Москва в Петровскую эпоху

Москва в Петровскую эпоху

Фрагмент панорамы Москвы. Питер Пикарт, 1707–1708 годы.

Тип

город, традиционная столица, административный, ремесленный и культурный центр

Период

1682–1725 годы

Регион

Русское царство; с 1721 года Российская империя

Координаты

55°45′21″ с. ш., 37°37′04″ в. д.

Идёт загрузка карты…

Открыть в Яндекс Картах

Москва в Петровскую эпоху — крупнейший внутренний город Русского государства, место пребывания царского двора и приказов в начале правления Петра I, центр церковной жизни, торговли, ремесла и военного снабжения. Между 1682 и 1725 годами здесь формировались гвардейские полки, открывались светские школы, печатались указы и первая русская газета, строились Арсенал и новые дворцы. Возвышение Санкт-Петербурга уменьшило число столичных учреждений и продолжительность пребывания двора в Москве, однако не лишило город хозяйственного, церемониального и династического значения.

Петровские преобразования не разделили историю Москвы на неподвижное «старое» и привнесённое извне «новое». Кремль и Китай-город соседствовали с Немецкой слободой, Преображенским и Лефортовом; приказная документация — с инженерными чертежами и печатными листами; традиционные ремесленные и слободские связи — с казёнными заказами. Многие учреждения, позднее связанные с новой столицей, получили первый штат, помещения и учащихся именно в Москве.

Город Кремля и слобод

К концу XVII века Москва состояла из нескольких поясов. В Кремле находились царские палаты, соборы, приказы и государственные хранилища. Китай-город объединял торговые ряды, Гостиный двор, Печатный и Монетный дворы. За стеной Белого города располагались дворы знати, монастыри и ремесленные кварталы; Земляной город охватывал ещё более широкую полосу застройки. За валом и по дорогам тянулись дворцовые сёла, стрелецкие, солдатские, ямские, кузнечные и иноземные слободы.

Фрагмент панорамы Питера Пикарта 1707–1708 годов передаёт Кремль со стороны Замоскворечья. Стены, башни, соборы, палаты приказов и Большой Каменный мост образуют плотное ядро, тогда как низкая застройка переднего плана подчёркивает различие между монументальным центром и деревянным городом. Гравюра современна преобразованиям, но её композиция подчинена репрезентативному виду, а не точной фиксации каждого здания.

Кремленаград — гравированный план XVII века, передающий Кремль начала столетия, — показывает более раннюю основу петровского города. Внутри стен сосредоточены дворцовые, церковные и приказные здания; внешние укрепления отделяют этот центр от посадов. План помогает понять, в какую плотную среду позднее встраивали Арсенал и новые служебные помещения. Он не изображает Москву 1702 года, но сохраняет структуру, которую петровские преобразования унаследовали.

Кремленаград. Гравированный план XVII века, передающий устройство Кремля начала XVII столетия. Из атласа ван Лоона.

Преображенское и военная школа царя

Дворцовое село Преображенское на Яузе стало одним из главных мест юности Петра. В 1680-е годы здесь складывались потешные команды, из которых выросли Преображенский и Семёновский полки. Формирование команд, устройство полка и получение гвардейского статуса относятся к разным стадиям. Придворные занятия постепенно превратились в школу строя, командования и взаимодействия родов оружия. Городская окраина давала пространство для упражнений, недоступное внутри плотной центральной застройки.

Военные занятия меняли пригородное пространство. Земляные укрепления «Пресбурга», плацы, склады оружия и пороха использовались для учений и показательных штурмов. В занятиях участвовали Пётр, Фёдор Ромодановский, Автоном Головин, иностранные офицеры и служилые люди разных чинов. Из придворной игры выросли навыки строевой службы, инженерного дела, артиллерии и снабжения, позднее применённые в регулярной армии.

Преображенское было и административной площадкой. Преображенский приказ ведал гвардейскими частями, дворцовым хозяйством, а затем политическим сыском. Его близость к царской резиденции придавала пригородному селу значение, сопоставимое с отдельными кремлёвскими ведомствами. Военная и следственная функции соединились особенно резко во время стрелецкого дела 1698 года.

План Преображенского и окрестностей, восходящий к съёмке Ивана Мичурина 1739 года, сохранился в позднейшем воспроизведении из труда П. О. Бобровского. Изображены дороги, поселения и изгибы Яузы. Лист помогает определить взаимное положение военных и дворцовых территорий, но фиксирует уже послепетровское время. Он не даёт права переносить каждую постройку в Москву 1680-х годов. Для истории гвардии важна именно устойчивая связь полковых поселений с восточной пригородной зоной.

План Преображенского и окрестностей по плану Москвы Ивана Мичурина 1739 года; позднейшее воспроизведение из труда П. О. Бобровского.

Немецкая слобода и Лефортово

Немецкая слобода на Яузе была поселением не только немцев, но и выходцев из разных европейских стран. Здесь жили офицеры, врачи, аптекари, инженеры, торговцы и мастера. Пётр общался с Патриком Гордоном, Францем Лефортом, Францем Тиммерманом и другими специалистами, наблюдал устройство домов, инструменты, пиры и формы военной службы. Контакты не отменяли правовой обособленности слободы, но делали её важным каналом найма и перевода технических знаний.

Франц Лефорт служил посредником между царём и иноземной средой, участвовал в Азовских походах и Великом посольстве. Для него на правом берегу Яузы в 1696–1699 годах построили большой дворец с залом для приёмов. Лефорт умер в марте 1699 года вскоре после новоселья. Дворец перешёл в ведение Посольского приказа и использовался как царская резиденция, место аудиенций, празднеств и размещения иностранных посланников.

Рядом формировалась Лефортовская солдатская слобода. Дворы офицеров, казарменные и хозяйственные постройки связывали Немецкую слободу с полками нового строя. На другом участке Яузы Фёдор Головин создал усадьбу и регулярный сад; в 1723 году её приобрели для царской резиденции. Лефортово стало не «европейским кварталом» в готовом виде, а зоной, где двор, армия, дипломатия и частные хозяйства преобразовывали старую пригородную среду.

На картине Екатерины Юнге «Осенний день в саду Лефортовского дворца в Москве» 1892 года изображён позднейший дворцовый ландшафт. Здание и сад к этому времени пережили многочисленные изменения. Садовая территория сохраняет память о развитии придворных резиденций на Яузе, однако картина не является изображением дворца Франца Лефорта 1699 года. История района продолжалась при следующих правителях; названия Лефортово и Лефортовский дворец могут относиться к разным, хотя и связанным, памятникам.

Екатерина Юнге. Осенний день в саду Лефортовского дворца в Москве, 1892 год. Третьяковская галерея.

Стрелецкий кризис 1698 года

Стрелецкие полки были частью московского гарнизона и городского населения: служилые дворы соединяли военную обязанность с ремеслом, торговлей и семейным хозяйством. После Азовских походов несколько полков оставили на западной границе. Недовольство долгой службой, задержками жалованья и отрывом от семей стало одной из причин выступления 1698 года. Около четырёх тысяч стрельцов двинулись к Москве, но были разбиты правительственными войсками у Воскресенского Новоиерусалимского монастыря.

Пётр вернулся из Великого посольства в августе 1698 года и приказал возобновить следствие. Допросы и пытки проходили в Преображенском; казни — у городских ворот, на Красной площади и в других публичных местах. Число наказанных различается в источниках в зависимости от того, учитываются ли отдельные этапы следствия, казни, ссылки и отправка семей. Для городской истории существенны демонстративный характер расправы и ликвидация значительной части прежней стрелецкой организации.

Опустевшие или перераспределённые дворы меняли слободскую карту. Оставшиеся полки выводили из Москвы, переводили в солдатский строй или расформировывали. Гарнизон всё больше опирался на части нового типа и гвардию. Стрелецкое дело одновременно укрепило Преображенский приказ как орган политического сыска и закрепило восточную пригородную зону в системе царской власти.

Василий Суриков в картине «Утро стрелецкой казни» 1881 года изобразил ожидание расправы на Красной площади. Художник создал историческую композицию спустя почти два века после событий 1698 года; лица, взаимное расположение групп и психологическое напряжение принадлежат его замыслу. Картина оказала большое влияние на зрительную память о раннем царствовании Петра. Документы о следствии и казнях нужны для установления конкретных эпизодов, тогда как полотно раскрывает их художественное осмысление в XIX веке.

Василий Суриков. Утро стрелецкой казни, 1881 год. Художественное осмысление событий 1698 года. Третьяковская галерея.

Кремлёвский пожар и строительство Арсенала

Большой пожар 1701 года повредил Кремль и Китай-город. После него началось устройство Арсенала — крупного оружейного хранилища в северной части Кремля. Строительство развернулось в 1702 году и продолжалось с длительными перерывами. Военная энциклопедия описывает запустение кремлёвских укреплений после пожаров 1696 и 1701 годов; рядом с монументальным проектом оставались участки, требовавшие ремонта. Новая военная программа не устраняла трудностей содержания старого крепостного комплекса.

Арсенал предназначался для хранения оружия и военных трофеев. В нём соединялись хозяйственная потребность армии и задача сохранения знаков побед. Работы, начатые при Петре, завершились уже после его смерти. Проект Государственного исторического музея «Пётр I и Москва» рассматривает здание как один из наиболее заметных петровских следов в старой столице. Его долгая строительная история показывает разницу между распоряжением государя и материальным завершением большого сооружения.

Пожар и Арсенал изменили северо-западную часть Кремля, но не превратили его в регулярный административный квартал. Приказы, дворцовые службы, монастырские владения и соборы продолжали занимать исторически сложившиеся участки. Новое здание встраивалось в крепостной периметр и одновременно вытесняло прежние дворы. Масштаб проекта выражал военные приоритеты государства, тогда как длительная стройка обнаруживала ограниченность средств и рабочих рук.

Московские укрепления перед угрозой шведского наступления

7 (18) мая 1707 года Пётр распорядился укрепить Кремль и Китай-город, ожидая возможного продвижения армии Карла XII к Москве. Согласно Военной энциклопедии, работы проводил артиллерийский майор Шнерейтер по утверждённому царём плану. Перед средневековыми стенами создавали земляные бастионы, приспособленные к артиллерийскому бою. Каменный Кремль сохранял значение центра, но его старый обвод дополняли укрепления нового типа. Город готовили к войне, которая в действительности пошла по иному направлению.

Работы начались 10 (21) июня 1707 года. Царевич Алексей Петрович, проверявший их ход, распределил ответственность за отдельные бастионы между знатными лицами. В перечне появились укрепления Голицына, Прозоровского, Долгорукова, Головина, Стрешнева, Ромодановского и других. Названия отражали порядок организации строительства, а не происхождение каждого инженерного решения. 27 октября (7 ноября) царевич сообщал Петру о ходе работ. Фортификационная стройка связывала центральную власть, придворных и труд мобилизованных людей.

5 (16) января 1708 года Пётр потребовал замкнуть московскую крепостную линию хотя бы временными бруствером и палисадом. Бруствер представлял собой защитную земляную насыпь, палисад — частокол. Военная энциклопедия приводит состав московского вооружения: 653 медных и 311 чугунных пушек, 75 мортир и 52 орудия разных образцов. Это перечень вооружения Москвы, а не доказательство одновременного размещения всего количества на новых бастионах. Войска Карла XII к Москве не подошли, и этим укреплениям не пришлось выдерживать шведскую осаду.

Позднее земляные укрепления ветшали, а участки перед Кремлём возвращались к гражданскому использованию. В начале XIX века бастионы срывали и меняли устройство рва вдоль Красной площади. Поэтому петровская военная топография менее заметна сегодня, чем кирпичные стены и башни. Её восстанавливают по планам, описаниям и документам о работах. Столица, обычно представленная памятниками разных правлений, включала также временные оборонительные сооружения, исчезнувшие после изменения угрозы.

Школа математических и навигацких наук

14 (25) января 1701 года Пётр издал указ об учреждении Школы математических и навигацких наук. Её подчинили Оружейной палате. В документе названы приглашённые преподаватели — Генри Фарварсон, Стефан Гвин и Ричард Грейс; обучение связывалось с математикой и морскими искусствами. Указ предусматривал набор желающих и принуждение к учению. Это было государственное служебное заведение: от учеников ожидали последующего применения знаний в военном и гражданском деле.

Сухарева башня стала постоянным местом занятий. Леонтий Магницкий преподавал здесь арифметику и другие математические дисциплины до конца жизни. Его «Арифметика» 1703 года была значительно шире современного начального учебника счёта: в неё входили элементы алгебры, практическая геометрия, тригонометрические вычисления, начала астрономии, геодезии и навигации. Виктор Бобынин в истории Магницкого отмечал соединение старой русской рукописной математической традиции с материалом иностранных книг.

В 1715 году в Петербурге была учреждена Академия морской гвардии, первым директором которой стал барон Сент-Илер. Московская школа продолжила работу; Магницкий остался в ней, тогда как Фарварсон и Гвин перешли в Петербург. Разделение сохраняло последовательность подготовки и связывало обе столицы. Морское образование включало теоретические занятия и последующую службу; открытие нового учреждения не делало московский этап ненужным.

Картина Алексея Саврасова 1872 года хранит образ Сухаревой башни, перестроенной и использовавшейся в последующие столетия. Архитектурный объём здания позволяет понять, почему школа получила заметную городскую доминанту, однако окружающая зимняя Сухаревка относится к XIX веку. Пейзаж не воспроизводит учебную среду 1701 года.

Сухарева башня. Алексей Саврасов, 1872 год; башня позднее была снесена в 1934 году.

История финансирования показывает масштаб образовательного разделения. С 1713 года на московскую школу назначалось 22456 рублей ежегодно; после открытия петербургской Академии в Москве оставили 5600 рублей, а остальную сумму перевели новому учреждению. Это бюджетные суммы начала XVIII века, которые нельзя непосредственно сравнивать с современными расходами. Они фиксируют изменение приоритетов внутри одной системы подготовки, сохранившей оба центра.

С работой Магницкого и Фарварсона связано издание математических и астрономических таблиц. В 1722 году вышли переведённые с голландского таблицы для определения отклонения компаса по наблюдениям Солнца; в издании участвовал Василий Киприянов. Подобная книга связывала московское книгопечатание с практикой мореплавания на далёких маршрутах. Наука входила в государственную службу через воспроизводимый инструмент вычисления, которым можно было пользоваться далеко от учебного класса.

Печатный двор, книга и публичная информация

Московский Печатный двор в Китай-городе оставался главным центром государственного книгопечатания. Гражданская реформа шрифта и расширение светского репертуара меняли вид и назначение изданий. Печатались буквари, учебники, переводы, календари, военные и административные тексты. Издательская работа требовала переводчиков, справщиков, гравёров, наборщиков и мастеров, связанных с приказами и школами.

В январе 1703 года в Москве вышел первый номер печатных «Ведомостей». Газета сообщала о военных действиях, дипломатии, промышленности и государственных распоряжениях. Тираж и периодичность менялись, часть выпусков печаталась позднее в Петербурге. Московское начало издания показывает, что новая публичная коммуникация выросла из старой приказно-печатной инфраструктуры.

Книжное производство обслуживало практические реформы. «Арифметика» Магницкого, таблицы, карты и гравированные схемы делали техническое знание воспроизводимым. При этом рукописная документация продолжала преобладать в учреждениях, а доступ к печатной книге оставался социально ограниченным. Новая типографская форма сосуществовала с приказным столбцом, тетрадью расхода и церковной книгой.

В 1702–1703 годах на Красной площади действовала деревянная «комедийная храмина» — публичный театр под руководством Иоганна Кунста, затем Отто Фюрста. Представления переводились на русский язык и были рассчитаны на платную публику. Опыт оказался недолгим, но сам выбор места рядом с торговыми рядами включал зрелище в центральное городское пространство, прежде занятое прежде всего церемониями, объявлениями и казнями.

Монетный двор, мастерские и военный заказ

Денежная реформа опиралась на московские производственные дворы. В палатах Старого Монетного двора у Воскресенских ворот находились плавильные, кузнечные, плащильные, пробирные и кладовые помещения. Здесь перерабатывали серебро, золото, а позднее медь. Производство требовало точного учёта металла, штемпелей, топлива и труда специалистов; денежный двор был одновременно фабрикой и режимным казённым учреждением.

Военный спрос связывал Москву с Тулой, Олонцом, Уралом и Воронежем. В город поступали оружие, сукно, кожа, порох, металлы и корабельные припасы; приказы распределяли партии между армией, складами и транспортными командами. Московские купцы заключали подряды, давали кредит, собирали товары в регионах и несли риск задержек оплаты. Через этот механизм столица участвовала и в сухопутном снабжении, и в кораблестроительной программе.

Меншикова башня — церковь Архангела Гавриила на Мясницкой улице — была построена в 1704–1707 годах по заказу Александра Меншикова под руководством Ивана Зарудного. Высокий ярусный объём, шпиль, часы и скульптурный декор обозначали новые вкусы заказчика внутри старого приходского города. После удара молнии и пожара 1723 года верхняя часть погибла. Судьба здания соединяет московское барокко, придворное представительство и постоянный риск огня.

Посадские люди, повинности и повседневность

Главную массу городского хозяйства составляли дворы посадских людей, ремесленников, торговцев, служителей и зависимых работников. Они содержали семьи, лавки, мастерские, амбары и огороды, участвовали в приходской и соседской взаимопомощи. Богатые гости и крупные подрядчики имели доступ к государственным заказам; мелкие торговцы и мастера сильнее зависели от местного спроса, сезонности и налоговой раскладки.

Война увеличила нагрузку. Город давал рекрутов, подводы, постой, деньги и материалы. Домовладельцы размещали солдат и чиновников, общины отвечали за недоимки своих членов, купцы авансировали поставки. Подушная подать, введённая после переписи 1718–1724 годов, изменила единицу обложения, но не отменила многочисленных служебных и натуральных обязанностей.

Изменения одежды, бритья бород и календаря особенно заметно проявлялись в столичной среде, где указы оглашались и контролировались. Исполнение различалось по сословиям и месту. Новый костюм быстрее распространялся при дворе, в армии и среди чиновников, тогда как посадская и церковная повседневность менялась неравномерно. Визуальная европеизация не совпадала полностью с административной или хозяйственной перестройкой.

Управление городом и губернская реформа

Создание Московской губернии в 1708 году поместило город во главе огромной территории. Губернские власти собирали людей и средства для армии, контролировали провинциальные учреждения и переписывались с центральными приказами. Граница между городским хозяйством и управлением губернией оставалась подвижной: московские канцелярии использовали местные склады, дворы и транспорт, а жители исполняли назначения, исходившие от нескольких уровней власти.

Учреждение Сената в 1711 году произошло в Москве перед отъездом Петра в Прутский поход. Сенаторам поручили управление государством на время отсутствия царя. Позднее Сенат и коллегии переместились в Петербург, но московские конторы продолжали приём дел, сбор доходов и связь с центральными районами. Перенос учреждения редко означал одновременный переезд всех служащих, архивов и подведомственных операций.

Ратуша, созданная в конце 1690-х годов, ведала посадским населением и сборами. Реформа городских магистратов 1720-х годов вводила выборных бурмистров и ратманов под надзором Главного магистрата. В Москве новая структура наслаивалась на общинный учёт, губернскую администрацию и ведомственные юрисдикции. Купеческое представительство сочеталось с ответственностью за налоги и казённые поручения.

Полиции петербургского типа Москва при Петре не получила в завершённом виде. Охрану порядка, пожарные меры, очистку улиц и наблюдение за приезжими распределяли между военными караулами, приказами, земскими органами и домовладельцами. Неполная унификация была характерной чертой города: реформы создавали новые учреждения, но старые функции ещё долго выполнялись параллельно.

Место Москвы в указах о губерниях и городах

Указ 18 (29) декабря 1708 года об учреждении губерний перечислял восемь крупных административных областей. К Московской губернии были приписаны 39 городов: среди них Коломна, Серпухов, Можайск, Кашира, Боровск и другие центры. Список показывал не границы современной области, а географию управления и мобилизации ресурсов начала XVIII века. Москва сохраняла огромное административное окружение даже в период, когда двор всё чаще находился у Невы.

Регламент Главного магистрата 16 (27) января 1721 года относил Москву и Петербург к первой группе больших городов. Для таких центров предусматривались президент, четыре бургомистра и ратманы; состав зависел от местных условий. Реформу требовалось сначала устроить в Петербурге, затем распространять на Москву и другие города. Этот порядок выражал новый центр руководства, но сама принадлежность Москвы к высшей группе подтверждала сохранение её хозяйственного значения.

Выборных представителей купечества надлежало направить в Главный магистрат для ознакомления с инструкциями. Регламент требовал описаний городских промыслов, привоза и отпуска товаров, сведений о ремесленниках, судовщиках и выбывших жителях. Он также предписывал возвращать в посадское тягло людей, ушедших из него с целью избежать повинностей, кроме действительно находившихся на государственной службе. Хозяйственная опека сочеталась с фискальным контролем: торговое развитие не предполагало освобождения от обязанностей перед казной.

Табель о рангах 24 января (4 февраля) 1722 года создала общую четырнадцатиклассную шкалу военных, морских, гражданских и придворных чинов. Москва, где действовали конторы, военные учреждения и школы, участвовала в этой служебной системе независимо от местонахождения двора. Старые родовые и сословные связи не исчезли, но получили нового конкурента — место в формально установленной иерархии государственной службы. Для столицы приказов и боярских дворов это было существенным изменением порядка публичного старшинства.

Москва побед и династических церемоний

После военных успехов город принимал торжественные въезды, молебны, фейерверки и аллегорические декорации. Победа под Полтавой летом 1709 года была отмечена в Москве триумфальным шествием в декабре. Временные ворота, эмблемы и надписи переводили военные события на язык публичного праздника. По маршруту двигались гвардия, пленные, трофеи и участники кампании; церемония связывала Красную площадь, улицы и придворные пространства.

Церковный календарь и соборы Кремля сохраняли особую роль. Здесь совершались важнейшие молебны, поминовения и династические обряды. После учреждения Синода в 1721 году церковное управление менялось, но Москва оставалась резиденцией крупных иерархов, центром монастырских сетей и местом хранения святынь. Реформа церковной администрации не устранила сакральной географии старой столицы.

Рождение царевича Петра Петровича в Петербурге в 1715 году и смерть царевича Алексея там же в 1718-м подчёркивали новую придворную географию. Однако царская семья продолжала владеть московскими и подмосковными резиденциями, а поездки в город сопровождались приёмами и богослужениями. Москва оставалась династическим архивом в камне и вещах даже тогда, когда повседневная жизнь двора проходила у Невы.

Кремлёвская Оружейная палата сохраняла оружие, доспехи, регалии и предметы придворного обихода. Передвижение двора не означало одновременного вывоза всего собрания. Москва продолжала выполнять роль места хранения и церемониального использования государственной старины. Это различие между постоянной резиденцией правителя и историческим хранилищем объясняет долговременное значение Кремля после переноса двора к Неве.

Панорама Корнелиса де Брюина, основанная на рисунках 1702–1703 годов и опубликованная в 1711 году, представляет Москву до окончательного перемещения двора к Неве. Река, кремлёвские стены и множество церковных вертикалей образуют облик большого сложившегося города. Панорамная форма подчёркивает протяжённость и монументальность столицы, хотя не заменяет точного плана земельных владений. Сопоставление с Пикартом позволяет увидеть, как иностранные мастера представляли одну и ту же городскую среду с разных точек.

Панорама Москвы Корнелиса де Брюина. Рисунок 1702–1703 годов, опубликован в 1711 году.

Утрата столичного первенства

Перемещение столичных функций к Неве не было оформлено одним общим указом. После 1709 года Пётр проводил всё больше времени в Петербурге; туда следовали двор, дипломаты, Сенат, коллегии и специализированные канцелярии. В 1712 году новая резиденция уже воспринималась как место постоянного пребывания двора, однако учреждения переезжали поэтапно, а часть московских контор сохранялась.

Для Москвы последствия были неодинаковыми. Сократился спрос, связанный с постоянным двором; чиновники и мастера получали приказ строить дома в Петербурге; ограничение каменного строительства 1714 года оттягивало каменщиков к новой столице. Одновременно московские склады, рынки, денежное производство и дороги продолжали обслуживать государство. Казённые грузы для Петербурга нередко проходили через Москву или собирались её учреждениями.

На реконструкции Петербурга 1705 года, опубликованной Николаем Цыловым в 1853 году, видны разобщённые очаги застройки у крепости и Невы. Этот поздний исторический план показывает, насколько отличалось исходное состояние новой резиденции от плотной Москвы. Перемещать двор и учреждения предстояло в город, который ещё требовал строительства жилья, дорог, складов и служебных помещений. Поэтому столичный перенос был длительным процессом, а не однодневной заменой одного готового комплекса другим.

План Петербурга 1705 года. Историческая реконструкция из альбома Н. И. Цылова, 1853 год.

На гравюре Алексея Зубова 1716 года петербургское Адмиралтейство изображено как укреплённая верфь у Невы. Военные корабли, стапели и служебные постройки обозначают функции, которых Москва на своей реке не могла выполнять в том же масштабе. Московские школы, мастера, денежные дворы и поставщики участвовали в создании этой системы. Связь между внутренним центром и морской верфью проходила через людей, материалы и учреждения; её подробнее раскрывают статьи о кораблестроении и Балтийском флоте.

Адмиралтейство и верфь. Гравюра Алексея Зубова, 1716 год.

Москва к 1725 году

К концу царствования город имел иной административный вес, чем в 1682 году, но оставался незаменимым узлом империи. Кремль продолжал хранить регалии, архивы и оружие; Китай-город — концентрировать торговлю и печать; Преображенское и Лефортово — напоминать о происхождении гвардии, дипломатических контактов и военных новшеств. Сухарева башня, Монетный двор, Арсенал и Меншикова башня закрепляли преобразования в городской ткани.

Связанные статьи

• Санкт-Петербург
• Москва
• Санкт-Петербург в Петровскую эпоху
• Балтийский флот в Петровскую эпоху
• Кораблестроение России при Петре I
• Морское образование в России XVIII века
• Морской устав 1720 года

Материалы проекта

Рождение Балтийского флота. Как Россия вышла к морю — выпуск проекта «История.Главное» о войне за выход к Балтике и создании флота.