Перейти к содержанию

Мартын Шпанберг

Материал из Энциклопедия История. Главное
Мартын Петрович Шпанберг
Историческая карта Берингова пролива, составленная по материалам плавания Фёдорова и Гвоздева
Карта Берингова пролива, 1743 год. Составлена при участии Шпанберга по материалам плавания Ивана Фёдорова и Михаила Гвоздева 1732 года.
Морской офицер датского происхождения на российской службе; участник Первой Камчатской экспедиции и руководитель японского отряда Второй Камчатской экспедиции
Дата рождения
1696
Дата смерти
26 сентября 1761
Деятельность
Морская служба, организация экспедиций, гидрография

Мартын Петрович Шпанберг (дат. Martin Spangberg; в документах также Шпанберх; 1696, Южная Ютландия - 26 сентября 1761, Кронштадт) - морской офицер датского происхождения на российской службе, участник Первой Камчатской экспедиции и руководитель японского отряда Второй Камчатской экспедиции. В 1720-х годах обеспечивал доставку экспедиционных грузов через Восточную Сибирь, участвовал в плавании Витуса Беринга на боте «Святой Гавриил». В 1738–1742 годах командовал походами из Охотска и Камчатки в направлении Курильских островов и Японии. Его отряд достиг японских берегов в 1739 году.[1][2]

Работа Шпанберга соединяла командование в море с организацией снабжения. В его переписке присутствуют кузнецы, подводы, речные суда, заготовка леса, охрана судов зимой и нехватка продовольствия. Успех морского похода зависел от этой предварительной работы на большой территории. Особое место в его деятельности занимала обработка материалов других мореплавателей: при его участии составлялась карта пути Ивана Фёдорова и Михаила Гвоздева к берегам Америки в 1732 году.[3][4]

Даты российских служебных документов и плаваний ниже приведены по старому стилю. Названия судов и имена участников сохраняют варианты, принятые в научных изданиях документов. При сопоставлении маршрутов необходимо различать путь начальника отряда и самостоятельные плавания отделившихся судов.

Происхождение и семья

Шпанберг происходил из Южной Ютландии. Биографический комментарий к академическому изданию экспедиционных документов указывает дату рождения 31 декабря 1696 года. Точное селение, где он родился, не установлено: исследователи отмечают несколько местных традиций, связывающих его происхождение с разными населёнными пунктами. Поэтому название конкретной деревни требует большей осторожности, чем указание региона.[1]

В русских документах жена Шпанберга названа Марией Андреевной. Их сын Андрей служил в экспедиции; ему адресована инструкция от 20 марта 1739 года по осмотру и описанию Авачинской губы. Дочь Анна вышла замуж за врача Филипа Вильгельма Буцковского, участника Камчатских экспедиций. Эти сведения показывают участие семьи в экспедиционной среде, однако сами по себе не восстанавливают ни происхождение Марии, ни обстоятельства воспитания детей.[1][5]

Имя «Мартын Петрович», закрепившееся в российской служебной практике, следует отличать от датского написания имени. Варианты фамилии в русских рапортах не обозначают разных участников экспедиции. В частности, подписи и упоминания «Шпанберх» относятся к тому же офицеру, который фигурирует в позднейших морских списках как Шпанберг.[1][2]

Российская служба и назначение к Берингу

По «Общему морскому списку» Ф. Ф. Веселаго, Шпанберг был принят в российский флот 1 ноября 1720 года в чине лейтенанта. В 1724 году он командовал пакетботом «Святой Яков» на сообщении между Кронштадтом и Любеком. Эта служба предшествовала многолетней работе в Сибири и на Тихом океане. Участие в Первой Камчатской экспедиции занимало 1725–1730 годы; 15 декабря 1727 года он получил чин капитан-лейтенанта, а 7 сентября 1730 года - капитана 3-го ранга.[2]

В отряде Беринга Шпанберг действовал рядом с Алексеем Чириковым и Петром Чаплиным. Распределение работы между ними менялось: один офицер мог вести людей и припасы по внутренним водным путям, другой находиться при основной партии, а затем оба оказывались на одном морском судне. Поэтому участие Шпанберга в экспедиции раскрывается прежде всего через конкретные поручения и его рапорты. Перечень чинов даёт служебную последовательность, но не объясняет, каким трудом была подготовлена возможность морского выхода.[3][6]

Перевозка грузов через Восточную Сибирь

В рапорте от 19 января 1727 года Шпанберг изложил историю трудной доставки грузов к Охотскому морю. По его словам, летом 1726 года для перехода было приготовлено 13 дощеников и выделено 203 человека. Маршрут проходил по Алдану, Майе и Юдоме. Подъём по рекам требовал времени и физических усилий, а наступление зимы изменило весь способ перевозки. Остановка речного движения означала необходимость продолжать путь по снегу с грузом, рассчитанным первоначально на суда.[3]

Переход сопровождался острым недостатком пищи. История зимней доставки занимает заметное место и в исследовании датского историка Петера Лауридсена: он описывал людей, вынужденных употреблять в пищу кожаные вещи, и помощь, высланную навстречу из Охотска. Рапорт участника и позднейшее исследование передают тяжесть этого эпизода, но не совпадают во всех цифрах. Для исходного состава партии предпочтительно пользоваться собственным сообщением Шпанберга; приводимое Лауридсеном число 204 человека отличается от 203 в рапорте.[3][7]

История этой перевозки объясняет важную особенность ранних Камчатских экспедиций. Расстояние между западной частью России и морской базой делилось на участки с разными условиями движения. Речной транспорт нельзя было без дополнительных работ заменить санным; люди нуждались в продовольствии даже тогда, когда сама доставка задерживалась. Сохранность казённого груза и выживание перевозивших его людей становились связанными задачами. Морское исследование начиналось задолго до выхода в открытый океан - на реках, перевалах и зимних стоянках.[3]

Охотск, Камчатка и плавание 1728 года

Летом 1727 года Шпанберг участвовал в подготовке перехода из Охотска на Камчатку. В донесении от 28 июня он обсуждал поручение Беринга: следовало ли послать людей за продовольствием или направить их на полуостров для заготовки леса. Ожидаемые из Якутска работники ещё не прибыли. В одном документе соединялись вопросы запасов, судостроения и наличия рабочей силы - начинать новую работу можно было лишь после выбора между конкурировавшими потребностями.[6]

Научный комментарий к донесению связывает последующие переходы с судном «Фортуна». 1 июля Шпанберг вышел на нём к Камчатке с 48 людьми; в августе судно вернулось в Охотск и затем снова отправилось на полуостров, уже с Берингом. Чириков и Чаплин шли на другом судне. Эта последовательность показывает, почему первоначальную переправу Шпанберга нельзя смешивать с перевозкой всего руководства экспедиции.[6]

В 1728 году Шпанберг участвовал в плавании «Святого Гавриила» вдоль восточного побережья Камчатки и далее к северо-восточной оконечности Азии. В середине августа Беринг запросил мнения офицеров о дальнейшем движении. Предложение Шпанберга от 14 августа связывало его продолжение с ограниченным сроком и последующим возвращением на Камчатку. Чириков предлагал иной вариант, включавший движение в сторону устья Колымы. Оба мнения принадлежали обсуждению ещё не вполне известной географии и допустимого риска зимовки.[8][9]

Подготовка Второй Камчатской экспедиции

Назначение Шпанберга к новой экспедиционной работе относится к 1731 году, когда шла подготовка следующего предприятия; сама Вторая Камчатская экспедиция началась позднее. Ему поручили направление к Японии. Оно требовало собственного отряда, морских судов и запасов, хотя зависело от общей организации экспедиции Беринга. Назначение начальника, учреждение экспедиции и выход судов в море были разными событиями, разделёнными годами подготовки.[1][2]

Делопроизводство 1734 года позволяет увидеть эту подготовку на уровне отдельных распоряжений. 8 января Шпанберг потребовал отправить шестерых кузнецов из Верхоленска в Усть-Кут. Более раннее распоряжение ещё не было исполнено. Новый документ требовал сведений об отправленных людях и их обеспечении; для судостроительных работ важны были и сами специалисты, и средства, позволявшие им добраться до места назначения. Публикация сохраняет этот текст по отпуску в журнале исходящих бумаг.[10]

11 января он предложил Илимской канцелярии изменить порядок предоставления подвод. Дальние крестьянские селения находились в 500–800 верстах от Кежемской слободы, но нагрузка назначалась им по той же норме, что и более близким. Шпанберг предлагал уменьшить требуемое число подвод для дальних поселений и перераспределить перевозки. В документе прямо поставлен вопрос о разорении крестьян. Это предложение показывает зависимость казённой доставки от возможностей местных хозяйств; его наличие ещё не доказывает исполнения во всём объёме.[11]

Распоряжения о перевозке и найме людей не были второстепенным сопровождением морского замысла. Судно нуждалось в металле, дереве, снастях и продовольствии, причём задержка одного вида припасов могла остановить работу остальных специалистов. В то же время экспедиционные требования ложились на население, которое продолжало содержать собственные хозяйства и выполнять другие повинности. Переписка Шпанберга фиксирует эту двойную задачу: обеспечить казённые работы и сохранить источники дальнейшего снабжения.[10][11]

Суда и зимнее содержание отряда

Японский отряд использовал новые суда «Архангел Михаил» и «Надежда», а также ранее построенный «Святой Гавриил». Подготовка старого бота требовала освидетельствования и ремонта. Донесение июня 1738 года сообщает о конопатке, очистке и смолении корпусов, проверке вооружения. Разные по происхождению суда становились частью одного отряда после выполненных работ, а не только после приказа о включении в его состав.[12]

Сохранение судна зимой было самостоятельной организационной задачей. Инструкция Шпанберга квартирмейстеру Никифору Козину от 26 сентября 1735 года предписывала идти на «Гаврииле» к Большерецку с семью морскими служителями. Снастям требовалось закрытое хранение, корпусу - защита от льда; для наблюдения за ним назначались сменявшиеся караульные. При выборе места стоянки следовало учитывать указания знавшего местные условия Ивана Бутина. В документе морская служба представлена как непрерывная работа, продолжавшаяся после завершения летнего рейса.[13]

Постройка и содержание этих судов связаны с историей российского кораблестроения первой четверти XVIII века, но дальневосточные условия придавали работе особый характер. Верфь, склады и мореходные команды требовалось создавать вдали от балтийских учреждений флота. При этом экспедиционная документация сохраняла привычные служебные формы - инструкции, рапорты, ведомости и журналы. Они связывали удалённую базу с центральным морским управлением.[12][13]

Курильский поход 1738 года

18 июня 1738 года отряд вышел из Охотска и затем собрался у Большой реки на западном берегу Камчатки. 15 июля суда направились к Курильским островам. Шпанберг находился на «Архангеле Михаиле», Вилим Вальтон - на «Надежде», Алексей Шельтинг - на «Святом Гаврииле». 19 июля бот отделился от остальных, а 24 июля разошлись и два других судна. Последующий путь начальник отряда проходил самостоятельно.[14]

В рапорте Шпанберг сообщал о достижении широты 45° северной широты. Продолжать движение мешали течения, дождливая погода и тёмные ночи; к моменту поворота оставалось сухарей лишь на восемь дней. Он вернулся к Большой реке 18 августа. В сообщениях о неизвестной земле начальник различал увиденное и предполагаемое: растительные остатки в море позволяли высказывать догадки, но не заменяли посещения берега. Эта оговорка существенна для оценки того, что именно установило плавание.[14]

Донесения и карты стали предметом проверки. Научный комментарий к рапорту рассматривает обвинения в неправильном ведении журнала и последующее решение Адмиралтейств-коллегии 1741 года, отвергшее донос. При этом само документальное разбирательство не устраняет всех трудностей современной реконструкции пути. Сообщённую мореплавателем широту следует сохранять как показание источника, не подменяя её уверенным названием каждого увиденного острова.[14]

Число островов на ранней карте также нуждается в критическом чтении. В примечаниях к документам отмечено, что нанесённый на неё 31 остров превышает действительное число отдельных островов в описанном районе: повторное наблюдение одной и той же земли с разных позиций могло создавать несколько картографических объектов. Поэтому числовой итог первого похода нельзя превращать в точный перечень открытых островов.[15]

Плавание к Японии в 1739 году

В мае 1739 года отряд предпринял новый поход. К трём судам добавился «Большерецк». Начальник вновь находился на «Архангеле Михаиле». Вальтон первоначально вышел на «Надежде», но 30 мая по приказу Шпанберга обменялся судами с Шельтингом и принял «Святой Гавриил». Это изменение подтверждено собственным рапортом Вальтона; оно позволяет правильно распределить наблюдения между участниками.[7][16]

В июне Шпанберг достиг восточного берега Японии. Его плавание вдоль Хонсю и встречи с японскими жителями описываются в журнале «Архангела Михаила» и в исследованиях похода. Лауридсен сообщал о приходе японских лодок, обмене продуктами и предметами обихода и посещении русского судна. Эти контакты были практическим результатом разведки пути. Они ещё не означали установления постоянного сообщения или заключения торгового соглашения.[17][7]

Отдельное плавание Вальтона дало собственные сведения. В его рапорте 19 июня описана встреча с японцами и отправка лодки за водой. На берег выходили штурман Казимеров, квартирмейстер Черкашенин и солдаты. К боту подходили местные суда, происходил обмен подарками. Это свидетельство о высадке относится к команде «Святого Гавриила», а не непосредственно к Шпанбергу. Руководство общим отрядом и участие в конкретном береговом эпизоде - разные основания для исторической атрибуции.[16]

Возвращение не происходило единой группой. Отделившиеся суда шли своими путями, а их командиры самостоятельно оценивали остаток сезона, состояние снастей и запасов. Вальтон объяснял уход к Охотску необходимостью ремонта и опасностью позднего перехода. Рапорт Шпанберга от 8 сентября также обсуждал судьбу других судов и связь с начальником экспедиции. Поэтому описание похода как одного общего маршрута скрывает существенную часть его истории.[16][18]

Журнал «Архангела Михаила» дошёл в нескольких копиях; оригинал, согласно научному комментарию издания 1984 года, не сохранился. Копии различаются полнотой и состоянием текста. Это обстоятельство позволяет использовать журнал для реконструкции наблюдений, одновременно требуя сверять даты и сообщения с рапортами других участников. Особенно осторожно следует обращаться с поздними пересказами, объединяющими сведения разных судов в один рассказ от имени начальника.[17]

Авачинская губа, новый поход и завершение экспедиции

Работа Шпанберга не ограничивалась южным направлением. Инструкция сыну Андрею от 20 марта 1739 года относится к осмотру Авачинской губы. Дата и адресат этого документа установлены его публикацией. Сам факт выдачи инструкции обозначает поставленную задачу; результаты обследования необходимо восстанавливать по последующим донесениям, а не автоматически приписывать одному распоряжению.[5]

Осенью того же года Беринг направил на Камчатку штурмана Ивана Елагина и других служителей для исследования будущей стоянки. В этой работе вновь использовался «Святой Гавриил». Подготовка гавани для пакетботов была частью общей системы экспедиционных поручений, в которой участвовали несколько офицеров и морских специалистов. Связь Шпанберга с ранним обследованием Авачи не даёт основания считать его единственным устроителем последующей базы.[19][5]

В 1742 году Шпанберг предпринял ещё один поход в японском направлении, но повторить результат 1739 года не удалось. «Общий морской список» связывает возвращение с туманами и неудачей выхода к японским берегам. Поэтому три сезона - 1738, 1739 и 1742 - имели разные результаты: исследование Курильского направления, достижение Японии и последующий неудачный поход. Их объединение под одной датой искажает как хронологию, так и итог деятельности отряда.[2]

25 сентября 1743 года Сенат распорядился прекратить деятельность Второй Камчатской экспедиции; указ был адресован Чирикову и Шпанбергу. В нём подробно обсуждалась нехватка хлеба в Сибири и невозможность продолжать прежнее снабжение. Требовалось остановить новые отправки людей и подвод, вернуть ненужных для охраны служителей, сохранить суда и припасы, передать журналы и карты морскому ведомству. Завершение экспедиции включало сохранение её материальных и документальных результатов.[20]

Указ объясняет прекращение работ через состояние снабжения и управления. Для оценки отдельного офицера важно сохранять этот масштаб решения: экспедиция была государственным предприятием, а не личным плаванием Шпанберга. После прекращения морских походов оставались обязанность отчитаться, перевозка людей, охрана имущества и доставка рукописных материалов. Эти действия принадлежали той же экспедиционной истории, хотя уже не приносили новых географических наблюдений.[20]

Карта плавания Фёдорова и Гвоздева

В 1743 году при участии Шпанберга составлялась карта, использовавшая материалы плавания Ивана Фёдорова и Михаила Гвоздева 1732 года на «Святом Гаврииле». Этот поход подходил к северо-западному берегу Америки. Он проходил в другом районе и не являлся частью японских плаваний Шпанберга. Общим для двух историй было использование одного бота и работа с накопленными на дальневосточной базе наблюдениями.[4][21]

А. В. Ефимов, исследовавший ранние карты северной части Тихого океана, связывал составление карты с обнаружением личного журнала Фёдорова. По приведённым им сведениям, Шпанберг распорядился обработать журнал с участием навигационных специалистов. Такое происхождение документа требует различать собственные наблюдения мореплавателя, организацию обработки чужих наблюдений и выполнение картографического чертежа. Участие Шпанберга в составлении карты не означает, что он лично совершил изображённое на ней плавание или единолично выполнил весь рисунок.[4]

История карты показывает, как отдельный рейс становился частью общего географического знания. Запись наблюдений могла некоторое время оставаться в личных бумагах участника; затем её требовалось найти, сопоставить с другими свидетельствами и перевести в картографическую форму. Подготовка такой карты была результатом работы нескольких людей. Её связь со Шпанбергом расширяет представление о его службе за пределы командования японским отрядом.[4]

Судебные дела и последняя служба

После возвращения с востока Шпанберг подвергся суду за самовольный отъезд из района экспедиции. «Общий морской список» относит смертный приговор к 1745 году и сообщает о его смягчении 31 августа 1747 года: офицер был понижен в лейтенанты на три месяца. Это дело следует отличать от последующего разбирательства о гибели балтийского корабля.[2]

В 1749 году под его командованием корабль «Варахаил» потерпел катастрофу при выходе из Архангельска. Погибли люди, и командир вновь оказался под следствием. Веселаго указывает, что 15 декабря 1752 года Шпанберг был признан невиновным в этой аварии. Такое решение относится к делу о кораблекрушении; переносить его на прежний приговор о самовольном возвращении нельзя. Уже в 1751 году морской список фиксирует чин капитана 1-го ранга.[2]

Шпанберг продолжил балтийскую службу. В 1757 году он командовал кораблём «Святой Иоанн Златоуст первый». Умер 26 сентября 1761 года в Кронштадте. Точный день и место смерти указывает биографический комментарий к научному изданию 2009 года; морской список подтверждает год. Его жизнь после экспедиции включала ещё около двух десятилетий службы и разбирательств, поэтому биографию нельзя завершать возвращением из японского похода.[2][1]

Значение деятельности и изучение источников

Главные результаты работы Шпанберга относятся к организации сухопутной доставки, подготовке дальневосточных судов, исследованию Курильского направления, достижению японских берегов и обработке ранних материалов о северной части Тихого океана. Эти результаты складывались из разных видов работы. Рапорт о трудном переходе, распоряжение кузнецам, судовой журнал и карта отвечают на разные вопросы; их совместное чтение позволяет восстановить связь между снабжением и географическим исследованием.[3][10][17][4]

В исследованиях менялась и трактовка целей Камчатских экспедиций. А. Ю. Петров и А. Н. Ермолаев в статье 2022 года рассматривают инструкцию Петра I Берингу в контексте коммерческих и колониальных интересов России в северной части Тихого океана. Это интерпретация авторов, основанная на сопоставлении документов и обстоятельств эпохи. Применительно к Шпанбергу она помогает поставить его службу в более широкий контекст, но не заменяет отдельного анализа японского задания и фактических результатов каждого похода.[9]

Документальное наследие Шпанберга требует внимания к авторству и происхождению текста. Рапорт объясняет действия командира начальству и может содержать оправдание принятого решения. Инструкция фиксирует намерение, а её исполнение подтверждается другим документом. Журнал, сохранившийся в копиях, нуждается в сопоставлении свидетелей текста. Поздний морской список удобен для служебной последовательности, но не исчерпывает содержание экспедиционной работы. Эти различия особенно существенны при обсуждении поворота 1728 года, картографических ошибок 1738 года и самостоятельных действий Вальтона в 1739 году.[8][14][17][16][2]

Шпанберг принадлежал к поколению офицеров, переносивших опыт российского флота в районы, где ещё требовалось создавать инфраструктуру мореплавания. Его деятельность связана с историей морской подготовки и навигации, с работой судостроителей и с участием местного населения в доставке припасов. Полнота этой истории зависит от сохранения имён и задач других участников: Беринга и Чирикова, Вальтона и Шельтинга, Фёдорова и Гвоздева, штурманов, мастеровых и перевозчиков.

Связанные статьи

Примечания

  1. ↑ 1,0 1,1 1,2 1,3 1,4 1,5 Вторая Камчатская экспедиция. Документы 1734–1736. Морские отряды / сост. Н. Охотина-Линд, П. У. Мёллер; отв. ред. В. Хинтцше. СПб.: Нестор-История, 2009. Т. VI серии «Источники по истории Сибири и Аляски из российских архивов». С. 26, биографический комментарий к документу № 2. Электронное издание.
  2. ↑ 2,0 2,1 2,2 2,3 2,4 2,5 2,6 2,7 2,8 Веселаго Ф. Ф. Общий морской список. Ч. I: От основания флота до кончины Петра Великого. СПб.: Типография В. Демакова, 1885. С. 427–429, статья «Шпанберг, Мартын Петрович». Цифровое факсимиле издания.
  3. ↑ 3,0 3,1 3,2 3,3 3,4 3,5 Рапорт М. П. Шпанберга В. Й. Берингу о перевозке экспедиционных грузов по рекам Алдан, Майя и Юдома, 19 января 1727 г. // Русские экспедиции по изучению северной части Тихого океана в первой половине XVIII в.: Сборник документов. М.: Наука, 1984. Документ № 35.
  4. ↑ 4,0 4,1 4,2 4,3 4,4 Ефимов А. В. О картах, относящихся к великим русским географическим открытиям XVII и первой половины XVIII вв. // Крашенинников С. П. Описание земли Камчатки. М.; Л.: Издательство Главсевморпути, 1949. Электронное воспроизведение исследования. Раздел о карте плавания Фёдорова и Гвоздева, составленной по поручению Шпанберга.
  5. ↑ 5,0 5,1 5,2 Инструкция по осмотру и описанию Авачинской губы, составленная М. П. Шпанбергом для сына Андрея, 20 марта 1739 г. // Русские экспедиции… М.: Наука, 1984. Документ № 113. С. 168. Архивная ссылка: РГАВМФ, ф. 216, оп. 1, д. 98, л. 22 об.–23. Электронная библиотека исторических документов.
  6. ↑ 6,0 6,1 6,2 Донесение М. П. Шпанберга В. Й. Берингу о готовности к плаванию на Камчатку, 28 июня 1727 г. // Русские экспедиции… М.: Наука, 1984. Документ № 40 и научные примечания.
  7. ↑ 7,0 7,1 7,2 Lauridsen P. Vitus Bering: The Discoverer of Bering Strait / revised by the author; translated from the Danish by Julius E. Olson. Chicago: S. C. Griggs, 1889. P. 24–27, 119–126. Электронный текст издания.
  8. ↑ 8,0 8,1 Мнение М. П. Шпанберга о возвращении на Камчатку, 14 августа 1728 г. // Русские экспедиции… М.: Наука, 1984. Документ № 53.
  9. ↑ 9,0 9,1 Петров А. Ю., Ермолаев А. Н. Новый взгляд на инструкцию Петра I Витусу Берингу 1725 г. в контексте борьбы за колонии на севере Тихого океана // Вестник Российского университета дружбы народов. Серия: История России. 2022. Т. 21. № 3. С. 363–375. DOI: 10.22363/2312-8674-2022-21-3-363-375. Текст исследования.
  10. ↑ 10,0 10,1 10,2 Распоряжение М. П. Шпанберга иркутскому дворянину Петру Петрову об отправке шести кузнецов из Верхоленска в Усть-Кут, 8 января 1734 г. // Вторая Камчатская экспедиция. Документы 1734–1736. Морские отряды. 2009. Документ № 2. С. 25–26. РГАВМФ, ф. 216, оп. 1, д. 90, л. 2–2 об., отпуск в журнале исходящих бумаг. Карточка документа и сведения об издании.
  11. ↑ 11,0 11,1 Ведение М. П. Шпанберга в Илимскую канцелярию с предложением изменить порядок поставки подвод, 11 января 1734 г. // Вторая Камчатская экспедиция. Документы 1734–1736. Морские отряды. 2009. Документ № 4. С. 28–29. РГАВМФ, ф. 216, оп. 1, д. 90, л. 4–5, отпуск в журнале исходящих бумаг. Электронная библиотека исторических документов.
  12. ↑ 12,0 12,1 Донесение о подготовке судов отряда М. П. Шпанберга, 16 июня 1738 г. // Русские экспедиции… М.: Наука, 1984. Документ № 108.
  13. ↑ 13,0 13,1 Инструкция М. П. Шпанберга квартирмейстеру Н. Козину о переходе на боте «Гавриил» в Большерецк и зимнем хранении судна, 26 сентября 1735 г. // Вторая Камчатская экспедиция. Документы 1734–1736. Морские отряды. 2009. Документ № 124. С. 332–334. Электронное издание, начало инструкции на с. 332.
  14. ↑ 14,0 14,1 14,2 14,3 Рапорт М. П. Шпанберга В. Й. Берингу о плавании 1738 г., 1 сентября 1738 г. // Русские экспедиции… М.: Наука, 1984. Документ № 110 и научные примечания.
  15. ↑ Рапорт М. П. Шпанберга о возвращении судов и положении отряда, 1 декабря 1738 г. // Русские экспедиции… М.: Наука, 1984. Документ № 112, научные примечания о карте Курильских островов.
  16. ↑ 16,0 16,1 16,2 16,3 Рапорт В. Вальтона В. Й. Берингу о плавании к Японии и списки команд, 25 августа 1739 г. // Русские экспедиции… М.: Наука, 1984. Документ № 117.
  17. ↑ 17,0 17,1 17,2 17,3 Из вахтенного журнала судна «Архангел Михаил», 22 мая - 13 августа 1739 г. // Русские экспедиции… М.: Наука, 1984. Документ № 116 и научные примечания о сохранившихся копиях журнала.
  18. ↑ Рапорт М. П. Шпанберга В. Й. Берингу о возвращении отряда и положении судов, 8 сентября 1739 г. // Русские экспедиции… М.: Наука, 1984. Документ № 118. Подлинник: РГАВМФ, ф. 216, оп. 1, д. 44, л. 150.
  19. ↑ Рапорт В. Й. Беринга об отправке И. Елагина на Камчатку, 10 октября 1739 г. // Русские экспедиции… М.: Наука, 1984. Документ № 119.
  20. ↑ 20,0 20,1 Указ Сената А. И. Чирикову и М. П. Шпанбергу о прекращении деятельности Второй Камчатской экспедиции, 25 сентября 1743 г. // Русские экспедиции… М.: Наука, 1984. Документ № 165.
  21. ↑ Русские экспедиции по изучению северной части Тихого океана в первой половине XVIII в.: Сборник документов. М.: Наука, 1984. Вступительная статья, раздел о плавании И. Фёдорова и М. Гвоздева и карте 1743 г. Воспроизведение вступительной статьи.
Источник — https://wiki.histglav.ru/index.php?title=Мартын_Шпанберг&oldid=15461