Оставление и разрушение крепостей в Северной войне
Вывод войск и запасов из крепостей, уничтожение военных ресурсов и судьба оставляемых городов.
- Область
- осадная война; военная история
- Период
- 1700–1721 годы
Оставление и разрушение крепостей в Северной войне — вывод войск, вооружения и запасов из укреплённых пунктов и меры по выведению этих пунктов из военного использования. Эвакуация могла сопровождаться уничтожением укреплений, военных складов и городской застройки, но в отдельных случаях город оставляли без разрушения. Такие действия предпринимались, когда крепость нельзя было удержать, она не требовалась для дальнейшей кампании либо существовала опасность, что её ресурсы перейдут к противнику.[1]
Разрушение не было автоматическим следствием оставления. Командование выбирало между удержанием, передачей союзнику, скрытой эвакуацией, разоружением и уничтожением. Решение зависело от времени, транспорта, близости неприятеля, политического статуса территории и вероятности скорого возвращения.[1]
Кокенгаузен, Бауск и Дерпт — три укреплённых пункта, судьба которых рассмотрена в статье.[2]
Военная логика
Военное значение крепости определялось её укреплениями, расположением и запасами. В ней находились артиллерия, порох, боеприпасы, продовольствие, склады и удобные переправы. Даже устаревший замок мог служить базой небольшому отряду и обеспечивать контроль над дорогой. Поэтому уходившая сторона старалась вывезти полезное имущество, а то, что нельзя было увезти, уничтожить или сделать непригодным.[3]
Возможности разрушения были ограничены. Подрыв каменных башен и бастионов требовал пороха, подготовленных мин и времени. Земляные валы раскапывали, палисады — оборонительные частоколы — сжигали или разбирали, артиллерийские стволы затапливали, а лафеты, служившие опорами для орудий, рубили. Иногда гарнизон успевал только поджечь склады; иногда заранее подготовленный подкоп позволял повредить основной оборонительный узел.[3]
Лифляндия и Курляндия в 1701—1706 годах
После победы шведов в сражении на Двине в 1701 году саксонские войска оставили Коброншанц; из Кокенгаузена, современного Кокнесе, ушёл саксонско-русский гарнизон. Укрепления и тяжёлое имущество старались не отдавать шведам: артиллерию и боеприпасы сбрасывали в реку, пушки заряжали чрезмерными зарядами, башни и участки стен подрывали.[4]
В 1702 году русские войска после взятия Мариенбурга, современного Алуксне, вывезли артиллерию и пленных, а укрепления разрушили. В следующем году ряд небольших замков в Лифляндии был оставлен слабыми шведскими гарнизонами при приближении крупных русских сил. То, что не успевали уничтожить отступавшие, нередко разоряли занявшие пункт войска.[4]
В 1704 году шведские и союзные им силы, отходя из Биржи, современного Биржая, повредили валы и здания и вывезли основную артиллерию. В 1705 году русское командование, напротив, стремилось окружить Митаву, современную Елгаву, внезапно, чтобы её малый гарнизон не успел взорвать замок. Уже в 1706 году при шведском наступлении русским пришлось самим оставлять Митаву и Бауск и приводить укрепления и вооружение в негодность.[5]
Разоружение союзных крепостей
Вывоз артиллерии из крепости мог вызвать политический конфликт. С военной точки зрения он лишал противника трофеев; с точки зрения владельца города — оставлял его без защиты. Так произошло с орудиями из Бродов: русское командование опасалось их захвата шведами, тогда как представители Речи Посполитой воспринимали вывоз как разоружение союзной территории.[6]
Многие крепости находились во владениях союзников России и имели собственную администрацию. Изъятие их вооружения затрагивало отношения внутри коалиции: русское командование стремилось закрыть шведам путь к своим границам, а владельцы требовали сохранить средства обороны. Поэтому спор касался и военной пользы решения, и права распоряжаться чужим имуществом.[6]
Отступление 1708 года
Во время похода Карла XII в российские пределы уничтожение запасов и населённых пунктов стало частью стратегии лишения шведской армии продовольствия и квартир. Из Дерпта, современного Тарту, вывели значительную часть жителей, после чего укрепления и городская застройка подверглись разрушению. В Могилёве сначала вывезли или уничтожили военное имущество, а затем город, уже использованный шведской армией, был сожжён русскими отрядами.[7]
Эти действия выходили за рамки технического выведения крепости из строя. Они затрагивали дома, церкви, хозяйство и городское население. Разрушение укреплений ограничивало возможности обороны, уничтожение запасов лишало армию снабжения, а сожжение домов оставляло жителей без крова. Даже при общей цели задержать неприятеля эти действия имели разный масштаб ущерба для города.[7]
Скрытый отход и отменённые планы
Из Гродно в 1706 году русская армия уходила скрытно. Сначала выводили больных, пленных и обоз, затем войска; оставленный драгунский полк поддерживал огни в лагере. Тяжёлые пушки предписывалось бросить в Неман, чтобы они не задерживали отступление. Город и укрепления сохранили, поскольку рассчитывали вернуться.[8]
Перед Полтавской битвой русское командование предусматривало возможность эвакуации гарнизона в случае неудачи полевой армии. План включал вывод людей, уничтожение или сокрытие собственных пушек, сожжение знамён и подготовку пожара с помощью оставленного в зданиях пороха. После улучшения положения приказ был отменён. Гарнизон остался в Полтаве и продолжил оборону.[9]
Померания в 1711—1713 годах
После Полтавской битвы уже шведские войска были вынуждены сокращать число удерживаемых пунктов в Померании. Некоторые города они оставляли поспешно, не успевая уничтожить артиллерию и подготовленные мины. Для союзников это означало получение укреплений без осады.[10]
Русские войска, занявшие ряд померанских городов, также столкнулись с невозможностью снабжать и удерживать все гарнизоны. Попытка передать пункты союзникам не дала результата, после чего было принято решение вывести войска, повредить фортификацию и уничтожить часть застройки. Обоснованием служила необходимость не оставлять противнику базы и запасы.[10]
В марте 1713 года Меншиков отменил приказ о дальнейшем разрушении. Б. В. Мегорский предположительно связывает отмену с тем, что шведская армия была блокирована в Тённингене и уже не могла занять оставляемые пункты. К этому времени русские войска успели разорить Гарц и Вольгаст; против продолжения выступали представители союзников. Издание приказа, его получение исполнителями и отмена не совпадали по времени, поэтому судьбы городов оказались различными.[11]
Разрушение городов сопровождалось взаимными обвинениями. Каждая сторона ссылалась на действия противника и представляла собственные меры как ответ или военную необходимость. В этой полемике разрушение города становилось доводом для оправдания ответных действий, а не только эпизодом военной операции.[10]
Типы действий
В практике Северной войны можно выделить несколько связанных, но не тождественных мер:
- эвакуацию гарнизона и администрации;
- вывод жителей или части населения;
- вывоз артиллерии, пороха, продовольствия и транспорта;
- уничтожение вооружения, которое нельзя вывезти;
- подрыв башен, бастионов, ворот и пороховых погребов;
- разрушение валов, палисадов, мостов и переправ;
- сожжение складов и городской застройки;
- передачу крепости союзнику вместо уничтожения.
Конкретная операция могла включать только часть этих действий. Вывоз артиллерии мог сопровождаться сохранением стен и домов; разрушение бастионов — сохранением части городских зданий. Полное уничтожение поселения представляло наиболее тяжёлый для жителей вариант, а не обязательное следствие ухода войск.
Приказы и фактический ущерб
Оставление крепостей восстанавливается по приказам, донесениям и городским хроникам. Эти документы показывают разные стороны одной операции: цель командования, действия исполнителей и потери населения. В случае Дерпта донесение Боура представляло разрушение как полное; описание самих работ показывает, что земляные валы сохранились, поскольку их срытие требовало слишком много времени.[12]
Гродно, Полтава и померанские города дают три разных исхода: сохранение оставленного города, отмену самой эвакуации и прекращение уже начатого разрушения. В Дерпте и Могилёве военные меры сопровождались потерей домов и городского имущества. Разница между этими случаями определяется конкретными решениями и их исполнением; общая цель лишить противника базы не передаёт сама по себе ни объёма разрушений, ни судьбы жителей.[13]
См. также
- Сдача крепостей в Северной войне
- Блокада крепости в Северной войне
- Помощь осаждённой крепости в Северной войне
- Осадная война в Северной войне
- Минная война при осаде крепости
Примечания
- ↑ 1,0 1,1 Мегорский Б. В. «Отдать нельзя сжечь». Оставление городов и крепостей в годы Великой Северной войны // Война и оружие: новые исследования и материалы. Санкт-Петербург, 2016. Ч. III. С. 357, 367—368.
- ↑ Туристический информационный центр Айзкраукле и Кокнесе. Koknese Medieval Castle Ruins; опубликованные координаты объекта; Официальный туристический путеводитель An Exciting Journey Around Palace and Manor Parks. Bauska Castle and its Park; GPS объекта. Координаты для географической привязки карты.
- ↑ 3,0 3,1 Мегорский Б. В. «Отдать нельзя сжечь»… С. 357—359.
- ↑ 4,0 4,1 Мегорский Б. В. «Отдать нельзя сжечь»… С. 357—358.
- ↑ Мегорский Б. В. «Отдать нельзя сжечь»… С. 358—359.
- ↑ 6,0 6,1 Мегорский Б. В. «Отдать нельзя сжечь»… С. 360—361.
- ↑ 7,0 7,1 Мегорский Б. В. «Отдать нельзя сжечь»… С. 361—364.
- ↑ Мегорский Б. В. «Отдать нельзя сжечь»… С. 359—360.
- ↑ Мегорский Б. В. «Отдать нельзя сжечь»… С. 364—365.
- ↑ 10,0 10,1 10,2 Мегорский Б. В. «Отдать нельзя сжечь»… С. 365—367.
- ↑ Мегорский Б. В. «Отдать нельзя сжечь»… С. 367.
- ↑ Мегорский Б. В. «Отдать нельзя сжечь»… С. 361.
- ↑ Мегорский Б. В. «Отдать нельзя сжечь»… С. 359—364, 367—368.
Литература
- Мегорский Б. В. «Отдать нельзя сжечь». Оставление городов и крепостей в годы Великой Северной войны // Война и оружие: новые исследования и материалы. Санкт-Петербург, 2016. Ч. III. С. 357—369.
- Письма и бумаги императора Петра Великого. Т. 9. Вып. 1. Москва; Ленинград, 1950. С. 216—217, 225. Письма полтавскому коменданту, рассмотренные в исследовании Б. В. Мегорского.