Перейти к содержанию

Телогрея

Материал из Энциклопедия История. Главное
Телогрея
Одежда цариц. Ф. Г. Солнцев, 1846-1853. Справа Наталья Кирилловна в телогрее под шубой согласно пояснению издания.
Одежда цариц. Ф. Г. Солнцев, «Древности Российского государства», т. IV, 1846-1853. Справа Наталья Кирилловна: телогрея под шубой по описанию издания. Позднейшая работа по портретам.
Распашная женская одежда с рукавами; историческое название, устанавливаемое по письменным источникам и музейным предметам.
Регион
Россия
Тип
женская одежда
Период
XVI-XVII века; отдельные свидетельства начала XVIII века

Телогрея - название русской женской распашной одежды с рукавами, известное по письменным источникам XVI-XVII веков. Телогреи могли иметь тканевую или меховую подкладку; нарядные вещи изготовляли из дорогих узорных тканей и украшали кружевом, галуном, пуговицами. В исторических описаниях особенно заметны длинные одежды со свисающими рукавами и отверстиями для рук. Однако единое название не означает, что все сохранившиеся вещи имели одинаковый крой.[1]

Предметы, называемые телогреями в современной музейной практике, представлены находкой из Китайгородской стены и одеждами из царских погребений в Московском Кремле. Их изучение требует сопоставления ткани, конструкции и письменного названия. Особое значение имеют кроильные книги, фиксировавшие изготовление одежды для конкретных владелиц.[2]

Название и границы понятия

Слово встречается в переписке Андрея Курбского с Иваном IV: Курбский упоминает телогреи среди бытовых подробностей, которые, по его мнению, отвлекают собеседника от существа спора. Этот пример разобран в заметке «Телогрея» журнала «Русская речь». Он подтверждает присутствие названия в письменной культуре XVI века, но сам по себе не сообщает выкройки, состава ткани или способа ношения. Полемическое письмо нельзя читать как портновскую опись.[3]

В той же заметке историческая телогрея объясняется как длинная верхняя одежда, застёгивавшаяся спереди, с узкими рукавами и особыми отверстиями для рук. Автор специально отличает её от привычной читателю XX века рабочей телогрейки. Сходство слов не позволяет переносить на старинное платье конструкцию ватной куртки, её материалы и социальное назначение. Вместе с тем уменьшительное название не всегда обозначало позднюю вещь: в рассмотренных Н. А. Павловой кроильных книгах конца XVII века встречается и вариант «телогрейка».[3][2]

Не совпадают и способы перевода. ГИМ в английской карточке использует сочетание woman’s overdress и транслитерацию telogreya, дополняя их буквальным пояснением body warmer. Здесь первое выражение описывает место вещи в женском костюме, второе сохраняет русское название, а третье объясняет его смысл. Буквальный перевод ещё не устанавливает тождество с любым европейским предметом для утепления тела.[4]

Покрой и ношение

И. Е. Забелин относил телогрею к выходным одеждам, надевавшимся поверх сорочки. В его обобщённом описании это длинное распашное платье с расширенным низом. Передние края соединялись пуговицами либо завязками. Рукава сужались к концам и могли достигать подола; руки выводили через отверстия около их верхней части. Свободно висящая часть рукава становилась заметной деталью силуэта. Рукава также перекидывали один через другой за спиной.[5]

Забелин описывал не стандартный размерный ряд, а исторический тип по документам. Приводимые им меры нельзя превращать в универсальную выкройку для любой телогреи. Для конкретной вещи существенны расположение швов, клиньев, разрезов и застёжек, а также то, сохранились ли они первоначальными. Подпушка у подола в его описании служила сохранности нижнего края и выделялась цветом на фоне подкладки. Упоминались и карманы, называвшиеся зепями.[5]

Савваитов учитывал телогреи как с проймами, так и без них. В его своде число пуговиц составляет от 14 до 24, тогда как Забелин приводит более широкий разброс. Поэтому количество застёжек удобно для сравнения описаний, но оно не является самостоятельным признаком, по которому вещь безусловно признаётся телогреей. Оба исследователя опирались на неоднородные исторические записи; их характеристики следует относить к рассмотренным ими примерам.[1][5]

Ткани, подкладка и отделка

Среди материалов телогрей Савваитов называет атлас, камку, кутню, объярь, тафту, зарбаф, алтабас и байберек. Его перечень показывает разнообразие тканей, встречавшихся под одним названием одежды. Холодные вещи имели шёлковую подкладку, тёплые - меховой испод. Упоминаются соболь, горностай, лисица и белка, причём в документах могли отдельно называть части шкурок. Отделку составляли кружево, галун и застёжки. Одного слова «телогрея» в описи поэтому недостаточно, чтобы определить сезон, стоимость или степень парадности вещи.[1]

Привозная ткань была обычным материалом для придворной одежды. Музеи Московского Кремля описывают своё текстильное собрание как комплекс, значительную часть которого составляли предметы царского быта XVI-XVII веков, изготовленные в кремлёвских мастерских из тканей, полученных торговыми и дипломатическими путями. Это связывает изучение русского костюма с историей ремесла и обмена между странами. При этом место производства ткани и место изготовления одежды - разные характеристики: китайский шёлк в русском платье не превращает само платье в китайское.[6]

В документальном описании необходимо различать верх, подкладку, подпушку, мех и отделку. Они могли иметь разное происхождение и разный срок использования. Название ткани в старой записи также требует проверки: оно может обозначать торговый сорт или историческую разновидность материала, а не современную технологическую категорию. Такое различение позволяет сопоставлять русские описи с музейными исследованиями и зарубежными каталогами, не сводя несколько самостоятельных признаков к одной географической этикетке.[1][6]

Телогрея в женском гардеробе

М. Г. Рабинович рассматривал телогрею среди верхних женских одежд, которые носили поверх сарафана. Он обращал внимание на богатые вещи в описях приданого, в том числе на шёлковые одежды с золотным кружевом и серебряными позолоченными пуговицами. В его обзоре телогрея встречается в документах XVII века реже ряда других женских одежд. Это оценка рассмотренного корпуса, которую нельзя автоматически распространять на каждый двор, город или десятилетие.[7]

Тот же исследователь приводит пензенское приданое 1701 года: в нём перечислены киндячные шуба и телогрея, другая шуба, польская шапка и треух. Таким образом, начало XVIII столетия не является автоматической конечной датой употребления слова или всех связанных с ним форм одежды. Документ конкретного семейного имущества полезнее условной границы между «допетровским» и «петровским» костюмом. Однако отдельное приданое не доказывает сохранение одного фасона на протяжении всего XVIII века.[7]

В англоязычном исследовании Оксаны Секачёвой телогрея рассматривается внутри многослойного женского костюма. Автор отличает длинную верхнюю одежду с висящими рукавами от короткой душегреи и от безрукавных вещей, надеваемых поверх сорочки. Такое сопоставление показывает, почему внешне близкие названия нельзя использовать как взаимозаменяемые обозначения. Для описания комплекта важны длина, наличие рукавов, застёжки и положение одного слоя относительно другого.[8]

В составе женского костюма головной убор имел собственное значение. Кокошник обычно закрывал волосы замужней женщины; его форму и датировку устанавливают отдельно от верхнего платья.[9]

Одежда как имущество

Телогрею из дорогой ткани следует рассматривать не только как форму платья, но и как часть домашнего имущества. «Домострой» предписывает разделять рабочую, повседневную и нарядную одежду, после возвращения с праздника осматривать и очищать её, а затем складывать на хранение. Вещи рекомендовалось беречь от влаги и загрязнения, чинить и держать в сундуках или коробах. Эти наставления относятся к одежде вообще; они объясняют хозяйственную среду, в которой использовались дорогие женские наряды, но не служат описанием конкретной телогреи.[10]

Хозяйственное наставление фиксирует желательное поведение, а не статистику его исполнения. Из требования беречь наряд нельзя заключить, сколько вещей находилось у каждой женщины или как часто она их надевала. Для таких вопросов необходимы индивидуальные описи и расходные записи. Различие жанров особенно существенно при исследовании костюма: правило хранения, запись о выдаче ткани и найденное платье отвечают на разные вопросы, хотя относятся к одной материальной культуре.[10]

Секачёва рассматривает дорогостоящую одежду и съёмную отделку как имущество, которое сохраняли, передавали и использовали повторно. В её анализе костюм выражает социальное положение через качество материала, украшения и число надетых вещей. Это помогает объяснить значение описей приданого: они перечисляют ценности, а не дают равномерный обзор всех повседневных привычек. Богатство документированного наряда нельзя превращать в характеристику одежды всего населения России.[8]

Находка из Китайгородской стены

Один из наиболее известных предметов ГИМ был обнаружен в 1935 году при работах, связанных со строительством Московского метрополитена. Слежавшуюся ткань нашли в кладке Китайгородской стены в Москве. Современная музейная карточка датирует одежду XVII веком и отдельно обозначает реконструкцию XX века. Материал определён как китайский узорный шёлк XVII столетия; приведены длина спины 140 см и длина полы 135 см.[4]

В описании ГИМ отмечены боковые косые клинья, длинные откидные рукава, плечевые разрезы и пуговицы из узелков шнура. Предположение о принадлежности зажиточной горожанке основано на дорогом материале; имя владелицы не установлено. Для оценки современного силуэта существенна реконструкция: нынешний экспозиционный вид нельзя без оговорки выдавать за полностью сохранившуюся форму XVII века.[4]

История названия этого предмета сама является частью его изучения. Рабинович упоминал найденную при строительстве метро одежду из стены Китай-города как опашень. В нынешней карточке ГИМ употреблено название «телогрея». Расхождение показывает, почему ссылку на один и тот же памятник в разных публикациях необходимо сопровождать указанием авторской или музейной атрибуции. Замена названия в каталоге не означает обнаружения второй вещи.[7][4]

Кроильные книги и кремлёвские находки

В исследовании 2023 года Н. А. Павлова сопоставила одежды из погребений Марии Ивановны, Натальи Кирилловны и Татьяны Михайловны с кроильными книгами. Три из четырёх рассмотренных вещей она предложила определять как телогреи. Особенно убедительно сопоставление нижнего платья Марии Ивановны с записью 1691 года: ткань и отделка соответствуют описанию, а расхождение в числе сохранившихся пуговиц объясняется возможной утратой одной застёжки. Верхнее платье царевны не получило столь же определённого названия.[2]

Такой метод соединяет археологию с историческим словоупотреблением. При этом совпадение отдельных признаков и полное отождествление предмета с записью имеют разную степень определённости. Вывод Павловой уточняет прежние атрибуции как ферязей или опашней; он не устанавливает единственную выкройку всех телогрей. Состав погребального комплекса также нельзя без дополнительного обоснования считать полным повседневным гардеробом его владелицы.[2]

Близкие названия на рубеже XVII-XVIII веков

Иное употребление названия встречается в описании гардероба Петра I. В опубликованном Музеями Московского Кремля перечне атрибуций под № 12 указана принадлежавшая ему куртка-телогрея из Государственного Эрмитажа. Она отнесена к английской работе конца XVII - начала XVIII века; происхождение тканей указано отдельно - Персия и Англия. Таким образом, место изготовления одежды и происхождение её материалов в музейной атрибуции различаются.[11]

В той же записи отдельно описаны принадлежавшие Петру I штаны-кюлоты, датированные концом XVII - 1710-ми годами. Само соседство двух предметов в перечне не устанавливает, что их носили как единый комплект.[11]

Эта мужская вещь из царского гардероба имеет самостоятельную атрибуцию. Она помогает понять многозначность историко-костюмной номенклатуры, но не доказывает превращения длинной женской телогреи в короткую куртку. Сходным образом камзол описывается через собственное место в ансамбле и собственную историю названия. Общий контекст изменения придворного костюма связан с реформами Петра I, однако терминологические различия требуют отдельной предметной проверки.[11]

Ещё один пример предоставляет Российский этнографический музей: вещь РЭМ 457-5 названа «Телогрейка», датирована серединой XIX века и происходит из Енисейской губернии. При длине 31 см она совершенно иначе соотносится с телом, чем длинные платья XVII столетия. В аннотации она определена как душегрея из будничного старушечьего костюма; материалы включают хлопчатобумажную ткань и льняное полотно. Этот поздний предмет полезен для различения значений, но не является вещественным доказательством кроя телогреи XVI-XVII веков.[12]

Изображения и история изучения

В «Древностях Российского государства» Ф. Г. Солнцева опубликован лист с одеждой цариц Евдокии Лукьяновны и Натальи Кирилловны. Пояснение определяет одежду Натальи Кирилловны как телогрею под собольей шубой, крытой бархатом; дополняют наряд треух и красные сафьянные башмаки. Лист относится к изданию 1846-1853 годов и выполнен по более ранним портретам. Он важен для истории представлений о царском костюме, но не является непосредственной зарисовкой с натуры XVII века.[13]

Такое изображение показывает взаимное расположение одежд и общий силуэт. По нему нельзя надёжно восстановить скрытые швы, внутреннюю подкладку или конструкцию рукава под шубой. Для этих признаков более пригодны исследования подлинных тканей и музейные чертежи. Существенно также отличать определение, данное издателями исторического альбома, от атрибуции реально сохранившегося предмета. Это разные способы получения знания о костюме.[13]

Зарубежные музейные издания дают дополнительный сравнительный материал, но их терминология тоже требует внимания. В каталоге Метрополитен-музея History of Russian Costume 1977 года длинная женская шёлковая одежда XVII века описана под названием okhaben, с пояснением «летний плащ». Отмечены распашная конструкция, расширенный низ, длинные рукава, боковые вставки и золотная тесьма. Перечень похожих признаков не даёт оснований автоматически переименовать этот каталожный предмет в телогрею или отождествить его с кремлёвскими находками.[14]

В результате история телогреи складывается из нескольких взаимно проверяемых рядов: названий в документах, сохранившихся одежд, исторических изображений и позднейших научных классификаций. Наиболее точное описание сохраняет различия между ними. Оно указывает, какой именно предмет датирован, что восстановлено при реставрации и на каком основании ему присвоено историческое название.

См. также

Примечания

  1. ↑ 1,0 1,1 1,2 1,3 Савваитов П. И. Описание старинных русских утварей, одежд, оружия, ратных доспехов и конского прибора, в азбучном порядке расположенное. Статья «Телогрея», примечания 901-904.
  2. ↑ 2,0 2,1 2,2 2,3 Павлова Н. А. Термин «телогрея» в письменных источниках второй половины XVII века: к вопросу об атрибуции трех предметов из собрания Музеев Московского Кремля // Атрибуционный вестник Музеев Московского Кремля. 2023. № 2. С. 117-135. Особенно с. 125-133.
  3. ↑ 3,0 3,1 Телогрея // Русская речь. 1979. № 5. С. 70, рубрика «Это интересно».
  4. ↑ 4,0 4,1 4,2 4,3 Государственный исторический музей. Женская верхняя одежда - телогрея; Woman’s overdress - telogreya. Россия, XVII век; реконструкция XX века. Русская и английская версии карточки одного предмета.
  5. ↑ 5,0 5,1 5,2 Забелин И. Е. Домашний быт русских цариц в XVI и XVII столетиях. Новосибирск: Наука, 1992. С. 203-204; описание рисунков, с. 240-241. Оригинальное издание 1869 года: глава VII.
  6. ↑ 6,0 6,1 Музеи Московского Кремля. Коллекция художественного текстиля. Описание состава собрания, происхождения тканей и кремлёвских мастерских.
  7. ↑ 7,0 7,1 7,2 Рабинович М. Г. Одежда русских XIII-XVII вв. // Древняя одежда народов Восточной Европы: материалы к историко-этнографическому атласу. М.: Наука, 1986. С. 63-111. Электронная публикация глав об одежде: текст.
  8. ↑ 8,0 8,1 Sekatcheva O. The Formation of Russian Women’s Costume at the Time before the Reforms of Peter the Great // Clothing Culture, 1350-1650 / ed. C. Richardson. Ashgate, 2004. P. 77-94, здесь p. 83-84. Страница издания; переиздание Routledge, 2016.
  9. ↑ Мадлевская Е. Л. Кокошник - головной убор русских женщин. Российский этнографический музей.
  10. ↑ 10,0 10,1 Домострой. Раздел 41, наставления о ношении и хранении одежды. Электронный текст в современном русском переводе.
  11. ↑ 11,0 11,1 11,2 Музеи Московского Кремля. Подписи к изображениям. С. 2, № 12: «Куртка-телогрея, штаны-кюлоты». Опубликованные атрибуции предметов Государственного Эрмитажа.
  12. ↑ Российский этнографический музей. Телогрейка. Великорусы (русские). РЭМ 457-5. Середина XIX века; Енисейская губерния, Енисейский уезд, Казачинская волость, село Рождественское.
  13. ↑ 13,0 13,1 Солнцев Ф. Г. Древности Российского государства. Т. IV. Лист «Одежда цариц (с портретов цариц Евдокии Лукьяновны и Наталии Кирилловны)». 1846-1853. Репродукция и пояснительный текст издания.
  14. ↑ Alyoshina T. S. et al. History of Russian Costume from the Eleventh to the Twentieth Century. New York: The Metropolitan Museum of Art, 1977. P. 9-11, особенно p. 11.
Источник — https://wiki.histglav.ru/index.php?title=Телогрея&oldid=7622