Длинные волны Кондратьева
Гипотеза многодесятилетних хозяйственных колебаний, её объяснения и проверка по историческим данным.
- Регион
- Исторические общества разных регионов мира
- Область
- Экономическая история, история экономической мысли, исследования инноваций
- Разновидность
- Экономическая гипотеза и исследовательская дискуссия
- Ключевые публикации
- Кондратьев (1920-е; 1935); Шумпетер (1939); Соломоу (1987); Клейнкнехт (1990); Сильверберг и Верспаген (2003); Перес (2010).
- Формулировка
- Какие данные позволяют отличить длинную волну от иной исторической последовательности?
Длинные волны Кондратьева — гипотеза о многодесятилетних колебаниях капиталистического хозяйства, сформулированная Николаем Дмитриевичем Кондратьевым в 1920-х годах. Автор сопоставлял длительные ряды цен и других экономических показателей, пытаясь выделить подъёмы и понижения средней продолжительностью около полувека. Впоследствии их объясняли обновлением капитала, распространением крупных нововведений, изменениями прибыли, финансирования и общественных условий.[1][2][3]
Завод, железная дорога и электрическая сеть создаются надолго. Их распространение меняет спрос на сырьё, труд и вложения; вокруг новых возможностей возникают связанные производства. Отсюда естественный вопрос: могут ли такие перестройки создавать общий медленный ритм хозяйства? Чтобы ответить, нужно отличить историю крупных преобразований от регулярности колебаний и проверить, что именно показывают выбранные ряды.[4][5]
С какого наблюдения начиналась гипотеза
Кондратьев работал с материалом, который позволял проследить экономическую жизнь на протяжении многих десятилетий. В английской публикации «Длинные волны в экономической жизни» 1935 года он прямо указал на основную трудность: исследование требует длительного наблюдения, тогда как доступные сведения до конца XVIII века слишком ограничены. Наиболее полные материалы по Англии и Франции стали главной опорой его сравнения.[1]
Это важная часть исходного вопроса. Краткая хозяйственная история может содержать заметный подъём и тяжёлый кризис, но для проверки повторяющегося полувекового движения требуется значительно более длинный ряд. Кроме того, одинаковым словом «кризис» называют очень разные изменения: падение цен, сокращение выпуска, банковские затруднения и массовую безработицу. Их последовательности нужно исследовать отдельно.
В советской дискуссии 1920-х годов гипотеза обсуждалась вместе с вопросами экономической динамики и статистического метода. В книге «Большие циклы конъюнктуры» 1928 года опубликованы доклады Кондратьева, Дмитрия Ивановича Опарина и материалы обсуждения в Институте экономики. Само издание показывает, что существование и объяснение больших циклов были предметом спора уже на раннем этапе.[6]
Перевод Вольфганга Столпера в 1935 году сделал основные положения Кондратьева доступными англоязычному читателю. Позднее гипотеза вошла в другие объяснительные конструкции. Поэтому выражение «волна Кондратьева» может обозначать исходные статистические сопоставления автора, шумпетеровскую модель нововведений или более позднюю схему технологических революций. При чтении исследования важно установить, какой вариант действительно рассматривается.[1][2][4]
Что должно колебаться: цены, выпуск или скорость роста
Один период — несколько экономических историй
Цена товара, количество произведённого товара и производительность труда описывают разные стороны хозяйства. Цена может снижаться благодаря удешевлению производства, тогда как выпуск продолжает увеличиваться. Денежная величина может изменяться под влиянием общего уровня цен. Поэтому результат для ценового ряда нельзя автоматически переносить на физический объём производства или положение работников.[7][8]
Даже уровень выпуска и темп его роста различаются. Хозяйство может продолжать расширяться, но медленнее, чем прежде. На графике уровня будет виден подъём; на графике темпа — ослабление роста. Если оба движения назвать одной «понижательной волной», читатель получит два разных смысла под одним названием.
Историческая оценка требует ясного выбора показателя. Исследователь должен объяснить, что именно объединяет периоды: долгий рост цен, ускорение выпуска, повышение вложений или распространение новой техники. Только после этого можно проверять связь нескольких последовательностей. В книге Соломоса Соломоу «Фазы экономического роста, 1850–1973» этому различию между ценовыми и производственными рядами отведена существенная роль.[7]
Почему национальные траектории могут расходиться
В одном и том же международном хозяйстве страны имеют разные отрасли, положение в торговле, источники энергии и условия финансирования. Изменение спроса способно поддержать одних производителей и ухудшить положение других. Поэтому международное событие ещё не гарантирует одинакового движения всех национальных рядов.[7][5]
Для проверки глобальной волны требуется объяснить переход от отдельных стран к общему показателю. Важно, какие страны включены, как оценены их размеры и насколько сопоставимы сведения. Национальная промышленность, мировые цены и совокупный мировой выпуск могут иметь разные фазы. Выбор уровня сравнения входит в содержание гипотезы.[7]
Эта трудность особенно заметна на длинной исторической дистанции. Данные ранней промышленной эпохи беднее поздней статистики, меняются границы государств и состав производства. Сопоставление требует согласовать определения и проверить, не создаёт ли изменение наблюдений часть найденного рисунка.[1][8]
Промежуточный вывод. Прежде чем искать длинную волну, нужно назвать измеряемое движение. Цены, производство, производительность и условия жизни могут меняться по-разному. Совпадение названий периодов ещё не делает их одной и той же наблюдаемой последовательностью.
Йозеф Шумпетер: нововведение запускает перестройку
Изобретение и хозяйственное применение
В «Экономических циклах» 1939 года Йозеф Шумпетер связывал экономическое развитие с внедрением новых сочетаний: продуктов, способов производства, рынков и организационных решений. Предпринимательское действие превращает возможность в хозяйственную практику, а кредит и вложения помогают расширить её использование. На первый план выходит процесс перестройки производства.[2]
Техническое изобретение и его экономическое воздействие при таком объяснении разделены. Устройство может быть создано задолго до массового применения. Для распространения нужны снабжение, специалисты, оборудование, потребители и условия финансирования. Поэтому дата первого образца ещё не определяет начало периода хозяйственного преобразования.[4][5]
История железных дорог хорошо показывает масштаб связей. Строительство требует металла, топлива, инженерной работы и крупных вложений; затем меняет возможности перевозки и размещения производства. Исследования технологических революций рассматривают такие сочетания как системы взаимного усиления. Одно нововведение способно расширять рынок для другого, но сила и длительность связи подлежат исторической проверке.[5][4]
Что считают полной волной
В длинноволновой литературе нужно различать полный цикл и отдельную повышательную или понижательную фазу. Например, в описании модели Манделя обсуждаются двадцати-двадцатипятилетние периоды расширения и сжатия. Такие фазы занимают лишь часть более длинного движения. Сопоставление названных длительностей требует сначала установить, какой именно участок автор отсчитывает.[3]
Отдельный вопрос — другие длинные изменения, которые не обязаны образовывать ту же последовательность. Соломоу получил для национальных экономик довоенного периода эпизодические колебания порядка двадцати-тридцати лет и отличал их от общей кондратьевской разметки. Его результат относится к определённым данным и способу сравнения. Поэтому несколько разных длинных движений нельзя объединить в один ритм только потому, что каждое продолжается десятилетиями.[7]
Несколько ритмов одновременно
Шумпетер сопоставлял движения разных масштабов, используя названия циклов Китчина, Жюгляра и Кондратьева. Его конструкция позволяла рассматривать одновременно более короткие и более длинные колебания. Совпадение их фаз должно было объяснять необычную силу некоторых хозяйственных подъёмов и спадов.[2]
Важно, что совмещение ритмов представляет собой определённую модель наблюдений. Чтобы оценить её силу, следует выяснить, насколько устойчиво выделяется каждый компонент и как он связан с предложенным механизмом. Если начало и длительность компонентов свободно меняются после просмотра истории, согласовать схему с событиями становится проще, а независимая проверка — слабее.
Поэтому исторический вопрос о роли нововведений и статистический вопрос о периодичности должны встречаться в одном исследовании. Можно установить глубокое влияние железной дороги, не установив строгого полувекового ритма всех крупных преобразований. И можно заметить колебание ряда, ещё не объяснив его инновациями. Связь этих утверждений требует дополнительных наблюдений.[9]
Другие объяснения длинных движений
= Капитал, прибыль и условия расширения
Эрнест Мандель в книге «Длинные волны капиталистического развития» рассматривал большие изменения накопления и прибыльности в связи с общественными и международными условиями. В такой постановке технические возможности действуют вместе с устройством труда, рынков и распределения. Его марксистское объяснение составляет самостоятельную линию длинноволновой дискуссии.[3]
Вопрос о начале расширения становится здесь вопросом о сочетании условий, при которых вложения приобретают новую привлекательность и масштаб. Прибыль, финансирование и общественные отношения могут усиливать или сдерживать использование доступной техники. Поэтому одинаковое устройство машин ещё не обеспечивает одинаковой хозяйственной динамики.[3]
Для проверки такой связи нужны соответствующие ряды и исторические свидетельства. Если механизмом объявлена прибыльность, следует исследовать способы её измерения и связь с вложениями. Если решающую роль играет перестройка общественных отношений, нужно показать её время и хозяйственные последствия. Общее название «длинная волна» не снимает различий между этими исследовательскими задачами.
Технологическая система и новые правила хозяйства
Карлота Перес в исследовании 2010 года рассматривала технологические революции и техноэкономические парадигмы — связанные изменения техники, организации и представлений об эффективном хозяйстве. Новые возможности постепенно влияют на разные отрасли, способы управления и размещения производства. Такой подход обращает внимание на распространение целого комплекса практик.[4]
Здесь можно проследить несколько разных времён: возникновение технической возможности, появление первых предприятий, строительство инфраструктуры и перестройку широкого круга занятий. Каждая из этих фаз имеет собственные условия. Поэтому большая технологическая перемена может быть исторически отчётливой, даже если её распространение не укладывается в одинаковый интервал во всех странах.[4]
Кристофер Фримен и Франсишку Лоусан в книге «Со временем» 2001 года соединили историю технологических преобразований с обсуждением экономических моделей. Для них существенна содержательная история переходов между производственными системами. Этот подход помогает исследовать механизмы, которые остаются скрытыми, если сравнение ограничить одной линией совокупного показателя.[5]
С понятием технологического уклада у такой литературы есть предметные связи, но определения требуют сопоставления. Комплекс связанных производств, правила эффективной организации и статистическая волна выпуска обозначают разные стороны хозяйства. Их совпадение во времени становится проверяемой гипотезой; одно название не служит готовым доказательством другого.[4]
Проверка гипотезы о группировании нововведений
Если длинную волну объясняют нововведениями, нужно проверить, как они распределялись во времени. Приходились ли крупные изменения на достаточно отчётливые группы? Как определяли значимость изобретения? Как выбирали дату — создания, первого применения или широкого распространения? Ответы меняют исходный ряд ещё до любого расчёта.[10][9]
Альфред Клейнкнехт в статье 1990 года пересмотрел эмпирический материал о крупных инновациях. Он отметил слабость свидетельств макроэкономических инновационных волн до середины XIX века, но получил поддержку двух последующих больших групп нововведений. По его результатам, они отличались от случайных колебаний при использованной проверке. Это положительное свидетельство в определённом материале и при определённом способе его анализа.[10]
Джеральд Сильверберг и Барт Верспаген в работе 2003 года предложили другую статистическую постановку вопроса. Они построили ряд на основе ранее использованных списков и разграничили несколько смыслов группирования. Полученные результаты поддержали лишь наиболее слабую из проверяемых гипотез: события распределялись менее равномерно, чем в простом исходном сравнении. Авторы сочли, что переход от этого наблюдения к длинной волне, вызываемой группами базовых инноваций, чрезмерно усиливает доказательство.[9]
Содержательный спор проходит между несколькими утверждениями. Нововведения способны появляться неравномерно. Неравномерность может включать заметные группы. Эти группы могут образовывать определённую повторяющуюся последовательность. Наконец, они могут объяснять широкую хозяйственную волну. Каждая следующая ступень требует дополнительных сведений; подтверждение первой ещё оставляет остальные открытыми.
Именно поэтому выбор критериев и дат имеет историческое значение. Списки великих изобретений обычно составляются после того, как известны последствия. То, что кажется очевидным поворотным пунктом в позднейшем рассказе, могло распространяться постепенно и рядом с множеством менее заметных улучшений. Исследование должно объяснить, как этот отбор влияет на результат.[9][4]
Промежуточный вывод. Исследования дают основания обсуждать неравномерность инновационного процесса. Более сильный тезис о регулярном чередовании больших инновационных волн остаётся зависимым от состава данных, определения события и метода проверки. Связь с общим выпуском требует ещё одного самостоятельного сравнения.
Длинный рост и волна: почему это разные рисунки
Современная промышленная история включает длительное увеличение производства и крупные преобразования техники. Но наличие общего роста само по себе ничего не говорит о ритме отклонений от него. Сначала нужно определить, какую часть ряда исследователь считает долгим направлением изменения, а какую — возможным колебанием.[8][11]
Такое долгосрочное направление часто называют трендом. Его выделяют разными способами: сглаживают ряд, подбирают простую зависимость или используют статистическую модель. Если способы дают разные отклонения, найденный рисунок приходится проверять на устойчивость. Предполагаемая волна должна зависеть от свойств хозяйства, а не только от удобства выбранной линии.
Длительное ускорение также может возникать при взаимодействии населения, обучения, техники и расширения рынков. Модели Кремера, а также Галора и Вейла рассматривают такие механизмы роста. Они отвечают на вопрос об изменении возможностей общества, а регулярность полувекового чередования фаз требует отдельного доказательства.[12][13]
Как обработка ряда способна изменить вид колебаний
Евгений Евгеньевич Слуцкий в статье «Суммирование случайных причин как источник циклических процессов», опубликованной по-английски в 1937 году, показал принципиальную возможность появления волнообразного движения при обработке случайных изменений. Значение этой работы состоит в различии между внешним видом ряда и механизмом, который его породил. Узнаваемая волна ещё нуждается в объяснении происхождения.[14]
Представим, что каждое наблюдение усредняют с соседними. Случайные всплески и провалы начинают влиять на несколько соседних точек, а линия становится плавнее. Полученное движение следует сравнить с тем, что могла бы создать сама процедура. Это пояснение общего принципа: способ обработки входит в доказательство и должен быть доступен для проверки.
В экономике разработаны специальные способы выделения колебаний выбранной длительности. Работы Марианны Бакстер и Роберта Кинга 1999 года, а также Лоуренса Кристиано и Терри Фицджеральда 2003 года посвящены таким фильтрам. Их задача — извлечь определённую часть движения из наблюдаемого ряда. Уже поэтому результат следует читать вместе с заданным диапазоном и свойствами метода.[15][16]
Джеймс Гамильтон в статье 2018 года критически рассмотрел широко используемый фильтр Ходрика — Прескотта. Он показал, что процедура способна создавать ложные динамические связи и особые искажения на краях наблюдаемого интервала. Работа касается метода анализа экономических рядов; для длинноволнового спора её значение состоит в необходимости проверять происхождение найденного колебания.[11]
Эти исследования не решают одним действием всю историческую дискуссию о Кондратьеве. Они дают инструмент проверки её статистических аргументов. Если волна сохраняется при разумных альтернативных способах работы с данными и согласуется с независимыми сведениями о механизме, её объяснение получает более сильное основание.
Критика по производственным данным
Почему знакомые названия эпох ещё не подтверждают цикл
Соломос Соломоу в книге 1987 года исследовал длительные движения роста в Великобритании, Франции, Германии, США и мировой экономике за 1850–1973 годы. Он пришёл к выводу, что материал не поддерживает предполагаемое деление производственного роста на волны Кондратьева. Национальные последовательности различались, а длительные изменения лучше объяснялись в рамках иной периодизации и воздействия исторических потрясений.[7]
В книге о британском хозяйстве межвоенного периода он показал, почему привычная длинноволновая разметка кажется убедительной. Она совпадает с известными названиями: большой викторианский подъём, «великая депрессия» конца XIX века, довоенное расширение и межвоенные трудности. Но узнаваемость названия ещё оставляет вопрос, какой экономический ряд действительно следует этой схеме.[17]
| Период в обсуждаемой схеме | Приписываемая фаза | Что проверяет сравнение с данными |
|---|---|---|
| 1850–1873 | Быстрый рост | Совпадает ли изменение совокупного производства с принятой границей |
| 1873–1896 | Медленный рост | Соответствуют ли ценовые трудности замедлению выпуска и производительности |
| 1896–1920 | Быстрый рост | Насколько устойчиво объединение довоенных и военных изменений |
| 1920–1939 | Медленный рост | Можно ли объяснить межвоенную траекторию одной фазой общего цикла |
Временные границы и названия фаз приведены по схеме, которую разбирает Соломоу. Это предмет проверки, а не таблица установленного универсального календаря. Его возражение состоит в том, что ценовое движение и денежные показатели недостаточны для вывода о такой же периодизации реального выпуска и производительности.[17]
Таблица помогает увидеть задачу исследования. Чтобы подтвердить одну общую волну, мало найти подходящее событие внутри каждого интервала. Нужно показать, что выбранные границы устойчиво описывают соответствующий показатель и что предложенный механизм объясняет их лучше сопоставимых альтернатив. Историческое название становится исходной подсказкой, которую затем испытывают по данным.
Потрясение и собственный ритм системы
Войны, изменение международной торговли, разрушение инфраструктуры и перемены денежного устройства могут влиять на долговременные показатели. Чтобы объявить такое движение фазой внутреннего цикла, нужно выяснить, какую роль играет само потрясение. Изменение может быть вызвано отдельным историческим событием, усилено существующими условиями или встроено в более широкую хозяйственную перестройку.[7][5]
Различие важно и для восстановления. Разрушенный город может получать помощь извне, сохранять специалистов и пользоваться работающими рынками. Его последующая траектория отличается от истории изолированной группы, потерявшей производственные связи. Поэтому длительность восстановления после войны не даёт готового периода экономической волны и не измеряет срок развития общества с утратой всего технологического наследства.[18][19]
Здесь исследования восстановления обществ помогают уточнить исходные условия. Какие люди и знания сохранились? Каковы внешние связи? Где продолжает действовать производство? Ответы позволяют объяснять наблюдаемый рост без необходимости заранее помещать каждый случай в один и тот же ритм.[19]
Как выглядит сильная проверка длинной волны
Убедительное исследование начинает с определённого утверждения: какая величина должна колебаться, в каких странах и в какой исторической среде. Затем объясняется, как получены данные и какие изменения их качества возможны. Такая постановка делает ясным, что именно подтвердит или ослабит гипотезу.[1][7]
Следующий шаг — сравнение методов. Если результат держится только на одном способе сглаживания, одной точке начала или одном перечне инноваций, необходимо выяснить причины этой зависимости. Если он выдерживает изменения обоснованных предпосылок, появляется основание считать его свойством материала, а не отдельной настройки.[9][11]
Нужна и связь с механизмом. Периодичность цен сама по себе не доказывает инновационное объяснение, а рост числа патентов не измеряет автоматически хозяйственное значение новых технологий. Следует проследить передачу воздействия: как нововведение меняет вложения, производство, спрос и условия распространения.[2][4]
Наконец, важна проверка за пределами набора, по которому уже построено объяснение. Сравнительное моделирование истории сталкивается с той же задачей: хорошее описание знакомого материала и успешная работа на независимом материале обладают разной доказательной силой. Исследование должно показать, какая именно проверка выполнена.[20][21]
Длинная волна и судьба цивилизации
Слово «волна» легко переносится между разными масштабами истории. Но колебание цен, смена производственных систем и изменение большой культурной общности имеют разные признаки. Полувековая хозяйственная гипотеза не задаёт сама по себе возраст государства, культуры или человеческой технологической традиции.
Для предположения о промышленной цивилизации, предшествовавшей известной истории, требуются сведения о её существовании, времени и материальных следах. Даже хорошо подтверждённый экономический цикл отвечал бы на вопрос о динамике определённого хозяйства. Он не создавал бы ни археологического слоя неизвестной промышленности, ни универсального срока, за который люди должны заново пройти все технологические переходы.[22][19]
Эта граница позволяет сохранить полезное содержание длинноволнового подхода. Он направляет внимание на связи техники, капитала, инфраструктуры и общественных условий. Такие связи можно исследовать в прошлом. Их историческая значимость определяется данными и механизмами, а не тем, насколько далеко удаётся продолжить красивую линию графика.
Вывод
Гипотеза Кондратьева поставила содержательный вопрос о медленных движениях промышленного хозяйства. Последующая дискуссия расширила его: как связаны большие вложения, нововведения, общественные условия и длительные изменения производства? На этом поле возникли конкретные исследования и конкурирующие объяснения.
При этом разные части гипотезы имеют разную степень подтверждения. Крупные технологические преобразования и неравномерность нововведений хорошо различимы в историческом материале. Но переход от них к устойчивой полувековой периодичности требует более сильного доказательства. Исследования инновационных списков дают расходящиеся результаты, производственные ряды не всегда поддерживают принятую фазировку, а способы обработки способны менять вид колебаний.
Поэтому установленного универсального календаря длинных волн, одинаково описывающего все страны и показатели, эти работы не дают. Для определённого ряда можно исследовать колебания, оценивать их устойчивость и сравнивать объяснения. Существование такого частного результата ещё не превращает всю промышленную историю в часы с постоянным периодом.
Особенно важно различать цену, выпуск и темп роста. Падение цены может сопровождаться расширением производства; ослабление темпа — продолжающимся увеличением выпуска. Пока эти величины смешаны, яркий рассказ о подъёме и спаде способен скрывать разные экономические события.
Наиболее продуктивный итог дискуссии — требование соединить большой исторический образ с проверяемым механизмом. Какие изменения наблюдались? Как они измерены? Чем объясняется их связь? Выдерживает ли ответ другой набор данных и другую обоснованную обработку? Именно эти вопросы позволяют исследовать длинные движения хозяйства, не превращая их ни в готовый календарь кризисов, ни в меру жизни целой цивилизации.
Связанные статьи
- Портал: История науки
- Теории развития цивилизаций
- Технологический уклад
- Промышленная революция
- Энергия в истории человечества
- Население и развитие технологий
- Клиодинамика
- Гипотезы о древней развитой цивилизации
Примечания
- ↑ 1,0 1,1 1,2 1,3 1,4 Kondratieff N. D. The Long Waves in Economic Life. The Review of Economic Statistics. 17(6): 105–115. Перевод W. F. Stolper. DOI 10.2307/1928486. 1935. Публикация.
- ↑ 2,0 2,1 2,2 2,3 2,4 Schumpeter J. A. Business Cycles: A Theoretical, Historical and Statistical Analysis of the Capitalist Process. McGraw-Hill. Сокращённая редакция Rendigs Fels; электронное издание Les classiques des sciences sociales. 1939. Публикация.
- ↑ 3,0 3,1 3,2 3,3 Mandel E. Long Waves of Capitalist Development: A Marxist Interpretation. Verso. Revised and expanded edition. 1995. Публикация.
- ↑ 4,0 4,1 4,2 4,3 4,4 4,5 4,6 4,7 4,8 C. Perez. Technological revolutions and techno-economic paradigms. Cambridge Journal of Economics 34(1): 185-202. 2010. Публикация.
- ↑ 5,0 5,1 5,2 5,3 5,4 5,5 Freeman C.; Louçã F. As Time Goes By: From the Industrial Revolutions to the Information Revolution. Oxford University Press. 2001. Публикация.
- ↑ Кондратьев Н. Д.; Опарин Д. И. Большие циклы конъюнктуры: Доклады и их обсуждение в Институте экономики. Москва. 287 с. Экземпляр РГБ. 1928. Публикация.
- ↑ 7,0 7,1 7,2 7,3 7,4 7,5 7,6 7,7 Solomou S. Phases of Economic Growth, 1850–1973: Kondratieff Waves and Kuznets Swings. Cambridge University Press. 1987. Публикация.
- ↑ 8,0 8,1 8,2 Kuznets S. Modern Economic Growth: Findings and Reflections. Опубликованный полный текст Нобелевского выступления. NobelPrize.org. 1971. Публикация.
- ↑ 9,0 9,1 9,2 9,3 9,4 G. Silverberg. Breaking the waves: a Poisson regression approach to Schumpeterian clustering of basic innovations. Cambridge Journal of Economics 27(5): 671-693. 2003. Публикация.
- ↑ 10,0 10,1 Kleinknecht A. Are There Schumpeterian Waves of Innovations?. Cambridge Journal of Economics. 14(1): 81–92. 1990. Публикация.
- ↑ 11,0 11,1 11,2 James D. Hamilton. Why You Should Never Use the Hodrick-Prescott Filter. The Review of Economics and Statistics 100(5): 831-843. 2018. Публикация.
- ↑ M. Kremer. Population Growth and Technological Change: One Million B.C. to 1990. The Quarterly Journal of Economics 108(3): 681-716. 1993. Публикация.
- ↑ Oded Galor; David N Weil. Population, Technology, and Growth: From Malthusian Stagnation to the Demographic Transition and Beyond. American Economic Review 90(4): 806-828. 2000. Публикация.
- ↑ Eugen Slutzky. The Summation of Random Causes as the Source of Cyclic Processes. Econometrica 5(2): 105. 1937. Публикация.
- ↑ Marianne Baxter; Robert G. King. Measuring Business Cycles: Approximate Band-Pass Filters for Economic Time Series. Review of Economics and Statistics 81(4): 575-593. 1999. Публикация.
- ↑ Lawrence J. Christiano; Terry J. Fitzgerald. The Band Pass Filter*. International Economic Review 44(2): 435-465. 2003. Публикация.
- ↑ 17,0 17,1 Solomou S. Themes in Macroeconomic History: The UK Economy, 1919–1939. Cambridge University Press. Опубликованный фрагмент первой главы, с. 1–2. 1996. Публикация.
- ↑ Donald R Davis; David E Weinstein. Bones, Bombs, and Break Points: The Geography of Economic Activity. American Economic Review 92(5): 1269-1289. 2002. Публикация.
- ↑ 19,0 19,1 19,2 Timothy Maher; Seth Baum. Adaptation to and Recovery from Global Catastrophe. Sustainability 5(4): 1461-1479. 2013. Публикация.
- ↑ David R. Roberts; Volker Bahn; Simone Ciuti; et al.. Cross‐validation strategies for data with temporal, spatial, hierarchical, or phylogenetic structure. Ecography 40(8): 913-929. 2017. Публикация.
- ↑ Jim Madge; Giovanni Colavizza; James Hetherington; Weisi Guo; Alan Wilson. Assessing Simulations of Imperial Dynamics and Conflict in the Ancient World. Cliodynamics: The Journal of Quantitative History and Cultural Evolution 10(2). 2019. Публикация.
- ↑ Gavin A. Schmidt; Adam Frank. The Silurian hypothesis: would it be possible to detect an industrial civilization in the geological record?. International Journal of Astrobiology 18(2): 142-150. 2019 (онлайн: 2018). Публикация.