Русская армия при Петре I

Русская армия при Петре I

Луи Каравак. «Полтавская баталия», 1718. Художественное изображение сражения 1709 года.

Сухопутные вооружённые силы Русского царства и Российской империи в период военных преобразований Петра I.

Тип

сухопутные вооружённые силы

Даты

конец XVII — первая четверть XVIII века

Русская армия при Петре I — совокупность полевых, гарнизонных, артиллерийских, инженерных и иррегулярных войск Русского царства, а с 1721 года Российской империи, преобразованная в ходе войн и государственных реформ конца XVII — первой четверти XVIII века. Её становление не было единовременным «созданием с нуля»: новая организация опиралась на полки солдатского, драгунского и рейтарского строя XVII века, гвардейские части, служилые корпорации и накопленный опыт предыдущих войн.

Северная война стала главным испытанием и одновременно механизмом преобразования армии. Организация полков, система комплектования, вооружение, снабжение и приёмы боя менялись непосредственно во время длительного конфликта. Поэтому выражение «петровская армия» обозначает не один неизменный образец, а развивавшуюся военную систему.

Периодизация преобразований

Петровская армия не появилась одномоментно. Для её развития условно можно выделить несколько этапов.

Период	Содержание
1698–1700	Подготовка новых организационных форм, наборы и формирование полков перед Северной войной
1700–1704	Нарвский кризис, быстрое восстановление артиллерии, первые успешные осады и накопление боевого опыта
1705–1709	Систематизация рекрутских наборов, рост полевой армии, кампания Лесной и Полтавы
1710–1721	Осадная и гарнизонная война в Прибалтике, действия в Финляндии и на других театрах, дальнейшая институционализация
1721–1725	Переход от военной мобилизационной системы к постоянному содержанию армии Российской империи

Такое деление важно потому, что армия 1700 года и армия конца Северной войны заметно различались по опыту, управлению и устойчивости снабжения.

Предпосылки преобразований

К концу XVII века русские вооружённые силы сочетали несколько форм организации. Наряду с дворянской конницей и стрелецкими частями существовали полки «нового строя», обучавшиеся по западноевропейским образцам. Они создавались ещё при Михаиле Фёдоровиче и Алексее Михайловиче и получили значительный боевой опыт в войнах второй половины XVII века. Пётр I унаследовал не пустое место, а неоднородную систему, которую предстояло расширить, унифицировать и приспособить к большой европейской войне.

Важным программным документом стал составленный Адамом Адамовичем Вейде устав 1698 года. Он описывал организацию, обучение и действия войск и показывает, что подготовка новых форм началась до Северной войны.

Нарва как кризис и точка перестройки

Поражение под Нарвой в ноябре 1700 года стало самым тяжёлым испытанием ранней петровской армии. Потеря значительной части артиллерии, нарушения управления и недостаточная выучка отдельных новых частей показали, что формального создания полков было недостаточно.

Медаль в память взятия Нарвы в 1704 году. Повторное овладение крепостью стало символом изменений русской армии после поражения 1700 года.

После Нарвы новые полки не распустили, а продолжили комплектовать и обучать. Артиллерийский парк восстанавливался, совершенствовалась осадная практика, офицеры и унтер-офицеры приобретали боевой опыт.

Победы 1701–1704 годов — Эрестфер, Гуммельсгоф, Нотебург, Ниеншанц, Дерпт и Нарва — были не «подготовкой к Полтаве» в узком смысле, а самостоятельными этапами формирования работающей военной системы.

Формирование полевой армии

В 1699–1700 годах были проведены крупные наборы и сформированы новые солдатские и драгунские полки. Их структура ещё не была окончательной: число рот и батальонов, состав команд и фактическая численность различались, а полки часто назывались по фамилии командира. Территориальные наименования, известные по более поздней истории императорской армии, закреплялись постепенно.

Поражение под Нарвой в 1700 году не уничтожило русскую армию, но выявило недостатки управления, подготовки, снабжения и взаимодействия родов войск. В последующие кампании полки пополнялись, переформировывались и приобретали боевой опыт в полевых сражениях, осадах, гарнизонной службе и действиях на коммуникациях. Победы при Эрестфере и Гуммельсгофе, взятие Нотебурга, Ниеншанца, Дерпта и Нарвы предшествовали Полтавскому сражению и были самостоятельными этапами роста армии.

Комплектование и служба

Первоначально новые части пополнялись различными способами, включая набор добровольцев и даточных людей. С 1705 года рекрутские наборы стали систематическим государственным механизмом комплектования. Рекрут поступал на длительную, фактически бессрочную службу; государство распределяло людей между полками и стремилось вести более точный учёт личного состава.

Офицерский корпус также был неоднороден. В нём служили русские дворяне, выходцы из служилой среды и приглашённые иностранцы. На раннем этапе иностранные специалисты играли заметную роль в командовании и обучении, однако в течение войны росло число русских офицеров с практическим опытом. Гвардейские Преображенский и Семёновский полки выполняли одновременно боевые, учебные, кадровые и политические функции.

Структура полевой армии

Полевую армию нельзя представлять как однородную массу «петровских солдат». Она состояла из частей с разными задачами, способом комплектования и уровнем боевого применения.

Пехота

Регулярная пехота была основой линии боя. Полки состояли из батальонов и рот; структура и фактическая численность менялись в зависимости от потерь и пополнений.

Главной задачей пехоты было сочетание огневого боя и устойчивости строя. Мушкетный залп создавал огневое воздействие, но исход столкновения мог решаться штыковой или багинетной атакой и способностью подразделения сохранять порядок.

Драгуны и конница

Драгуны стали главным типом регулярной конницы. Они могли действовать верхом и спешиваться, что соответствовало огромным пространствам Восточной Европы и необходимости быстро перемещать силы между участками фронта.

Помимо регулярной кавалерии действовали казаки, калмыки и другие иррегулярные конные формирования. Они особенно важны были для разведки, охранения, преследования, рейдов и действий на коммуникациях.

Гвардия

Преображенский и Семёновский полки имели особое положение. Они были боевыми частями, но одновременно кадровым резервом, школой командования и политической опорой монарха.

Гвардейский опыт не следует автоматически переносить на всю армию: уровень комплектования, внимания командования и материального обеспечения мог заметно отличаться.

Артиллерия и инженеры

Артиллерия включала полковые, полевые и осадные орудия. Для тяжёлых батарей критически важны были транспорт, запас пороха и ядер, исправность лафетов и наличие подготовленных расчётов.

Инженерные специалисты обеспечивали осады, строительство батарей, полевых укреплений, мостов и переправ. Северная война с её многочисленными крепостями делала инженерную службу особенно важной.

Гарнизонные части

Гарнизонные полки удерживали крепости, базы и важные внутренние пункты. Они не были просто «второсортной пехотой»: устойчивость завоёванных территорий зависела от того, могла ли полевая армия оставить за собой надёжные гарнизоны и продолжить наступление.

Основные составные части

Основой полевой армии была регулярная пехота. В бою она действовала батальонами, сочетая залповый огонь, движение в линейных построениях и рукопашную схватку. Главным видом регулярной конницы стали драгуны — всадники, способные действовать как в конном, так и в пешем строю. Их массовое развитие соответствовало условиям Восточной Европы, где армии требовалась подвижность на больших пространствах.

Артиллерия включала полковые, полевые и осадные орудия. Реформы затрагивали не только калибры и материальную часть, но и управление, снабжение боеприпасами, подготовку артиллеристов. Инженерные специалисты, минёры и сапёры особенно важны были при осадах крепостей, составлявших значительную часть Северной войны.

Помимо полевой армии существовали гарнизонные части, обеспечивавшие оборону крепостей и внутреннюю службу. В операциях участвовали казаки, калмыки и другие иррегулярные формирования. Их нельзя механически включать в регулярную полковую структуру, однако без них невозможно описать разведку, охранение, рейды, преследование и действия на широком театре войны.

Офицерский корпус и командование

Офицерский корпус формировался из нескольких источников. В нём служили представители русского дворянства и служилых семей, выходцы из гвардии и приглашённые иностранные специалисты.

В первые годы войны роль иностранцев в обучении и командовании была заметной, но по мере накопления опыта увеличивалось число русских офицеров, прошедших кампании и осады.

Командование армией ещё не было полностью бюрократизированной системой поздней имперской эпохи. Формальные должности сочетались с личными поручениями Петра I, временными командировками, походными канцеляриями и изменявшимся распределением полномочий между генералами.

Особое значение имела подготовка среднего командного звена. Боеспособность батальона или эскадрона зависела не только от генерала, но и от капитанов, поручиков, унтер-офицеров и способности подразделения выполнять команды в бою.

Управление, уставы и обучение

В течение первой четверти XVIII века управление армией становилось более специализированным. Возникали учреждения, отвечавшие за комплектование, снабжение, артиллерию и контроль расходов; при этом практика ещё долго зависела от личных поручений государя, полномочий командующих и походных канцелярий.

Кульминацией нормативного оформления стал Воинский устав 1716 года. Он определял обязанности чинов, устройство службы, правила лагеря, караулов, маршей и боя, а включённый в него Артикул воинский регулировал военную юстицию. Устав не следует воспринимать как точное описание всей практики с 1700 года: он обобщал накопленный опыт и закреплял нормы, которые вводились в разное время.

Обучение включало обращение с оружием, строевые перестроения, несение караула и согласованные действия подразделений. Реальная выучка зависела от времени формирования части, наличия опытных офицеров и унтер-офицеров, потерь и возможностей проводить учения между походами.

Боевая эволюция: от Нарвы к Лесной и Полтаве

Изменение армии лучше всего видно не по указам, а по последовательности кампаний.

В начале войны русские части имели неравномерную подготовку и слабый опыт взаимодействия. К 1708 году армия уже могла вести манёвренную кампанию против главных сил противника и самостоятельно атаковать крупный корпус Левенгаупта.

Битва при Лесной 1708 года. К этому моменту русская полевая армия существенно отличалась от армии Нарвской кампании 1700 года.

Битва при Лесной показала рост устойчивости пехоты и взаимодействия родов войск. Потеря шведского обоза имела важное логистическое значение для последующего похода Карла XII.

Полтавское сражение 1709 года стало результатом уже зрелой системы: подготовленного лагеря и редутов, многочисленной артиллерии, более устойчивой пехоты и централизованного командования.

Но Полтава не была концом развития. В 1710-х годах армия продолжала приобретать опыт осад, гарнизонной службы, операций в Финляндии и взаимодействия с флотом.

Военные сигналы и музыкальная служба

Повседневное управление полком зависело не только от устных команд. Барабаны, флейты, трубы и литавры использовались в строевой, походной, караульной и церемониальной практике. Для начала XVIII века особенно важно не переносить назад более поздние сигнальные таблицы и нотные записи: конкретные команды и музыкальные формулы должны датироваться по источникам своего времени.

Воинский устав 1716 года фиксирует уже сложившуюся систему полковой службы и позволяет рассматривать звуковые команды как часть общего механизма управления войсками. Более позднее развитие строевой сигнальной практики рассматривается в статье Военная музыка и сигналы русской армии XVIII–XIX веков.

Снабжение, полковой обоз и повседневность

Регулярная организация требовала постоянного снабжения продовольствием, фуражом, сукном, обувью, оружием, порохом, свинцом и лошадьми. Государство создавало магазины, заключало подряды и распределяло поставки через центральные и полковые учреждения. На практике нормы выполнялись неравномерно: полки могли использовать вещи разных образцов, донашивать старое имущество и восполнять потери за счёт местных закупок и трофеев.

К концу петровского царствования денежная сторона снабжения всё заметнее оформлялась нормативно. В указе 1724 года отдельно оговаривались средства на госпиталь, покупку лошадей, мундир и полковые припасы, а также порядок закупок и подрядов с участием полковника и офицеров.

Для походной армии к полковым запасам добавлялся обоз: транспортные средства, упряжь, возчики и порядок движения имущества вслед за боевыми частями. При размещении войск на территории страны снабжение связывалось и с обязанностями местных жителей по квартирному обеспечению. Указ 26 июня 1724 года одновременно регулировал подушный сбор, земские повинности в пользу квартирующих войск и поведение полкового начальства в занятых селениях. Поэтому снабжение было не только финансовой и административной задачей, но и частью отношений армии с населением. Подробнее см. Снабжение русской армии при Петре I, Полевой обоз русской армии при Петре I и Квартирование русской армии при Петре I.

Особую нагрузку создавала артиллерия. Её боеспособность зависела от орудий, лафетов, передков, зарядных ящиков, пороха, ядер, инструментов и тягловых лошадей; артиллерийская организация была одновременно вопросом вооружения и логистики. Подробнее см. Артиллерия русской армии при Петре I и Полковая артиллерия русской армии 1700–1709 годов.

Снабжение напрямую влияло и на внешний вид войск. Нормативный «образцовый солдат» не означает одинаковую экипировку всех полков в каждой кампании: реальные документы фиксируют переходные комплекты вооружения и обмундирования, задержки поставок и донашивание прежних вещей.

Мирное содержание армии опиралось также на квартирную систему. Указ 26 июня 1724 года связывал сбор подушных денег, повинности земских обывателей в пользу квартирующих войск и обязанность полкового начальства поддерживать порядок в занятых селениях. Квартирование поэтому было частью не только быта, но и военной логистики и финансов. Подробнее см. Квартирование русской армии при Петре I.

Отдельное место в логистике занимала квартирмейстерская служба. Воинский устав 1716 года возлагал на генерал-квартирмейстера выбор путей движения, лагерей и квартир, разведку местности, подготовку походных росписей, согласование движения кавалерии, пехоты, артиллерии и обозов, а также размещение артиллерии и штабов. В России сама должность генерал-квартирмейстера была введена Петром I в 1701 году; первым её занимал князь А. Ф. Шаховской. Подробнее см. Квартирмейстерская служба русской армии при Петре I и Генерал-квартирмейстер русской армии при Петре I.

Полковое хозяйство включало и покупки у внешних поставщиков. Указ 1724 года о госпитальных деньгах, лошадях, мундире и припасах прямо упоминал «покупки» и «подряды», то есть использование договорных поставок наряду с казённой выдачей и местными повинностями. Этот механизм вынесен в статью Полковые закупки и подряды русской армии при Петре I.

Численность, штат и реальное состояние частей

При работе с численностью петровской армии важно различать штат, списочный состав и людей, реально находившихся в строю.

Полк мог формально иметь установленную численность, но фактически недосчитываться людей из-за болезней, потерь, командировок и отставших. Аналогично наличие орудия в ведомости не означало его полной боеготовности без исправного лафета, боеприпасов и тягловых лошадей.

Поэтому суммарные цифры армии в разных исследованиях могут заметно различаться в зависимости от того, что именно подсчитывается: полевая армия, гарнизоны, иррегулярные силы или все вооружённые формирования государства.

Ограничения петровской военной системы

Создание постоянной армии потребовало огромных ресурсов. Рекрутские наборы изымали людей из хозяйства, налоги и натуральные повинности финансировали войска, а квартирная система переносила часть стоимости содержания армии непосредственно на население.

Снабжение оставалось неравномерным. Нормативный образец мундира или вооружения не означает, что каждый солдат получил новую вещь одновременно с публикацией соответствующего указа.

Квалифицированные офицеры, инженеры, артиллеристы и мастера оставались дефицитным ресурсом. Государство компенсировало нехватку обучением, привлечением иностранцев и концентрацией специалистов там, где они были особенно нужны.

Эти ограничения не отменяют эффективности преобразований, но позволяют избежать представления реформы как мгновенного перехода от «старой» к полностью современной армии.

Итоги преобразований

К концу царствования Петра I Россия располагала постоянной полевой армией, системой рекрутского комплектования, разветвлённой сетью гарнизонов, специализированной артиллерией и нормативной базой. Эта система позволяла вести продолжительные войны за пределами первоначальных центров снабжения и стала основой российской императорской армии XVIII века.

При этом результат нельзя объяснять одним указом или личной волей государя. Армия складывалась из заимствований, отечественного опыта XVII века, работы военных администраторов и многолетней практики десятков полков. Её становление сопровождалось большими людскими и материальными издержками, неравномерностью снабжения и неоднократной перестройкой институтов.

Связанные статьи

Северная война · Военная музыка и сигналы Северной войны · Военная музыка и сигналы русской армии XVIII–XIX веков · Тактика русской армии при Петре I · Вооружение русской армии при Петре I · Русский военный костюм 1700–1725 годов · Багинет · Морская пехота России в Петровскую эпоху

Материалы проекта«История.Главное»

ВидеоКлим Жуков и Борис Мегорский про новую армию Петра ВеликогоФормирование и организация регулярной армии

ВидеоВоины и войны Петра Великого. Часть 1: старые службыВоенная организация России до и в начале преобразований

ВидеоВоины и войны Петра Великого. Часть 4: уставы и наставленияУставы, обучение и служба

ВидеоВоины и войны Петра Великого. Часть 5: тактикаБоевое применение полевой армии