][8]

В резолюции от 31 марта 1905 года Николай II признал важность Собора и отложил его созыв до более подходящего времени. Летом, когда вопрос о созыве оставался открытым, обер-прокурор Константин Победоносцев разослал епархиальным архиереям вопросы о преобразовании церковного управления, суда, приходов и духовных школ. В ответах епископы могли изложить собственное мнение или представить результаты епархиальных совещаний. Таким образом, Синод получил и индивидуальные записки, и предложения, выработанные на местах коллективно. Их напечатала Синодальная типография в 1906 году.[8][14][15]

Записка 32 петербургских священников

Пока в высших учреждениях решался вопрос о созыве, группа петербургских священников выступила в печати. 17 марта 1905 года «Церковный вестник» напечатал анонимную записку «О необходимости перемен в русском церковном управлении». Авторы связывали зависимость церковных учреждений от государственной опеки с ослаблением самоуправления. Они добивались созыва Собора с широким участием клира и мирян и ставили вопрос об отношениях епископа со своей епархией. Эту программу обсуждали духовные и светские издания. Печатное выступление стало способом вынести спор о церковном устройстве за пределы переписки между Синодом и двором.[4][16][2]

Эта группа впоследствии составила ядро Союза церковного обновления и Братства ревнителей церковного обновления. Юлия Балакшина прослеживает, как внутри движения к вопросу о каноническом устройстве прибавлялся вопрос об участии христиан в общественной жизни. Состав и программы объединений менялись. Выступление в «Церковном вестнике» выражало позицию конкретной группы столичных священников. Сравнение их программы с ответами епископов показывает, в каких пунктах церковные реформаторы могли договориться и где уже тогда расходились.[16][17]

Епископы о патриархе и составе Собора

В ответах на синодальный опрос обсуждались две разные задачи. Первая касалась постоянного высшего управления. Вторая — состава Собора, которому предстояло определить это управление. Иоанн Мейендорф, изучив опубликованные ответы, пришёл к выводу, что большинство архиереев высказывалось за восстановление патриаршества. В патриархе видели предстоятеля, который мог бы представлять церковь перед государством и созывать Соборы. Вместе с тем преобладало представление о патриархе как о первом среди епископов. За Собором архиереев многие сохраняли право рассматривать и действия самого предстоятеля.[14][2]

Среди возражавших были сторонники разных подходов. Парфений Подольский и некоторые другие иерархи считали крупные преобразования рискованными в условиях революции. Паисий Туркестанский, напротив, предпочитал выборное коллегиальное управление. Он опасался, что сосредоточение полномочий у одного лица облегчило бы государству контроль над церковью. Таким образом, одинаковое возражение против восстановления патриаршества могло исходить из стремления удержать существующий порядок или из стремления сильнее ограничить государственную опеку.[2]

По вопросу о представительстве позиции тоже различались. Волынский архиерей Антоний (Храповицкий) отстаивал Собор епископов. Архиепископ Литовский Никандр (Молчанов) в отзыве от 9 января 1906 года предложил многоступенчатые выборы. Приход выбирал представителя на благочиннический уровень, благочиние направляло духовное лицо и мирянина на епархиальный съезд, а съезд избирал по одному представителю клира и мирян на Всероссийский собор. Для него широкое представительство согласовывалось и с учением о церкви, и с её историческим опытом.[18][19]

Между этими позициями существовали промежуточные варианты. Часть епископов допускала клир и мирян к обсуждению, но оставляла за архиереями окончательное решение. Епархиальное совещание в Полтаве, отзыв которого передал епископ Иоанн, единогласно поддержало участие представителей клира, монашества и мирян. Вопрос о том, считать ли их голоса при принятии решения, требовал отдельного ответа. От признания права присутствовать зависел состав Собора, а от права решающего голоса зависело распределение власти в нём.[20][19][2]

В отзывах о местном управлении вопрос о выборности соседствовал с вопросом о размерах епархий. Киевский митрополит Флавиан (Городецкий) указывал, что при существующем порядке епархии сносились друг с другом через центральное управление в Петербурге. Он предлагал восстановить совещания епископов в округах и создавать более мелкие епархии, вплоть до уездных. Это, по его мнению, приблизило бы архиереев к их пастве. Гродненский епископ Михаил в отзыве от 20 февраля 1906 года сомневался в возможности разделения на митрополичьи округа. Он ссылался на малое число епископов и размеры уже существовавших епархий. Сторонники и противники округов исходили из одной практической трудности и предлагали разные способы распределить людей и полномочия.[2][21]

Предсоборное присутствие 1906 года

В рескрипте от 27 декабря 1905 года Николай II поручил митрополиту Антонию (Вадковскому) обсудить время созыва Собора и необходимые церковные преобразования. Синод принял решение об учреждении Предсоборного присутствия 14 января 1906 года, а 16 января император утвердил его состав. Председателем стал митрополит Антоний. 8 марта Присутствие открылось в Александро-Невской лавре, 14 марта начались регулярные заседания. Его участники готовили проекты для рассмотрения Собором. Присутствие могло готовить предложения. Решение о созыве самого Собора оставалось за императором.[5][8][22]

Присутствие разделило работу между семью отделами. Первый, под председательством архиепископа Херсонского Димитрия (Ковальницкого), определял возможный состав и порядок работы Собора. Второй рассматривал церковные округа и местное управление. Четвёртый готовил предложения о приходах, церковных школах, имуществе и епархиальных съездах. Отдельно занимались церковным судом, духовными учебными заведениями, единоверием и отношениями с другими исповеданиями. Наряду с архиереями в работе участвовали священники, богословы, юристы и другие миряне. В состав комиссии их включал Синод с утверждения императора. Епархии и приходы своих представителей туда не избирали.[5][22]

Кто мог участвовать и кто принимал решения

В Первом отделе спор шёл уже не об общем пожелании созвать Собор, а о порядке допуска и голосования. По журналам заседаний, которые изучил Владислав Пшибышевский, архиепископ Димитрий исходил из канонического значения епископского управления. Обсуждали даже вопрос о том, должны ли епископы-помощники и епископы на покое участвовать наравне с теми, кто сам возглавлял епархию. Для правящего архиерея участие по должности было исходным правилом. За приглашение остальных выступали те, кто связывал право участия с самим епископским саном. Сторонники более узкого состава связывали это право с ответственностью за конкретную епархию.[23]

При обсуждении прав клира и мирян спорили о том, как выразить мнение всей церкви и сохранить полномочия епископов. Участники приводили разные примеры из истории соборов и по-разному толковали, кому принадлежало право окончательного решения. Юрист Николай Кузнецов отстаивал действенное участие избранных представителей клира и мирян. Противники равного голоса считали, что догматические и канонические решения должны принимать епископы. Пределы участия могли различаться и в зависимости от темы. Одно дело — выслушать прихожан о выборных органах и ведении хозяйства. Другое — признать за их представителями право утверждать вероучительные определения.[23][19]

В выработанном Присутствием проекте епископы участвовали в Соборе, а от епархии предполагалось избирать также одного клирика и одного мирянина. Представительство ещё не означало равных полномочий. В определении Присутствия составление и подписание соборных постановлений оставалось за епископами. Синод переработал проект перед представлением императору. По положению 1907 года за правящими архиереями сохранялось участие по должности, викарных мог приглашать Синод. Норма об одном выборном клирике и одном мирянине от епархии сохранилась. В 1917 году эту часть правил существенно изменили.[23][9]

Патриарх, Синод и епархии

Присутствие высказалось за восстановление патриаршества. Кандидатов должны были намечать епископы, Синод и столичная паства, а избрание предполагалось провести на Соборе. Патриарх представлял бы церковь в отношениях с государственными учреждениями и другими православными церквами, следил бы за замещением епископских кафедр и мог бы лично докладывать императору. Синод предполагали преобразовать в собрание двенадцати архиереев под председательством патриарха. Предложение включить в этот постоянный орган представителей клира и мирян отклонили. Поэтому решения о представительстве на Соборе и в повседневном высшем управлении шли по разным линиям.[5][22]

На епархиальном уровне обсуждалось распределение дел между архиереем, консисторией и выборными органами. Предполагалось отделить церковный суд от текущего управления и создать при архиерее совещательный совет, который избирало бы епархиальное собрание. Такие собрания предлагали проводить не реже одного раза в три года и допускать в них представителей монастырей и мирян наряду с духовенством. При этом в епархиальном правлении собирались сохранить только духовных лиц. Проекты тем самым допускали выборное участие в одних органах и оставляли исполнение в руках других. Они давали разные ответы на вопрос, какие дела архиерей мог решать без обращения в Синод.[5][22]

Обсуждались и семь митрополичьих округов с центрами в Санкт-Петербурге, Москве, Киеве, Казани, Вильне, Тифлисе и Иркутске. Окружные соборы предполагалось созывать один или два раза в год. Проект отводил этим объединениям прежде всего пастырские функции. Митрополит председательствовал бы на окружных соборах. Это был способ дать епархиям постоянную возможность обсуждать общие вопросы на уровне крупного региона, сохранив полномочия местных архиереев.[5]

Что утвердил император

25 января 1907 года Николай II принял трёх митрополитов с докладом о работе Присутствия. В феврале он дважды принимал отдельно митрополита Антония (Вадковского). После ознакомления с журналами и протоколами император 25 апреля утвердил «Положение о составе предстоящего Чрезвычайного Собора Русской Церкви и о порядке производства дел на оном», но сам Собор счёл нужным отложить. Положение устанавливало, кого можно избрать и как должны рассматриваться дела, если Собор соберётся. Патриаршество, окружное управление и другие проекты этой санкции не получили. Обсуждение продолжалось в печати и церковных собраниях, а выработанные документы остались в распоряжении Синода.[5][9][10]

Предсоборное совещание и церковный суд

В 1912 году Синод вновь создал учреждение для подготовки Собора. Определение от 28 февраля № 1767 объясняло, что Присутствие успело разобрать прежде всего порядок созыва и важнейшие вопросы повестки. Новый орган получил название Предсоборного совещания. Его состав Синод определил 29 февраля, а Николай II утвердил 1 марта. Председателем назначили архиепископа Финляндского Сергия (Страгородского). В работе участвовали, в частности, архиепископ Антоний (Храповицкий), епископ Евлогий (Георгиевский), протоиерей Тимофей Буткевич, профессора Михаил Остроумов и Иван Соколов, историк Сергей Рункевич. Первое заседание прошло 8 марта. Назначение состава и утверждение его императором сохраняли порядок, действовавший при создании предыдущего органа.[6][24]

Совещанию поручили пересмотреть проекты высшего и епархиального управления и церковного суда. Весной 1913 года оно разработало вариант, по которому первоприсутствующий член Синода получал бы титул патриарха, управлял Московской епархией и наблюдал за центральными церковными учреждениями. Избирать его предполагалось Собором российских епископов. На уровне епархии проект оставлял архиерею право определять состав совещательного органа, заключения которого не связывали его решений. В изложении Мраморнова предложенный строй сохранял многое от консисторского управления. В сравнении с предложениями 1906 года роль выборного епархиального собрания здесь была слабее.[6][5]

Николай II придавал значение участию в подготовке трёх групп духовенства — епархиального, придворного и военного. Для пересмотра положения придворного и военного духовенства создали отдельные совещания. Царский духовник протоиерей Николай Кедринский возглавил совещания придворного духовенства, которые проходили с мая по декабрь 1912 года в Петербурге и Москве. Придворные священники высказывались и о будущих общецерковных преобразованиях. В Совещание поступали письма с предложениями от клириков и мирян разных епархий. Они писали, в частности, об управлении церковными учреждениями, языке богослужения и дисциплине. У людей вне основного состава оставалась возможность внести предложения, хотя состав органа определялся назначением.[6]

В вопросе о суде Совещание предложило отделить рассмотрение дел от епархиального управления. При этом за Синодом сохранялось высшее судебное ведение. В январе 1916 года начала работу комиссия под председательством Сергия. За первую половину года она провела 34 заседания. Проект «Церковного судебника» охватывал порядок работы судов, дисциплинарные дела, расторжение браков, споры об имуществе и другие вопросы. Чтобы оценить объём работы, комиссия запросила у консисторий сведения о делах, которые они вели в 1915 году. Большинство консисторий представило такие данные.[6]

В епархиальный суд предлагали избирать пятерых духовных лиц и троих мирян на три года. Архиерею сохраняли право непосредственного суда по определённым делам. Он не должен был председательствовать в выборном суде, но мог утверждать решения и опротестовывать их в высшей инстанции. Так миряне получили бы место в суде, который прежде был частью епархиального управления. Летом 1917 года её материалы передали Предсоборному совету, а затем часть документов поступила в отдел Собора о церковном суде.[6]

Приходской устав и спор в Государственной думе

На уровне прихода церковная реформа означала бы перемены в делах, с которыми верующие сталкивались каждую неделю. Речь шла о том, кто составляет смету, заведует имуществом, содержит причт, решает вопросы благотворительности и может предложить кандидата в священники. В отзывах 1905–1906 годов архиереи объясняли ослабление приходской жизни по-разному. Одни видели причину в отчуждении прихожан от хозяйственных и общинных дел. Другие связывали оживление прихода прежде всего с деятельностью настоятеля и надзором епископа. По наблюдению Ольги Филипповой, разногласия начинались уже с определения прихода. Если считать его прежде всего учреждением епархии, полномочия общины зависели от решений архиерея. Сторонники общинного подхода отводили прихожанам самостоятельную роль в ведении дел.[1][25]

Четвёртый отдел Предсоборного присутствия готовил проект приходского устройства. В нём соединялись управление архиерея, руководство настоятеля и выборные органы при храме. Признание за приходом имущественных прав ставило вопрос о границах этих полномочий. Возможность вести текущие дела и распоряжаться средствами на содержание храма и причта имела одно значение. Право отчуждать церковное имущество или самостоятельно назначать священника имело другое. В последующих проектах состав приходских органов мог оставаться похожим, а объём их власти — существенно различаться.[5][1][22]

Приходским вопросом занялась и Государственная дума. Депутаты вносили собственные предложения, а Синод подготовил отдельный устав. 8 июня 1914 года обер-прокурор Владимир Саблер представил его в Думу на основании определения Синода от 21 мая № 4494. Проект предусматривал приходские собрания и постоянно действующие советы. Собрание предполагалось созывать не реже двух раз в год. В совет входили члены причта, староста или его помощник и избранные миряне. Настоятель должен был председательствовать в обоих органах, руководить их работой и отвечать за законность постановлений. Приход оставался в ведении епископа.[7]

В думской комиссии по делам Православной церкви проект вызвал возражения. На заседании 9 марта 1916 года депутат Владимир Львов сравнил ведомственный устав с предложениями Четвёртого отдела Присутствия. Он считал, что более ранний проект лучше соединял клир и мирян под властью епископа, и критиковал ограничения на выдвижение кандидатов в причт, управление имуществом и контроль. По мнению Львова, смысл приходского совета зависел от того, какие права получат избранные в него прихожане.[7]

В феврале 1916 года Синод предпринял меры, которые могли действовать до принятия устава. Определение № 678 от 3 февраля предусматривало посещение приходов архиереями и собрания по благочинническим округам. Сначала планировались встречи духовенства, затем предполагалось приглашать старост и прихожан. В марте Синод определением № 1953 направил в думскую комиссию своих представителей, среди которых были профессора духовной академии и университетов. Таким образом, Синод одновременно пробовал оживить работу приходов в рамках действующего порядка и участвовал в обсуждении закона, который мог этот порядок изменить.[7]

Среди самих архиереев сохранялось сопротивление. В материалах, которые приводит Людмила Бокарева, Киевский митрополит Владимир (Богоявленский), Ставропольский архиепископ Агафодор (Преображенский) и Харьковский архиепископ Антоний (Храповицкий) возражали против приходской реформы. Их позиция расходилась с подходом участников, добивавшихся новых полномочий для собраний и советов. Готовность церковных иерархов обсуждать созыв Собора не означала согласия на передачу повседневных прав прихожанам. До падения монархии проект общеимперского приходского устава законом не стал.[7][1]

Предсоборный совет и выборы 1917 года

После отречения Николая II Синод возобновил подготовку к созыву Собора. Определение от 29 апреля (12 мая) 1917 года положило начало Предсоборному совету. В него входили члены Синода, архиереи, избранные епископатом, представители духовных школ, монастырей и Всероссийского съезда духовенства и мирян, а также приглашённые участники. Некоторые из избранных, в том числе Киевский митрополит Владимир, в работе участия не приняли. По подсчёту Александра Мраморнова, в работе Совета участвовали 12 архиереев, 31 клирик и 40 мирян, включая приглашённых специалистов. От назначенных органов 1906 и 1912 годов Совет отличался участием выборных представителей.[26][27]

Совет работал в Петрограде с 12 (25) июня по 31 июля (13 августа) 1917 года. Его десять отделов готовили материалы о порядке выборов, высшем и местном управлении, церковном суде, приходе и правовом положении церкви. Отделы получили наработки прежних предсоборных учреждений. При этом Совет мог предложить свой ответ на спорный вопрос. Так, накануне Собора обсуждался вариант высшего управления с выборным председателем Синода, а вопрос о восстановлении патриаршества окончательно решил сам Собор.[26][6][28]

5 (18) июля Синод одобрил положение о созыве и назначил открытие Собора на 15 (28) августа в Москве. В апреле 1907 года монарх санкционировал порядок работы предполагаемого Собора и отложил созыв. Летом 1917 года Синод одновременно утвердил правила и назначил дату. Даже тогда были возражения против спешки. Пермский епископ Андроник (Никольский) обращал внимание на совпадение выборов с уборкой урожая. Большинство Совета поддержало быстрый созыв. Сроки определяли, успеют ли провести выборы в епархиях и смогут ли приходские избиратели в них участвовать.[10][26][9]

Епархии избирали по два представителя клира и по три мирянина. В 1907 году предусматривалось по одному представителю от каждой из этих групп. В 1917 году выборы прошли в три ступени. В июле сначала голосовали в приходах, затем в благочиниях. В начале августа прошло голосование на епархиальных собраниях. На первой ступени могли участвовать прихожане обоих полов. Кандидатов от клира и от мирян избирали на епархиальном собрании раздельным закрытым голосованием. Избранные получали полномочия по итогам голосования. Архиерей не утверждал результаты.[27][10][23]

Участники Поместного собора получили проекты, выработанные до его открытия. Часть вопросов, в том числе восстановление патриаршества и новый приходской устав, потребовала отдельного соборного обсуждения. Подготовка началась с выступлений священников, отзывов архиереев и решений Синода, продолжилась работой назначенных при монархии органов и завершилась выборами, которые организовал Синод в 1917 году. За эти годы менялись и состав участников, и полномочия органов, от которых зависело исполнение. Решения церковных органов в этот период рассматриваются также в статьях Николай II и Русская церковь и Православная церковь и преобразование российского общества (1551–1943).[5][6][26][10]

Итоги и последствия

В 1905 году спор о правах старообрядцев и других исповеданий поставил вопрос о свободе самой Православной церкви. Синод и митрополит Антоний добивались созыва Собора, который мог бы пересмотреть порядок церковного управления. Для приходских священников и мирян одним из главных вопросов было участие в принятии решений. Комиссии собрали отзывы епархий и подготовили проекты о составе Собора, высшем управлении, приходах и церковном суде. К 1917 году уже существовали проекты, которые можно было пересмотреть и поставить на голосование.[13][4][14][5][6]

При Николае II Собор так и не созвали. Весной 1905 года император отложил его из-за обстановки в стране. В 1907 году он утвердил правила для будущего Собора, но вновь отложил его открытие. Подготовительные органы имели право составлять проекты. Восстановить патриаршество или ввести новый порядок приходского управления они своими решениями не могли. Приходские предложения обсуждались также в Государственной думе, но до открытия Собора единого нового устава для приходов не приняли.[8][9][7][10]

После отречения Николая II Синод назначил дату Собора, а Предсоборный совет использовал материалы прежних комиссий и переработал порядок выборов. Вместо одного клирика и одного мирянина от епархии, предусмотренных правилами 1907 года, теперь избирали двух клириков и трёх мирян. Это расширило представительство на собрании, от которого ждали решения о будущем церковного управления. Сам Поместный собор восстановил патриаршество и принял приходской устав уже в ходе заседаний 1917–1918 годов. Подготовка при монархии дала Собору проекты и повестку, а обязательную силу его решения получили после обсуждения и голосования.[9][26][27][10] Исполнять часть соборных решений пришлось уже в условиях отделения церкви от государства.

Примечания

  1. ↑ 1,0 1,1 1,2 1,3 1,4 Филиппова Ольга. Анализ «Отзывов епархиальных архиереев по вопросу о церковной реформе» (1905–1906 гг.) в свете проблемы благоустроения прихода. Текст.
  2. ↑ 2,0 2,1 2,2 2,3 2,4 2,5 2,6 2,7 Мейендорф И., прот. Русский епископат и церковная реформа (1905 г.). Текст.
  3. ↑ 3,0 3,1 Антоний (Вадковский), митр. Вопросы о желательных преобразованиях в постановке у нас православной церкви // Новое время. 20 марта 1905 г. Переиздание в журнале «Православная община», 1998, № 43.
  4. ↑ 4,0 4,1 4,2 О необходимости перемен в русском церковном управлении // Церковный вестник. 1905. 17 марта. № 11. С. 641–648. Перепечатано в сб. Церковная реформа / сост. И. В. Преображенский. СПб., 1905. С. 1–6. Выходные данные и изложение см. у И. Мейендорфа и Ю. В. Балакшиной.
  5. ↑ 5,00 5,01 5,02 5,03 5,04 5,05 5,06 5,07 5,08 5,09 5,10 Предсоборное присутствие 1906 г. // Православная энциклопедия. Т. 58. С. 66–70. Текст.
  6. ↑ 6,0 6,1 6,2 6,3 6,4 6,5 6,6 6,7 6,8 Мраморнов А. И. Предсоборное совещание 1912–1917 гг. // Православная энциклопедия. Текст.
  7. ↑ 7,0 7,1 7,2 7,3 7,4 7,5 Бокарева Л. С. Реформа православного прихода 1914–1917 гг.: Синодальное ведомство // Вестник Ленинградского государственного университета имени А. С. Пушкина. 2012. № 4. Т. 4. С. 133–141. Электронная копия сборника.
  8. ↑ 8,0 8,1 8,2 8,3 8,4 Николай II Александрович // Православная энциклопедия. Раздел о церковной политике. Текст.
  9. ↑ 9,0 9,1 9,2 9,3 9,4 9,5 Положение о составе предстоящего Чрезвычайного Собора Русской Церкви и о порядке производства дел на оном, 25 апреля 1907 г. // Полное собрание законов Российской империи. Собр. 3-е. Т. 27. № 29097. С. 229–230. Описание тома в Президентской библиотеке.
  10. ↑ 10,0 10,1 10,2 10,3 10,4 10,5 10,6 Поместный собор Православной Российской Церкви 1917–1918 гг. // Православная энциклопедия. Разделы о подготовке и созыве. Текст.
  11. ↑ Свод основных государственных законов Российской империи, редакция 1906 года. Гл. VII, ст. 62–65. Текст.
  12. ↑ 12,0 12,1 Витте Сергей Юльевич // Православная энциклопедия. Раздел о работе Комитета министров и церковной реформе. Текст.
  13. ↑ 13,0 13,1 Витте С. Ю. О современном положении православной церкви // Слово. 28 марта 1905 г. Переиздание в журнале «Православная община», 1998, № 43.
  14. ↑ 14,0 14,1 14,2 Отзывы епархиальных архиереев по вопросу о церковной реформе. Ч. 1–3 и прибавления. СПб.: Синодальная типография, 1906. Описание НЭБ, текст первой части.
  15. ↑ Оболенский Алексей Дмитриевич // Православная энциклопедия. Текст.
  16. ↑ 16,0 16,1 Балакшина Ю. В. Христианское призвание и общественная жизнь: постановка проблемы в деятельности группы «32-х» петербургских священников // Вестник СФИ. 2020. Вып. 35. С. 186–205. DOI: 10.25803/SFI.2020.35.3.009. Текст.
  17. ↑ Балакшина Ю. В. Программы реформирования церкви: эволюция идей и форм от обновления к обновленчеству (1905–1922) // Вестник СФИ. 2022. Вып. 44. С. 13–44. DOI: 10.25803/26587599_2022_44_13. Текст.
  18. ↑ Никандр (Молчанов), архиепископ Литовский. Отзыв от 9 января 1906 г., № 54 // Отзывы епархиальных архиереев по вопросу о церковной реформе. Ч. 2. Текст.
  19. ↑ 19,0 19,1 19,2 К вопросу о созыве Поместного собора Русской Православной Церкви. Раздел об отзывах архиереев и праве голоса. Текст.
  20. ↑ Иоанн, епископ Полтавский. Отзыв от 8 декабря 1905 г., № 41, раздел «Состав Собора» // Отзывы епархиальных архиереев. Ч. 1. Текст.
  21. ↑ Михаил, епископ Гродненский. Отзыв от 20 февраля 1906 г., № 74 // Отзывы епархиальных архиереев. Ч. 2. Текст.
  22. ↑ 22,0 22,1 22,2 22,3 22,4 Журналы и протоколы заседаний Высочайше учрежденного Предсоборного Присутствия. Т. 1–4. СПб.: Синодальная типография, 1906–1909. Т. 1, РГБ, т. 4, Президентская библиотека.
  23. ↑ 23,0 23,1 23,2 23,3 Пшибышевский В. И. Вопрос о составе Поместного Собора в работе Предсоборного Присутствия 1906 г. // Богословский вестник. 2021. № 3 (42). С. 144–155. DOI: 10.31802/GB.2021.3.41.008. Текст, в частности журналы т. 1, с. 20–41, и т. 4, с. 285.
  24. ↑ Высочайше утверждённые определения Святейшего синода об учреждении Предсоборного совещания // Церковные ведомости. 1912. № 9. С. 53–54. Первое заседание Предсоборного совещания // Прибавления к Церковным ведомостям. 1912. № 10. С. 440–441. Содержание и архивные шифры приведены в статье А. И. Мраморнова.
  25. ↑ Вопрос определения прихода в Предсоборной дискуссии и на Поместном Соборе 1917–18 гг. // Материалы XX Сретенских чтений. Текст.
  26. ↑ 26,0 26,1 26,2 26,3 26,4 Мраморнов А. И. Предсоборный совет 1917 г. // Православная энциклопедия. Т. 58. С. 72–74. Текст.
  27. ↑ 27,0 27,1 27,2 Документы Священного Собора Православной Российской Церкви 1917–1918 годов. Т. 1: Предсоборная работа 1917 г. Акты, определявшие порядок созыва и проведения Собора. М.: Издательство Новоспасского монастыря, 2012. С. 1178–1186. См. также изложение и сопоставление у В. И. Пшибышевского.
  28. ↑ Сергий (Страгородский) // Православная энциклопедия. Раздел о работе Предсоборного совета. Текст.
Источник — https://wiki.histglav.ru/index.php?title=Церковные_реформы_в_России_(1905–1917)&oldid=14230