Перейти к содержанию

Севастополь

Материал из Энциклопедия История. Главное
Севастополь
Историческая панорама Севастополя и его бухты с кораблями.
Карло Боссоли. Общий вид Севастополя. Литография из альбома 1856 года; изображён город до Крымской войны.

Город на юго-западе Крыма, основанный как база Черноморского флота; центр судоремонта, морской науки и исторической памяти.

Тип
город; морской порт; военно-морская база
Период
1783 год — основание города
1854–1855 годы — первая оборона
1941–1942 годы — вторая оборона
Регион
Крымский полуостров. Международно признанная территория Украины; под фактическим контролем России с 2014 года.
Координаты
44.61665° с. ш., 33.52536° в. д.
Идёт загрузка карты…
Открыть в Яндекс Картах

Севастополь — город и морской порт на юго-западе Крымского полуострова. Его возникновение в конце XVIII века было связано с устройством базы Черноморского флота в Ахтиарской бухте; глубокие бухты, береговые укрепления, доки и дороги затем определяли развитие городской среды. В историю города вошли оборона 1854–1855 годов во время Крымской войны, оборона 1941–1942 годов и восстановление после освобождения в 1944 году. При этом Севастополь развивался как место повседневной жизни, труда и культуры, а не только как крепость. С 2014 года город находится под контролем Российской Федерации; Генеральная Ассамблея ООН подтверждает территориальную целостность Украины в её международно признанных границах. [1][2]

Бухты и предыстория территории

Береговая линия Севастополя образует систему бухт, которые одновременно давали укрытие судам и разделяли городские районы. Южная бухта отделяла исторический центр от Корабельной стороны; Большая бухта — от Северной стороны. В описании Севастополя рубежа XIX–XX веков отдельно названы Карантинная, Артиллерийская, Южная и Корабельная бухты, а на побережье открытого моря — Стрелецкая, Круглая, Камышовая и Казачья. Устройство причалов, сухопутных подъездов и переправ связывало эти части города. [3] На территории современного города сохранились остатки Херсонеса Таврического — греческого полиса, основанного в V веке до н. э. Поселение у Карантинной бухты было связано с Гераклеей Понтийской. В античности вокруг него сложилась хора — сельскохозяйственная округа с размежёванными участками. Регулярная планировка города и земледельческой территории оставила следы, изучаемые археологами. Херсонес пережил римский и византийский периоды; после разрушений XIII–XIV веков постепенно опустел. Основание Севастополя в XVIII веке стало новым этапом освоения этой территории. [4] Отношение к древнему городу со временем изменилось. При раннем строительстве Севастополя античные руины использовали как источник камня. В 1827 году К. Крузе по распоряжению командующего Черноморским флотом А. С. Грейга провёл раскопки. С 1888 года исследованиями заведовал К. К. Косцюшко-Валюжинич; находки и планы раскопанных участков стали систематически описывать. В 1892 году возник «Склад местных древностей», положивший начало музею. Так археологическое наследие стало самостоятельной частью научной и культурной жизни Севастополя. [4]

Балаклава и средневековые гавани

Южнее Ахтиарской бухты существовал другой портовый узел — Балаклава. Над входом в её гавань генуэзцы возвели крепость Чембало. Точная дата появления колонии неизвестна; музейное исследование относит её возникновение ко времени незадолго до 1345 года. Верхняя часть укреплений, город Святого Николая, включала резиденцию консула и административные постройки. Ниже находился город Святого Георгия, где жило основное население; у воды располагались порт и рынок. Система укреплений охватывала около 5,7 гектара, а водоснабжение приспосабливалось к условиям скалистой горы. [5] Консул совмещал административные, судебные, финансовые и военные полномочия и подчинялся генуэзской Каффе. Жизнь колонии зависела от морской торговли, рыбного рынка, ремесла и сбора пошлин. В 1433 году восстание привело к переходу Чембало под власть княжества Феодоро; в следующем году генуэзцы вернули крепость. В 1475 году её заняли османы. Сохранившиеся башни и стены относятся к нескольким строительным периодам: современный облик руин нельзя считать неизменным видом крепости при её основании. История Балаклавской гавани составляет отдельную средневековую линию развития территории нынешнего Севастополя. [5]

Место и начало города

Природная гавань предшествовала самому городу. На северном берегу бухты существовала крымскотатарская деревня Ахтиар, или Ак-яр, от которой произошло прежнее название бухты. После присоединения Крыма к Российской империи в 1783 году бухту выбрали для базирования создаваемого Черноморского флота. 2 (13) мая сюда вошли одиннадцать судов Азовской флотилии под командованием вице-адмирала Федота Клокачёва. Вскоре командование эскадрой принял контр-адмирал Фома Мекензи. [6] Стоянку кораблей устроили в Южной бухте. Строительство началось с пристаней, мастерских, жилья и помещений для команд; в нём участвовали флотские команды и мастера из соседних поселений. 3 (14) июня 1783 года были заложены четыре каменных сооружения: часовня Николая Чудотворца, дом Мекензи, пристань и кузница адмиралтейства. Именно эту дату, 14 июня по новому стилю, город принял как дату основания. Она обозначает начало регулярного строительства, а не появление первого поселения на берегах бухты. В 1784 году порт и крепость получили название Севастополь. [6][1] Планировочное ядро формировалось вокруг пристани и площади на западном берегу Южной бухты. Портовые здания, жилища моряков и мастеровых, склады и административные помещения росли вместе: городу требовалось обслуживать корабли, снабжать гарнизон и обеспечивать жизнь тех, кто работал в гавани. [6]

Раннее хозяйство и население

Население раннего Севастополя учитывалось по разным ведомствам. В статистической ведомости Таврической области за 1792 год записано 246 гражданских жителей: 197 мужчин и 49 женщин. Это число не включает военных и моряков. В донесении П. К. Карцова от 16 апреля 1797 года названы 10 088 чинов различных военных и морских подразделений. Два показателя относятся к разным годам и разным группам населения; непосредственно складывать их или рассчитывать по ним долю гарнизона нельзя. [7] Казённые предприятия занимались ремонтом судов, изготовлением строительных материалов и снабжением. Крупнейшим производственным узлом оставалось адмиралтейство. Рядом действовали ремесленники и домашние производства. Местное сельское хозяйство не покрывало городского спроса, поэтому продовольствие поступало из окрестностей и других областей. Виноградарство, садоводство и рыболовство дополняли привозные продукты. На Северной стороне торговцы устраивали заезжие дома, а товары перевозили через рейд в шлюпках. Присутствие флота создавало постоянный спрос на труд, материалы и продовольствие; расширение базы привлекало в город торговцев и мастеровых. [8]

Военное и гражданское управление

Севастополь создавался внутри меняющейся системы управления югом Российской империи. Территория входила в Таврическую область, затем в Новороссийскую губернию, а с 1802 года — в Таврическую губернию. Одновременно город подчинялся военно-морскому ведомству. В 1804 году закрепление за ним роли главного военного порта сопровождалось удалением таможни и усилением зависимости городского управления от флотского начальства. Губернская принадлежность поэтому не описывает всей системы власти в Севастополе. [9] Главный командир Черноморского флота и портов находился в Николаеве. В самом Севастополе портовые должностные лица ведали адмиралтейством, командами и хозяйственными учреждениями; крепостной комендант отвечал за укрепления и гарнизон. Магистрат и полиция занимались гражданскими делами, но действовали в городе, где решающее положение занимало морское командование. Такая структура объясняет тесную связь благоустройства со снабжением флота: расходы на пристани, дороги и жильё приходилось соотносить с казёнными потребностями. Разделение военных и гражданских функций оставалось сложным и менялось по мере роста населения и хозяйства. [9]

Карантин и восстание 1830 года

В 1830 году Севастополь стал местом вооружённого выступления против карантинного режима. Ограничения передвижения, изоляция жителей и действия карантинной администрации вызвали острое недовольство. В выступлении участвовали горожане и моряки; военный губернатор Н. А. Столыпин был убит. Название «чумной бунт» закрепилось в исторической литературе, но само оно не объясняет причин конфликта между населением и властью. [10] Исследование К. С. Барабановой рассматривает особую роль врачей. В условиях эпидемической угрозы они выступали одновременно как специалисты, определявшие опасность болезни, и как представители государственного аппарата, от решений которого зависели ограничения. Недоверие усиливали противоречия в оценке заболеваний и поведение отдельных должностных лиц. При этом восстание не привело к отказу властей от медицинской экспертизы: врачи продолжали службу, а карантинные учреждения сохранили свои функции. События 1830 года обнаружили пределы административного принуждения там, где население не доверяло ни диагнозу, ни порядку распределения тягот карантина. [10]

Порт и город при Лазареве

В 1830–1840-х годах развитие базы связано с деятельностью Михаила Лазарева. На восточном берегу Южной бухты строились адмиралтейство, сухие доки, склады и казармы. Для комплекса требовалась подготовка самой площадки: склон срезали, устраивая место под здания и запасы. Строительство меняло прибрежный рельеф и связывало город с крупным военно-морским хозяйством. [11] В 1838 году был принят генеральный план застройки, подготовленный военным инженером Джоном Уптоном. В городе появились Матросский бульвар, колоннада Графской пристани, памятник Александру Казарскому, здания Морского собрания и Морской библиотеки, собор Петра и Павла. Инициатива возведения Владимирского собора также связана с Лазаревым. Эти учреждения и пространства составляли общественный центр портового города. [11]

Гарнизон и строительство

Военно-морская специализация не означала отсутствия крупных сухопутных частей. Пехота несла караульную службу и участвовала в строительстве портовых сооружений. Исследование А. В. Ильичева показывает значение 13-й пехотной дивизии для гарнизона и городских работ. Использование солдат на стройках вызывало споры между ведомствами о распределении людей и обязанностей; размещение личного состава и снабжение оставались самостоятельными проблемами. [12] Формальный статус крепости первого класса, установленный в 1826 году, не свидетельствовал о завершённости всех укреплений. Морской фронт и сухопутные подступы были подготовлены неодинаково. Накануне Крымской войны именно недостаток постоянной оборонительной линии со стороны суши потребовал срочного строительства полевых укреплений. История крепости поэтому включает не только проекты и присвоенные разряды, но и фактическую готовность инженерных сооружений, наличие рабочих рук и возможности снабжения. [12]

Морская библиотека

Морская библиотека возникла 21 июня 1822 года по инициативе и на средства флотских офицеров. Её собрание выходило за пределы профессиональной литературы: к середине XIX века здесь находились монеты, минералы, окаменелости, гравюры, модели судов и херсонесские мозаики. В одном учреждении соединялись чтение, научное собирательство и интерес к прошлому края. [13] Построенное в 1849 году здание на Центральном холме погибло в конце обороны 1855 года. Его руины сохранились на фотографиях Джеймса Робертсона и Леона-Эжена Мехедена. В 1890 году библиотека получила новое здание на Екатерининской улице. Отчёты о её работе за 1893, 1896, 1897 и 1901 годы, хранящиеся в Музее обороны Севастополя, фиксируют поступления книг, пожертвования, периодические издания и устройство управления. История библиотеки показывает, как вместе с портом восстанавливались городские культурные учреждения. [13]

Первая оборона и её последствия

В середине XIX века Севастополь оставался главной базой Черноморского флота. Во время Крымской войны союзные силы высадились в Крыму, а после сражения на Альме подошли к городу. 11 (23) сентября 1854 года по решению военного совета флота у входа в бухту затопили пять парусных линейных кораблей и два фрегата, создавая преграду для вражеских судов. 13 (25) сентября в городе объявили осадное положение. Оборона опиралась на береговые батареи, полевые укрепления и гарнизон; инженерными работами руководил Эдуард Тотлебен, среди руководителей обороны были Владимир Корнилов, Павел Нахимов и Владимир Истомин. [14] Корабельные экипажи и снятая с судов артиллерия усилили оборону на суше. Для города, создававшегося как база флота, осада означала превращение портовых служб, жилой застройки и населения в часть общей системы обороны. [14] Первая бомбардировка города началась 5 (17) октября 1854 года. Корнилов погиб на Малаховом кургане; Нахимов продолжил руководство обороной. После длительной осады и нескольких штурмов войска союзников 27 августа (8 сентября) 1855 года овладели Малаховым курганом. Российские войска оставили Южную сторону. Военные действия разрушили сложившийся городской центр и надолго нарушили работу порта. [14]

Осада и сухопутные укрепления

После высадки союзников в Крыму осенью 1854 года главным направлением борьбы стали сухопутные подступы к Южной стороне. Возведённая здесь оборонительная линия протянулась примерно на 7,5 километра. Семь нумерованных бастионов и укрепления Малахова кургана связывали батареи и промежуточные позиции; управление распределялось между четырьмя отделениями. На земляных работах вместе с солдатами и матросами трудились горожане, в том числе женщины и дети. Лошади и подводы обеспечивали доставку материалов и боеприпасов. [15] Осада была борьбой за постепенное сближение позиций. Союзники продвигали траншеи к русским укреплениям, защитники предпринимали ночные вылазки, разрушали осадные сооружения и вели контрминные работы. За дневным обстрелом следовали ремонт повреждённых брустверов и восстановление батарей. Общий штурм 6 (18) июня 1855 года был отбит. Перелом наступил 27 августа (8 сентября), когда французские войска овладели Малаховым курганом. Удерживать прежнюю линию стало невозможно, и в ночь на 28 августа (9 сентября) гарнизон покинул Южную сторону по плавучему мосту через бухту. Северная сторона осталась у русских войск. [15]

Медицинская помощь в осаждённом городе

Осада изменила назначение многих городских зданий. В отчётах Н. И. Пирогова о работе сестёр Крестовоздвиженской общины названы Николаевская батарея, Инженерный дом, Дворянское собрание и частные дома, приспособленные для раненых. Медицинская сеть менялась вслед за обстрелами: больных переносили из опасных помещений, перевозили через бухту на Северную сторону, затем отправляли в другие крымские города. Госпитальное пространство поэтому не совпадало с границами довоенных лечебных учреждений. [16] Пирогов распределил обязанности сестёр: одни вели хозяйство и питание, другие заведовали небольшими аптеками, третьи дежурили при перевязках и операциях. Они следили за чистотой и проветриванием, хранили деньги и вещи раненых с записью имени и полка, передавали имущество умерших по установленному порядку. Помощь состояла не только в хирургическом вмешательстве, но и в ежедневном снабжении, уходе и учёте. Е. М. Бакунина работала при операционной и позднее руководила транспортным отделением. Эти отчёты показывают, насколько исход лечения зависел от организации перевозок и труда людей за пределами боевых позиций. [16]

Возвращение порта и железная дорога

После Крымской войны развитие флота на Чёрном море ограничивали статьи Парижского мира. Их отмена в 1871 году открыла новый этап работы над базой и связями города с внутренними районами империи. Тогда же было принято решение продолжить железнодорожную линию от Лозовой до Севастополя. Строительство началось в 1872 году и потребовало не только полотна через горы, но и мостов, тоннелей и веток к адмиралтейству и порту. [17] В 1874 году рельсы довели до Симферополя; на подходе к Севастополю пришлось пробить шесть тоннелей между Мекензиевыми горами и городом. На берегах Южной бухты проложили ветки к объектам флота и грузовым причалам. Пассажирское и товарное сообщение на всей Лозово-Севастопольской дороге открылось 5 (17) января 1875 года. Порт получил сухопутный путь для снабжения, а город — устойчивую связь с рынками и центрами управления. [17]

От военного губернаторства к градоначальству

После Крымской войны система власти в городе неоднократно перестраивалась. В 1857 году должности командира порта и временного военного губернатора разделили; затем изменились связи севастопольского начальства с Николаевом и губернскими учреждениями. В 1864–1865 годах город вывели из военного губернаторства и включили в Таврическую губернию. При этом военные и морские органы продолжали существовать, хотя их состав и полномочия сокращались. [18] Особые затруднения создавало различие административной и земско-хозяйственной принадлежности: Севастополь относился к Симферопольскому уезду, но по земским делам был связан с Ялтинским. Городское общество добивалось обособления, рассчитывая направлять местные сборы на собственные нужды. Проект отдельного уезда не получил поддержки губернатора. После восстановления права России держать флот на Чёрном море обсуждение продолжилось уже на межведомственном уровне. В 1872–1874 годах особое совещание рассматривало устройство градоначальства, которое должно было совместить развитие коммерческого порта с военно-морской ролью города. Предусматривалось соединение в одном лице гражданского начальника, командира порта и коменданта при сохранении отдельных управленческих учреждений. [18]

Общины и ограничения на поселение

Население портового города складывалось из военнослужащих, рабочих, торговцев и переселенцев разного происхождения. Особую роль в истории Балаклавы играли греки, перешедшие на русскую службу в ходе войны 1768–1774 годов. Греческий батальон, созданный в 1779 году, перевели в Балаклаву в 1784-м; балаклавское название он получил позднее. Служба включала охрану побережья. После расформирования батальона в 1859 году местная греческая община продолжала существовать, а её хозяйственная жизнь была связана с рыболовством и земледелием. [19] Военный статус Севастополя сопровождался ограничениями на проживание. В 1829 году Николай I распорядился выселить евреев, кроме военнослужащих; на караимов это предписание не распространялось. Местное начальство добивалось отсрочек, опасаясь ущерба ремеслу и снабжению. В 1834 году выселение было осуществлено. Таким образом, потребность порта в торговцах и мастерах вступала в противоречие с общегосударственной политикой ограничений. [20] Во второй половине XIX века доступ к постоянному проживанию расширялся для отдельных категорий. В 1860 году такое право получили отставные солдаты и матросы, в 1861-м — ремесленники. Однако принадлежность Таврической губернии к черте оседлости сама по себе не отменяла особых правил Севастополя. В 1874 году открылся солдатский молитвенный дом, в 1884-м — синагога. Общинные учреждения, школы и торговые предприятия составляли часть городской жизни, несмотря на сохранявшиеся до 1917 года ограничения. [20]

Городская среда на рубеже XIX–XX веков

Энциклопедический словарь Брокгауза и Ефрона оставил подробное описание Севастополя в конце XIX века. В нём виден город, разделённый и одновременно связанный бухтами. На западном берегу Южной бухты располагалась Городская сторона, на восточном — Корабельная слободка. Между жилой застройкой и флотскими сооружениями находились эллинг, Алексеевские доки и казармы морского ведомства. На Северной стороне соседствовали слободка, укрепления, казармы и братское кладбище. Сам рельеф влиял на движение: улицы спускались по склонам, и, кроме главных направлений, многие были неудобны для езды. [3] Такое устройство отличало Севастополь от города с компактным сухопутным центром. Историческая застройка, хозяйственные площадки флота и отдельные поселения располагались по разным берегам. Южная бухта служила местом стоянки судов, а прибрежные сооружения соединяли морскую работу с городскими ремёслами и перевозками. В описании конца XIX века наряду с сухими доками уже упоминаются плавучие. Они составляли часть производственной среды порта. [3] Хозяйственная жизнь не ограничивалась военно-морскими учреждениями. Словарь насчитывал 42 промышленных заведения, на которых работали более 3 000 человек. Точная дата этой сводки в статье не названа, поэтому показатель характеризует описываемое автором состояние конца XIX века. В 1890 году коммерческий порт был перенесён в Феодосию; автор связывал это решение с ослаблением торгового значения Севастополя. При этом восстановление военно-морской базы поддерживало спрос на промышленный труд и услуги. [3] Городской бюджет отражает масштаб гражданских задач. За 1894 год словарь приводит 416 150 рублей обыкновенных и 195 500 рублей чрезвычайных доходов при расходах 660 609 рублей. На народное образование приходилось 24 188 рублей. В описании учебной сети названы реальное училище, женская гимназия, два специальных и восемнадцать низших учебных заведений. [3] В городе действовали театр, общественное и морское собрания, три библиотеки и две газеты; «Крымский вестник» выходил ежедневно. Банковские учреждения включали отделения Государственного и Международного коммерческого банков, общественный банк и общество взаимного кредита. Таким образом, военно-портовое поселение обладало учреждениями образования, печати, досуга и городского кредита. Эти стороны жизни связывали офицеров, служащих, предпринимателей, учащихся и семьи горожан. [3] Отдельной чертой было сезонное посещение города. Словарь перечислял четырнадцать гостиниц, купальни и лечебные заведения у Песочной бухты. Это свидетельство того, что уже в дореволюционном описании Севастополь воспринимался и как приморское место отдыха. [3]

Водоснабжение и городское благоустройство

Потребность в пресной воде была одной из постоянных проблем Севастополя. После разрушения водопроводов в Крымскую войну жители пользовались колодцами, источниками и услугами водовозов. В 1878 году городская дума поручила военному инженеру А. Л. Бертье-Делагарду исследовать источники Сарандинакиной и Юхариной балок. Подготовленный им проект реализовали в 1881 году, использовав средства, выделенные городу как компенсация за разрушенный водопровод. [21] Вода поступала по закрытой канаве в резервуар на Историческом бульваре, затем распределялась по чугунным трубам. К 1886 году сеть обслуживала 226 дворов; действовали также 25 уличных водоразборных кранов. Однако расширение сети не означало бесперебойной подачи: при уменьшении запасов краны закрывали на ночь, ограничивали использование воды для строительства, бань и полива. Возвышенные кварталы особенно зависели от накопления воды в резервуаре. На Корабельной стороне снабжение дополнительно связывалось с водопроводом Морского ведомства к сухим докам. Строительство Инкерманского водопровода в 1901 году стало следующим крупным этапом решения этой коммунальной задачи. [21]

Трамвай и электрификация

Развитие городского транспорта потребовало иной организации коммунального хозяйства, чем содержание улиц и гужевых перевозок. В августе 1896 года город заключил с предпринимателем Р. К. Гартманом договор об устройстве электрического трамвая. Концессия предоставлялась на сорок лет; городу причиталось три процента валового дохода, а через восемнадцать лет он получал возможность выкупить предприятие. Тем самым строительство сети финансировалось частным капиталом, но сопровождалось долговременными обязательствами перед городской думой. [22] Для движения вагонов требовалось построить не только рельсовый путь, но и собственную энергетическую базу. В 1897 году в Лабораторной балке начали сооружать электростанцию и вагонный сарай. Первые четыре моторных вагона открытого типа доставили из Германии в ноябре того же года; в 1898 году продолжались установка оборудования и монтаж контактной сети. Трамвайное строительство связывало город с иностранными поставщиками техники и создавало новые рабочие специальности: обслуживание моторов, электросети и пути отличалось от прежних транспортных промыслов. [22] Электростанция обслуживала также освещение. Соглашение февраля 1898 года предусматривало электрическое освещение улиц и Приморского бульвара. В 1899 году хозяйство включало отдельные службы электростанции, движения, тяги, пути, сети и освещения, а также санитарную службу. Такое разделение означало переход от отдельных осветительных устройств к постоянно действовавшему техническому предприятию. [23] В 1909–1912 годах трамвайное хозяйство расширяли. Новое депо на Колодезной улице, построенное в 1911 году, дополнило первоначальные сооружения; в 1913 году управление разместилось на Лабораторной площади. Транспорт и освещение оставались связанными частями городского электрохозяйства и после политических потрясений. В декабре 1920 года предприятие национализировали. Его история показывает, как концессионная система конца имперского периода создала инфраструктуру, которую затем использовала советская городская власть. [23]

Революционные события 1905 года

В 1905 году конфликты на флоте соединились с забастовками и политическими выступлениями горожан. После получения Октябрьского манифеста демонстранты направились к городской тюрьме, требуя освобождения политических заключённых; столкновение закончилось стрельбой и жертвами. Избранный затем Совет депутатов от народа взаимодействовал с городской думой. Среди его участников были лейтенант П. П. Шмидт и социал-демократы Н. Л. Конторович и И. П. Вороницын. Движение охватило порт, железнодорожные мастерские, трамвай и часть гарнизона. [24] В ноябре центром морской части восстания стал крейсер «Очаков». Прибывший на него Шмидт принял командование восставшими кораблями и потребовал созыва Учредительного собрания. Однако присоединить весь флот не удалось. Правительственные корабли и береговые батареи обстреляли восставших; сопротивление в казармах также было подавлено. Последовали массовые аресты и военно-морской суд. В марте 1906 года Шмидт, С. П. Частник, Н. Г. Антоненко и А. И. Гладков были казнены на острове Березань. История восстания включает несколько взаимосвязанных центров - рабочее движение, солдатские и матросские коллективы, выборный Совет и руководство на «Очакове»; сведение её к биографии одного Шмидта оставляет значительную часть событий за пределами объяснения. [24]

Севастополь в Первой мировой войне

Линкор «Евстафий» в Севастополе, 1910-е годы.
Линкор «Евстафий» в Севастополе, 1910-е годы.

В 1914 году Севастополь одновременно обеспечивал действия Черноморского флота и отправлял сухопутные части на другие театры войны. На фронт ушли 49-й Брестский и 50-й Белостокский пехотные полки, а также подразделения 13-й артиллерийской бригады. Охрану крепостных объектов усиливали ополченскими формированиями. В январе 1915 года в город прибыла бригада государственного ополчения. Мобилизация меняла состав гарнизона: рядом с кадровыми военными службу несли люди, ещё недавно работавшие в гражданских учреждениях. [25] Музейные материалы позволяют проследить этот переход на индивидуальном уровне. Преподаватель ремесленного училища А. И. Подшебякин оказался в 514-й Рязанской пешей дружине; её фотографии относятся сначала к Бронницам осенью 1914 года, затем к Севастополю весной 1915-го. В таких документах история военной базы соединяется с опытом мобилизованных учителей, мастеров и служащих, прибывших из внутренних губерний. [25] Поступление новых линкоров усиливало значение базы. В 1915 году в строй вошла «Императрица Мария», вооружённая двенадцатью 305-миллиметровыми орудиями в четырёх башнях. Однако нахождение корабля в защищённой гавани не исключало катастрофы: 20 октября 1916 года линкор погиб после внутреннего взрыва на севастопольском рейде. Позднее корабль подняли, но к боевой службе он не вернулся. Гибель «Императрицы Марии» стала одним из наиболее тяжёлых происшествий в истории Черноморского флота военного времени. [26]

Революция, Гражданская война и 1920 год

Политическая жизнь города после Февральской революции складывалась из взаимодействия Совета, флотских выборных органов и городской думы. Рабочая среда также не была однородной: судоремонтники, железнодорожники, портовые и трамвайные рабочие имели разные условия труда и организационные связи. Исследование Д. Денисова показывает, что усиление большевиков среди севастопольских рабочих нельзя считать заранее предопределённым. Оно происходило на фоне распада привычной системы занятости и последовательной смены властей. [27] Германская оккупация 1918 года и расстройство деятельности флота сократили заказы судоремонтным предприятиям. После появления сил Антанты в конце того же года хозяйственный кризис продолжался: безработица, обесценение денег и обращение нескольких денежных знаков осложняли расчёты и снабжение. Трудовые конфликты касались заработка и выполнения коллективных соглашений. В начале 1919 года бастовали портовые рабочие; весной закрытие рабочей газеты «Прибой» и железнодорожного клуба сопровождалось дальнейшим обострением конфликта. Контакты местных рабочих с французскими моряками возникали и в повседневной работе - при ремонте кораблей и обслуживании порта. Денисов связывает политическую радикализацию с этим сочетанием экономических трудностей, репрессий и агитации. [27] В 1920 году городское самоуправление действовало в условиях острого продовольственного и финансового кризиса. Социалистическое большинство севастопольской думы не означало согласия с политикой белой власти. Обращение городского головы Я. Н. Перепёлкина к французским представителям с критикой положения в Крыму вызвало недовольство П. Н. Врангеля; при этом дума отказалась принять отставку своего руководителя. Этот конфликт показывает, что отношения между военной властью и городскими выборными учреждениями не сводились к административному подчинению. [28] Осенью 1920 года правительство Юга России пыталось укрепить доходы городов, расширяя возможности местного налогообложения. На съезде представителей крымских городов обсуждались совместное снабжение, финансовая координация и привлечение иностранного займа. Следует различать принятые нормативные решения и проекты, которым ещё предстояло осуществиться: эвакуация из Крыма прервала эту работу. Поэтому муниципальные инициативы последних недель белого Крыма характеризуют поиск выхода из кризиса, но не доказывают, что снабжение и городские финансы удалось восстановить. [28] Осенью 1920 года Севастополь стал одним из портов эвакуации Русской армии Петра Врангеля и гражданских беженцев из Крыма. Радиограмма Реввоенсовета 1-й Конной армии от 16 ноября 1920 года входит в опубликованный корпус документов о занятии города Красной армией. [29]

Красный террор и помощь преследуемым

Установление советской власти в конце 1920 года сопровождалось красным террором. Под преследование попадали оставшиеся в Крыму военнослужащие Белой армии и гражданские лица. Исследование Д. В. Соколова показывает, что репрессии встречали возражения не только у родственников арестованных: за отдельных людей ходатайствовали местные коммунисты и бывшие подпольщики. Партийное руководство Крыма осуждало массовые ходатайства и требовало содействовать особым отделам. [30] В Севастополе помощь скрывавшимся бывшим военнослужащим сама становилась основанием для преследования. В опубликованных Соколовым материалах среди обвинённых в укрывательстве названы красноармейцы, работники госпиталей, медицинский персонал и жители города. Эти эпизоды показывают, что границы политических лагерей не совпадали с повседневными связями: личное знакомство, совместная служба и профессиональная солидарность могли побуждать людей защищать преследуемых. [30]

Хозяйство в начале 1920-х годов

После установления советской власти управление предприятиями сосредоточивалось в Севастопольском совете народного хозяйства. Он учитывал имущество, проводил национализацию и распределял ресурсы. Переход к новой экономической политике в 1921 году изменил эту систему: часть предприятий передавали в аренду частным лицам и кооперативам, а крупные и стратегически важные производства сохранялись в государственном ведении. Портовому заводу отводилась задача восстановления Черноморского флота. [31] Перестройка управления сопровождалась сокращением отраслевых отделов совнархоза. Вместо пятнадцати отделов действовали четыре: организационно-административный, производственно-технический, снабжения и финансово-счётный. При исполкоме работало экономическое совещание, которое разбирало практические вопросы местных налогов и промыслов. В городе развивались потребительская, кустарно-промысловая и рыболовецкая кооперация. [32] Острой оставалась проблема продовольствия. Развёрстка 1920–1921 годов не обеспечила необходимых запасов для жителей и размещённых в городе военных частей. Введение продналога должно было заменить изъятия заранее установленной обязанностью крестьянского хозяйства. Однако изменение правил не означало немедленного преодоления нехватки продуктов. Восстановление предприятий, торговли и сельского хозяйства проходило при ограниченных ресурсах. [32]

Голод 1921–1923 годов

Восстановление хозяйства началось в условиях голода. Разрушение хозяйственных связей во время Гражданской войны, реквизиции, ограничения торговли и засуха привели к тяжёлому продовольственному кризису. Уже летом 1921 года снабжающие учреждения спорили о распределении зерна, прибывшего в Севастополь морем: потребности гражданского населения сталкивались с требованиями военного снабжения. Продовольствия не хватало даже портовой охране. [33] В январе 1922 года Севастопольский округ был официально признан неурожайным. Рыболовство, портовый обмен и возможность привозить товары давали жителям некоторые дополнительные средства выживания, но не устраняли голода. Помощь детским учреждениям и другим нуждающимся запаздывала, медицинская и социальная инфраструктура работала при нехватке ресурсов. В документах, приведённых историком Д. В. Соколовым, продовольственный кризис предстаёт одновременно причиной смертности, распада привычных форм быта и тревоги властей из-за возможных выступлений. Развитие торговли при нэпе происходило на фоне этой катастрофы; последующее оживление рынка не означало немедленного возвращения благополучия. [33]

Промышленный поворот 1930-х годов

В 1930-е годы хозяйственная система Севастополя всё теснее связывалась с государственной промышленностью и потребностями военно-морской базы. Возрождение судостроения и судоремонта после Гражданской войны сопровождалось ростом производственного потенциала Севастопольского морского завода. Предприятие развивалось внутри централизованной системы заказов, снабжения и подготовки кадров. Его зависимость от флота распространялась и на смежные производства. Расширение заводских мощностей требовало транспорта, энергии и квалифицированного труда; промышленное развитие и обеспечение базы составляли взаимосвязанные задачи. [34]

Береговые укрепления XX века

Модернизация крепости накануне Первой мировой войны включала создание бронебашенных батарей с 305-миллиметровыми орудиями. Проект будущей 30-й батареи разработал в 1914 году полковник С. А. Ильяшев с учётом рекомендаций военных инженеров Ц. Кюи и Н. Буйницкого. К осени 1917 года бетонный массив был готов примерно на семь десятых; достройка продолжалась уже в советское время. Таким образом, оборонительная система 1941 года включала сооружения, замысел которых возник ещё до революции. [35] Батарея участвовала в обороне города в составе 1-го отдельного артиллерийского дивизиона береговой обороны Черноморского флота. После войны её восстановили, установив модернизированные трёхорудийные башни, снятые с линкора «Михаил Фрунзе», бывшего «Полтава». Это отличало послевоенный комплекс от довоенного. В 1997 году батарею законсервировали, а позднее она стала музейным объектом. Послевоенные башни отличаются от двухорудийных установок, применявшихся в обороне 1941–1942 годов. [35]

Вторая оборона, освобождение и восстановление

Оборона Севастополя в 1941–1942 годах продолжалась с 30 октября 1941 года до начала июля 1942 года; в музейной периодизации её называют 250-дневной. За ней последовала немецко-румынская оккупация. Город был освобождён 9 мая 1944 года в ходе Крымской наступательной операции. [36][37]

Военные действия 1941–1942 годов

Уже 22 июня 1941 года главная база Черноморского флота подверглась налёту немецкой авиации. Осенью положение изменилось после прорыва немецких войск в Крым: Севастополю угрожали теперь не только удары с воздуха, но и наступление с суши. Попытку 11-й немецкой армии быстро овладеть городом остановил гарнизон. Началом длительной обороны считается 30 октября 1941 года. [38] В ходе осады противник предпринял три крупных наступления: в ноябре и декабре 1941 года и в июне 1942-го. Их начальные даты — 11 ноября, 17 декабря и 7 июня — выделяют основные этапы боёв. Первые два наступления не привели к падению базы. Последний штурм завершился прорывом оборонительных рубежей и отступлением советских частей к оконечности Херсонесского полуострова. Завершение организованной обороны в начале июля не означало, что все защитники были вывезены или одновременно прекратили сопротивление. [38][36]

Городское хозяйство во время второй обороны

Осенью 1941 года хозяйственные решения сосредоточились у городского комитета обороны, возглавленного Б. А. Борисовым. Производство приспосабливали к снабжению войск, а часть оборудования и работников переводили в подземные помещения. Спецкомбинат № 1 использовал оборудование Морского завода и других предприятий; его работа зависела от электроснабжения и подвоза сырья. К весне 1942 года здесь трудилось около двух тысяч человек. Продолжительные смены проходили в сырости, при недостаточной вентиляции и нехватке инструмента. [39] Важной проблемой стало несоответствие между выпуском корпусов боеприпасов и наличием запалов и зарядов. Спецкомбинат № 2 обеспечивал защитников обмундированием и другими предметами снабжения. Наряду с морским подвозом продовольствия город использовал совхозы, подсобные хозяйства и огороды. Медицинские учреждения приспосабливали штольни, тоннели и подвалы под операционные, перевязочные и палаты. Такая организация позволяла поддерживать городскую жизнь под обстрелом, но оставалась зависимой от уязвимых перевозок, электроэнергии и труда истощённых людей. [39]

Последний рубеж обороны 1942 года

В конце июня 1942 года одним из последних узлов сопротивления на подступах к Херсонесскому полуострову стала 35-я береговая батарея. Здесь находились запасной командный пункт и узел связи; сюда переместились Военный совет флота, командование и штабы Приморской армии. Вечером 30 июня на заседании военных советов приняли решение об эвакуации командования с разрешения Ставки. Вывезти всех защитников города не удалось. [40][36] Командиру батареи А. Я. Лещенко приказали уничтожить сооружение после израсходования боеприпасов. 1 июля батарея продолжала стрелять, а её личный состав участвовал в сухопутной обороне. В ночь на 2 июля были выведены из строя средства связи и управления огнём, взорваны погреба и башни. Лещенко и часть команды смогли уйти на Кавказ. Сохранившиеся казематы впоследствии использовались и во время немецкой оккупации, и в послевоенные годы; сама 35-я батарея в прежнем виде не восстанавливалась. Её руины стали одним из главных мест памяти о трагическом завершении обороны. [40]

Оккупация и подполье

При оккупации в городе действовали лагеря советских военнопленных. Содержание в разрушенных зданиях и под открытым небом, нехватка продовольствия и болезни делали плен тяжёлым испытанием; весной 1943 года в лагерях отмечался тиф. Оккупационные органы выделяли среди пленных командиров, коммунистов и евреев, подвергавшихся особой опасности. Помощь горожан включала передачу еды и сведений, а иногда попытки добиться освобождения пленного под видом родственника. [41] Сопротивление связывало лагеря с городским подпольем. По исследованию В. А. Иванова, в мае-июне 1943 года сложилась группа Н. И. Терещенко, действовавшего под именем Михайлова. Она установила связь с организацией В. Д. Ревякина. Участники распространяли сведения о положении на фронте, готовили побеги и участвовали в саботаже. После побега Терещенко осенью 1943 года работа продолжалась через подпольные квартиры. В феврале 1944 года группа из 18 военнопленных была передана в Северное соединение крымских партизан. Аресты 1944 года и гибель участников нанесли подполью тяжёлый удар. Эта история раскрывает связь между выживанием в плену, помощью населения и организованным сопротивлением. [41] Еврейское население понесло потери ещё во время осады: одни жители погибли, другие смогли эвакуироваться или ушли к партизанам. После захвата города нацисты уничтожили оставшихся евреев. Послевоенное возрождение общины происходило после разрыва, вызванного массовым убийством её членов и рассеянием выживших. [20]

Сапун-гора и подступы к городу

Весной 1944 года направление наступления переменилось: немецкие и румынские войска удерживали укреплённые подступы к Севастополю, а советские армии выходили к ним после освобождения основной части Крыма. Апрельские попытки прорвать оборону не дали результата; потребовались перегруппировка и дополнительная подготовка. [38] На юго-восточных подступах ключевой позицией стала Сапун-гора — вытянутая возвышенность примерно в двенадцати километрах от центра города. Ещё в 1941–1942 годах здесь проходила одна из линий советской обороны. Теперь укрепления на склонах и гребне прикрывали немецкие позиции. 7 мая 1944 года высоту штурмовали части 51-й и Приморской армий. По музейной хронологии, бой за неё продолжался около девяти часов; овладение гребнем открыло путь к дальнейшему наступлению на город. [42] Память о сражении начала оформляться вскоре после войны. В 1945 году на Сапун-горе появился полевой музей. В 1950–1960-е годы вокруг памятников создавали парк, а в 1970 году зажгли Вечный огонь. Так участок бывшей линии фронта постепенно превратился в мемориальный ландшафт, где рельеф, памятники и музейные экспозиции совместно объясняют ход боёв. Его значение связано не только с отдельным монументом, но и с сохранением пространства исторического сражения. [42]

Бои в городе в мае 1944 года

Освобождение Севастополя включало несколько сходившихся направлений наступления. По исследованию И. Ю. Агишевой, части 2-й гвардейской армии 8 мая вышли к Большой бухте, заняв Северную сторону; 9 мая они переправлялись в центр и на Корабельную сторону. Бухта вновь оказалась важнейшим рубежом городской войны: продвижение по суше сочеталось с преодолением водного пространства. [43] Отряды 70-го гвардейского стрелкового полка шли к железнодорожному вокзалу разными путями — через высоты от Троицкой балки и через тоннели и Килен-балку. Затем они встретились на Историческом бульваре. Над руинами Панорамы, на городских зданиях и других освобождённых объектах поднимали красные флаги. Музейное сопоставление журналов боевых действий, донесений и воспоминаний позволяет различать эти эпизоды. Поэтому символическое изображение единственного «флага над Севастополем» не передаёт всей картины: знамёна устанавливали разные части по мере продвижения через разрушенный город. [43]

Депортации 1944 года

Освобождение Крыма сопровождалось массовыми депортациями, проводившимися советскими органами. Телеграмма Л. П. Берии И. В. Сталину от 18 мая 1944 года фиксирует начало операции по выселению крымских татар и отправку эшелонов. Это документ об общекрымской операции: его сводные показатели относятся ко всему полуострову, а не к одному Севастополю. Насильственное переселение стало частью послевоенного изменения населения региона. [44] Для Балаклавы непосредственным последствием стала депортация греков в июне 1944 года. Она прервала жизнь общины, складывавшейся со времени поселения греческих военнослужащих в XVIII веке. Выселение затронуло семьи вне зависимости от прежней службы и местных хозяйственных связей. Снятие ограничений спецпоселения в 1956 году ещё не означало свободного возвращения в Крым: возможность вернуться к прежним домам оставалась ограниченной. История послевоенного заселения и восстановления поэтому включает не только приезд строителей, но и судьбу жителей, принудительно удалённых из родных мест. [19]

Восстановление как городской процесс

В мае 1944 года началось восстановление улиц, железнодорожных путей, больниц, школ и водоснабжения. Особую задачу составляли обезвреживание боеприпасов, расчистка причалов и траление подходов к гавани. 5 ноября 1944 года в Севастополь вернулась эскадра Черноморского флота. [37] Постановление Совета Министров СССР от 25 октября 1948 года ускорило восстановительные работы. В 1949 году утвердили генеральный план центра, разработанный под руководством Ю. А. Траутмана, В. М. Артюхова и И. К. Жилко. Новые жилые кварталы вписывали в рельеф и сочетали с уцелевшими довоенными зданиями; колоннады, аркады и лоджии стали заметными чертами послевоенного центра. Кинотеатр «Победа» открылся в 1949 году, первая очередь гостиницы «Севастополь» — в 1952-м, восстановленная панорама — 16 октября 1954 года. Театр был построен позднее, к 1957 году. Поэтому принятое в исторических обзорах завершение восстановления в 1954 году обозначает рубеж основного этапа, а не прекращение всех строительных работ. [37] Послевоенное восстановление не было единой кампанией с одинаковым темпом. Исследование жилищного строительства выделяет два ранних этапа: в 1944–1946 годах работы часто имели чрезвычайный и недостаточно упорядоченный характер, а с 1946 года управление становилось более плановым. Город испытывал недостаток квалифицированных рабочих, строительных материалов и исправного оборудования. Для подготовки кадров открывали школы и курсы, работников направляли из других регионов; одновременно менялась структура строительных трестов и шире применялись местные материалы и индустриальные методы. Даже при этом ввод жилья отставал от потребности, а часть плановых заданий не выполнялась. [45] Одним из главных исполнителей первых работ стала особая строительно-монтажная часть «Севастопольстрой». В ней были объединены мобилизованные гражданские рабочие, военнослужащие и военнопленные; бригады формировали по специальностям и видам работ. Такая организация позволяла одновременно возвращать в строй энергетические, водопроводные и общественные объекты. В 1944–1945 годах часть участвовала в восстановлении здания городской электростанции, сооружений Инкерманского водопровода, школы и административных зданий. Массовое применение разнородной рабочей силы сопровождалось высокой текучестью и постоянной необходимостью обучения на месте. [46] Восстановление городской жизни зависело не только от архитектурного ансамбля центра. Требовалось заново наладить торговлю, снабжение, коммунальные службы и повседневное обслуживание жителей. Исследование государственной торговли показывает, что сеть торговых точек была восстановлена и по числу объектов превысила довоенный уровень, однако это не устранило нехватку товаров, перебои с перевозками и складским хозяйством, дефицит кадров и спекуляцию. Поэтому внешний облик восстановленного центра и реальное качество повседневной жизни менялись не одновременно. [45]

Административное положение после войны

В 1948 году Севастополь выделили в город республиканского подчинения РСФСР с самостоятельным бюджетом. Решение совпало с усилением централизованного руководства восстановлением. Финансирование, строительные организации и административный статус рассматривались как взаимосвязанные условия возвращения главной базы к полноценной работе. После передачи Крымской области Украинской ССР в 1954 году Севастополь учитывался в административной системе Украинской ССР как город республиканского подчинения. [47] Территория городского управления не совпадала с непрерывно застроенным центром. К началу XXI века она включала также Инкерман, Качу, сельские населённые пункты и обширные незастроенные пространства. По переписи 2001 года в пределах Севастопольского горсовета насчитывалось 388,4 тысячи жителей, из них 365,6 тысячи городских и 22,8 тысячи сельских. Эти показатели описывают административную территорию того времени. Они не равны населению только центральной застройки и не характеризуют современную численность города. [47]

Город во второй половине XX века

После завершения основного восстановительного этапа Севастополь продолжал быстро расширяться. Жилищное строительство выходило за пределы исторического центра: новые массивы возникали в Камышовой и Стрелецкой бухтах, на проспектах Гагарина и Победы, на Куликовом поле и в районе улицы Горпищенко. Параллельно перестраивались центральные кварталы, транспортные связи и территории Корабельной стороны, Северной стороны и Балаклавы. Так сформировался город из нескольких связанных, но различающихся по планировке районов, расположенных вокруг бухт и разделённых рельефом. [48] Генеральный план 1983 года был рассчитан на развитие до 2000 года и исходил из перспективной численности населения около 405 тысяч человек. В нём Севастополь одновременно рассматривался как крупный промышленный и культурный центр, город республиканского подчинения, место сосредоточения памятников и главная база Черноморского флота. Совместить эти функции было трудно: потребности базы и оборонной промышленности определяли размещение предприятий и инфраструктуры, тогда как рост населения требовал новых жилых районов, общественных зданий и транспорта. [48] Послевоенный Морской завод стал одним из центров советского плавкраностроения и продолжал судоремонтные работы. [34] В городе действовали приборостроительные предприятия и конструкторские организации, связанные с радиоэлектроникой, навигацией и морской техникой. Созданный в 1964 году Севастопольский приборостроительный институт готовил инженеров для этого комплекса. [48]

Океаническое рыболовство

В послевоенной экономике самостоятельное место заняло океаническое рыболовство. В 1960 году возникло Севастопольское управление океанического рыболовства; в 1972 году было образовано рыбопромышленное объединение «Атлантика». По данным «Энциклопедии современной Украины», в 1970-е годы его флотское хозяйство включало 88 судов разных типов. Промысел выходил далеко за пределы Чёрного моря и связывал город с океаническими районами добычи. [49] Работа флота требовала берегового обслуживания: ремонта судов, изготовления и починки орудий лова, переработки продукции, перевозок и подготовки плавсостава. В производственную систему входили также учреждения межрейсового отдыха. Таким образом, рыболовство создавало в городе рабочие места не только для моряков. В 1990-е годы организационная структура предприятия изменилась: оно стало государственным предприятием Украины, а в 1999 году из его состава выделили отдельное управление океанического рыболовства. [49]

Морская наука и образование

Крупным направлением городской жизни стала морская наука. Морской гидрофизический институт был создан в Москве в 1948 году, в 1961 году вошёл в систему Академии наук Украинской ССР, а в 1963 году был переведён в Севастополь. Здесь он развивал исследования физических процессов в океане, взаимодействия океана и атмосферы, морской оптики, приборостроения и автоматизированных наблюдений. Экспедиционные работы и создание аппаратуры связывали фундаментальную океанологию с задачами навигации, прогнозирования и освоения Мирового океана. [50] Другая научная традиция восходила к Севастопольской биологической станции, основанной в 1871 году. В 1963 году на её базе был создан Институт биологии южных морей. Исследования охватывали морские организмы, сообщества и экосистемы Чёрного моря, а затем и других районов Мирового океана. Сосуществование гидрофизического и биологического направлений сделало Севастополь одним из заметных центров комплексного изучения моря: физические параметры среды рассматривались рядом с состоянием живых систем. [51]

Формирование технического вуза

Инженерное образование развивалось через последовательное расширение местного филиала Одесского политехнического института. В начале 1960-х годов здесь создавались кафедры радиотехники, электроники, автоматики и телемеханики, а также научно-исследовательская лаборатория радиоэлектроники. В 1963 году были оформлены факультеты радиоэлектроники, автоматики и приборостроения, судостроения и инженерного строительства. Такое сочетание направлений отвечало разнообразным потребностям порта, промышленности и растущего города. [52] Постановление Совета Министров СССР от 18 декабря 1963 года предусматривало организацию в 1964 году самостоятельного Севастопольского приборостроительного института. Связь обучения с производством поддерживалась и позднее: в 1982 году появился филиал кафедры радиотехнических систем при заводе имени Д. Ф. Калмыкова. В 1994 году институт преобразовали в государственный технический университет, а в 2001 году он получил наименование национального технического университета. Эти изменения отражали развитие уже сложившегося учебного и исследовательского учреждения, а не возникновение высшего технического образования в городе заново. [52]

Севастополь в 1991–2014 годах

После распада СССР Севастополь оказался в составе независимой Украины, но переход к новой государственной системе осложнялся спором о Черноморском флоте, принадлежности его имущества и условиях использования базы. Конституция Украины 1996 года включила Севастополь в систему административно-территориального устройства страны и закрепила за ним особый статус, который должен был определяться законом. Это отличало город от областных центров и отражало сочетание его общегородских, портовых и военно-морских функций. [53] Пакет российско-украинских соглашений 1997 года разделил организационные вопросы двух флотов и установил условия пребывания Черноморского флота Российской Федерации на территории Украины. Соглашение о статусе и условиях базирования обязывало российские формирования уважать суверенитет Украины, соблюдать её законодательство и согласовывать деятельность за пределами мест дислокации с компетентными украинскими органами. Для Севастополя это означало длительное сосуществование украинских органов власти и военно-морских структур двух государств в одном городском пространстве. [54] Экономический переход особенно тяжело отразился на отраслях, зависевших от государственных и военных заказов. В 1990-е и начале 2000-х годов Севастопольский морской завод терял производственные мощности и квалифицированные кадры, в том числе из-за сокращения заказов. Унаследованная специализация делала спад на крупном предприятии проблемой для смежных производств и занятости. Связь городской экономики с флотом и судоремонтом сохранялась. [34] Политические и хозяйственные процессы этого периода нельзя разделить полностью. Споры о флоте влияли на межгосударственные отношения и городской символический ландшафт, а режим использования бухт и военной инфраструктуры ограничивал варианты гражданского развития. К 2014 году Севастополь оставался крупным портовым и научно-образовательным центром Украины с особым правовым положением и одновременно главной базой российского Черноморского флота по двусторонним соглашениям. События 2014 года изменили систему фактического управления городом и открыли отдельный этап его истории, правовое положение которого рассматривается ниже. [53][54]

События 2014 года и международно-правовая оценка

В феврале–марте 2014 года российские военные и поддерживавшие их формирования установили контроль над ключевыми объектами Крыма, блокируя украинские воинские части и занимая административные здания. Эти действия изменили фактическое управление полуостровом ещё до голосования 16 марта. Российские власти использовали результаты референдума для оформления включения Крыма и Севастополя в состав России; 18 марта был подписан соответствующий договор. Украина признала голосование незаконным и не признала утрату своей территории. [55] Генеральная Ассамблея ООН в резолюции 68/262 от 27 марта 2014 года подтвердила территориальную целостность Украины и указала, что референдум не может служить основанием для изменения статуса Крыма. В результате возникло расхождение между фактическим российским управлением и международно признанной принадлежностью территории Украине. Для истории города этот рубеж означал переход к российским административным и правовым институтам при сохранении международного спора и непризнания аннексии. [55] Отдельное правовое измерение связано с защитой прав жителей. 25 июня 2024 года Большая палата Европейского суда по правам человека вынесла решение по межгосударственному делу «Украина против России (относительно Крыма)». Суд рассматривал Крым, включая Севастополь, как находившийся под эффективным контролем России с 27 февраля 2014 года в относящийся к делу период. Были установлены многочисленные нарушения Европейской конвенции, связанные, в частности, с преследованием оппонентов, ограничениями свободы выражения мнений, религии и образования. [56] Предметом этого разбирательства была ответственность государства за соблюдение прав человека, а не передача территориального суверенитета. Поэтому вывод об эффективном контроле описывает фактическую возможность осуществлять власть и отвечать за её действия. Он не равнозначен признанию российской принадлежности города. Различение фактического управления, внутреннего законодательства и международного статуса необходимо для точного описания последующего периода севастопольской истории. [56]

Современное положение

С 2014 года Российская Федерация осуществляет фактический контроль над Севастополем и включает его в свою административную систему как город федерального значения. Согласно законодательству Украины город сохраняет особый статус в её составе; в документах Генеральной Ассамблеи ООН и докладах Генерального секретаря он рассматривается как часть международно признанной территории Украины, находящаяся под российской оккупацией. Эти документы различают фактическое управление и международно-правовое положение территории. [2]

Культура и историческая память

Театр

Театральная жизнь Севастополя складывалась вокруг местных трупп, антреприз и гастролей. Музей театра имени А. В. Луначарского прослеживает её от труппы Д. Д. Жураховского в 1842 году до театра «Ренессанс» и советского периода. В 1920 году по инициативе Л. В. Собинова «Ренессанс» получил имя Луначарского. Новое послевоенное здание возводилось в 1951–1957 годах; возвращение стационарной сцены стало частью восстановления общественной жизни города. [57] Сохранением театрального наследия занимались сами работники театра и горожане. Бывший директор Б. А. Горский собирал документы и памятные предметы при поддержке режиссёра Б. А. Бертельса; музей открылся 8 мая 1964 года. Его собрание включило афиши, программы, фотографии и личные вещи артистов. Среди них — лента, преподнесённая Ф. И. Шаляпину после благотворительного концерта с хором моряков в июле 1917 года. Такие предметы сохраняют историю городских встреч и культурных связей, которую невозможно восстановить только по перечням спектаклей и названиям учреждений. [57]

Владимирский собор и память об адмиралах

Владимирский собор на Городском холме соединяет религиозную историю и память о флоте. Первоначальный проект К. А. Тона предполагал строительство в Херсонесе; по предложению М. П. Лазарева место перенесли в город. После смерти адмирала в 1851 году здесь устроили его погребение. Во время обороны 1854–1855 годов рядом похоронили В. А. Корнилова, В. И. Истомина и П. С. Нахимова. Проект позднее переработал А. А. Авдеев, а завершённый собор освятили в 1888 году. [58] В 1932 году храм закрыли; впоследствии его помещения использовались под мастерские и склады. Военные разрушения потребовали длительного восстановления. После передачи здания музею в 1973 году развивалась его мемориальная функция, а в 1991 году возобновились богослужения. В феврале 1992 года состоялось перезахоронение останков четырёх адмиралов. Собор на Городском холме следует отличать от Владимирского собора в Херсонесе: это разные здания с разной строительной историей, хотя оба посвящены князю Владимиру. [58]

Художественное собрание и его эвакуация

Севастопольская картинная галерея открылась 6 ноября 1927 года. Её собрание формировалось из нескольких источников: произведений, переданных из Государственного музейного фонда Москвы и Ленинграда в 1925 году, и коллекций, поступивших из Ялты. Последние включали вещи из национализированных дворцов и усадеб Южного берега Крыма. Поэтому городская галерея с самого начала представляла более широкий круг искусства, чем произведения, непосредственно посвящённые Севастополю. [59] Судьба коллекции в годы войны связана с директором Михаилом Павловичем Крошицким. В конце 1941 года художественные ценности вывезли из осаждённого города. Дорога через Кавказ и Среднюю Азию заняла больше года; 8 января 1943 года музейный груз прибыл в Томск. Перевозка в неприспособленных условиях угрожала сохранности полотен. После прибытия потребовались просушка, укрепление красочного слоя и устранение последствий сырости. Эту работу Крошицкий выполнял совместно с сотрудниками Томского краеведческого музея. [60] Сохранение собрания зависело, таким образом, и от эвакуации из зоны боёв, и от последующей реставрации в тылу. Возвращение художественных ценностей в Крым стало отдельной частью восстановления культурной жизни. В 1991 году Севастопольскому художественному музею присвоили имя Крошицкого, руководившего галереей в 1939–1958 годах. Увековечение его имени связывает историю учреждения с трудом людей, благодаря которым коллекция пережила войну. [59][60]

Панорама и художественная память об обороне

Панораму первой обороны создал художник Ф. А. Рубо по заказу 1901 года. Для неё на Историческом бульваре возвели специальное здание по проекту Ф.-О. И. Энберга при участии В. А. Фельдмана. Открытие состоялось 14 (27) мая 1905 года. Круговое полотно и предметный передний план должны были создавать у зрителя впечатление присутствия на поле боя; художественное произведение стало важной частью мемориального пространства города. [61] 25 июня 1942 года здание загорелось при бомбардировке и обстреле. Спасённые фрагменты холста вывезли на лидере «Ташкент». После войны специалисты решили не сшивать уцелевшие части с новой живописью, а использовать их как основу для воссоздания произведения на новом холсте. Работы вели художники под руководством В. Н. Яковлева и П. П. Соколова-Скали; одновременно восстанавливали здание и предметный план. Новое открытие состоялось 16 октября 1954 года. Различие между оригинальными фрагментами Рубо и послевоенным полотном принципиально для истории памятника и его реставрации. [61]

Археологический ландшафт и охрана наследия

В 2013 году древний Херсонес и участки его хоры были включены в Список всемирного наследия ЮНЕСКО. Объект состоит из шести компонентов: городища и сохранившихся фрагментов сельскохозяйственной округи. Его значение связано не только с отдельными зданиями. Направления городской сетки продолжались в размежевании полей, а каменные ограды, усадьбы и укрепления позволяют изучать хозяйство античного полиса в пространстве. [62] В оценке выдающейся универсальной ценности ЮНЕСКО особо отмечена уязвимость этого ландшафта перед городской застройкой. Археологические участки находятся внутри развивающегося города и рядом с современной инфраструктурой; охрана отдельных руин без сохранения их окружения не решает всей задачи. Состояние древних стен, подлинность материала и читаемость планировки имеют самостоятельное значение. Поэтому реставрацию памятника, создание музейной экспозиции и строительство новых объектов нельзя считать взаимозаменяемыми способами сохранения наследия. Эта проблема связывает историю Херсонеса с градостроительными решениями Севастополя. [62]

Связанные статьи

Материалы HistGlav

Примечания

  1. ↑ 1,0 1,1 Президентская библиотека. Президентская библиотека о 240-летней истории Севастополя.
  2. ↑ 2,0 2,1 United Nations. Situation of human rights in the temporarily occupied territories of Ukraine, including the Autonomous Republic of Crimea and the city of Sevastopol: report of the Secretary-General, 1 July – 31 December 2025. 26 June 2026.
  3. ↑ 3,0 3,1 3,2 3,3 3,4 3,5 3,6 В. Р-в. Севастополь // Энциклопедический словарь Брокгауза и Ефрона.
  4. ↑ 4,0 4,1 Музей-заповедник «Херсонес Таврический». История Херсонеса.
  5. ↑ 5,0 5,1 Гинькут Н. В. Крепость Чембало. Музей-заповедник «Херсонес Таврический». 15 марта 2020 года.
  6. ↑ 6,0 6,1 6,2 Музей обороны Севастополя. 243 года со дня основания Севастополя. 2026.
  7. ↑ Баранов А. Г., Гармашова Е. П., Лопатина Т. А., Пунга Д. В. Хозяйственная жизнь города Севастополя на рубеже XVIII–XIX веков // Экономическая политика. 2024. № 5. С. 186–211. DOI: 10.18288/1994-5124-2024-5-186-211. С. 193–194.
  8. ↑ Баранов А. Г., Гармашова Е. П., Лопатина Т. А., Пунга Д. В. Хозяйственная жизнь города Севастополя на рубеже XVIII–XIX веков // Экономическая политика. 2024. № 5. С. 186–211. DOI: 10.18288/1994-5124-2024-5-186-211. С. 194–200.
  9. ↑ 9,0 9,1 Семенова Н. Л. Севастополь как объект управления Российской империи в конце XVIII — начале XIX в. // Научный вестник Крыма. 2026. № 3 (62).
  10. ↑ 10,0 10,1 Барабанова К. С. Медицинская корпорация против эпидемии чумы в Севастополе в 1830 г.: экспертное знание и истоки недоверия к врачам // Вестник Томского государственного университета. История. 2023. № 85. С. 5–12. DOI: 10.17223/19988613/85/1.
  11. ↑ 11,0 11,1 Спиридонова И. К. 234 года со дня рождения адмирала Михаила Петровича Лазарева. Музей обороны Севастополя. 14 ноября 2022 года.
  12. ↑ 12,0 12,1 Ильичев А. В. Севастопольский гарнизон в первую половину XIX века: состав гарнизонных войск, военное управление, состояние оборонительных укреплений // Genesis: исторические исследования. 2025. № 2. С. 21–40. DOI: 10.25136/2409-868X.2025.2.70006.
  13. ↑ 13,0 13,1 Завгородняя О. А. Юбилей Севастопольской Морской библиотеки. Музей обороны Севастополя. 21 июня 2022 года.
  14. ↑ 14,0 14,1 14,2 Президентская библиотека. Началась героическая оборона Севастополя 1854–1855 гг.
  15. ↑ 15,0 15,1 Музей обороны Севастополя. 170 лет назад началась героическая оборона Севастополя 1854–1855 гг.
  16. ↑ 16,0 16,1 Пирогов Н. И. Отчёты о действиях сестёр Крестовоздвиженской общины, 1855–1856. Электронная публикация: «Война и милосердие», часть 4.
  17. ↑ 17,0 17,1 Дьяконова И. А. 150 лет со дня открытия движения по Лозово-Севастопольской железной дороге. Музей обороны Севастополя, 2025.
  18. ↑ 18,0 18,1 Дмитриев В. В. Трансформация системы управления Севастополем в XIX веке: от военного губернаторства к созданию градоначальства // Учёные записки КФУ. Исторические науки. 2026. Т. 12 (78). № 2. С. 4–15. DOI: 10.5281/zenodo.19812038.
  19. ↑ 19,0 19,1 Греки Балаклавы и Севастополя: сборник. М.: Индрик, 2013. Электронная публикация вводного исторического очерка.
  20. ↑ 20,0 20,1 20,2 Федерация еврейских общин России. Севастополь: исторические сведения.
  21. ↑ 21,0 21,1 Дьяконова И. А. 145 лет со времени ввода в действие в Севастополе водопровода, сооружённого после Крымской войны. Музей обороны Севастополя. 24 августа 2026 года.
  22. ↑ 22,0 22,1 Дьяконова И. А. История севастопольского трамвая. Часть 1.
  23. ↑ 23,0 23,1 Предприятие «Горсвет». История предприятия.
  24. ↑ 24,0 24,1 Стогний Ю. В. События Первой русской революции 1905 года. Музей обороны Севастополя, 2026.
  25. ↑ 25,0 25,1 Дьяконова И. А. День памяти российских воинов, погибших в Первой мировой войне 1914–1918 гг. Музей обороны Севастополя, 2022.
  26. ↑ Музей морского флота. 105-летие вступления в строй «Императрицы Марии». 2020.
  27. ↑ 27,0 27,1 Denisov D. Political evolution of the Sevastopol workers and the far left of ‘Southern Russia’ during the French intervention in 1918–1919 // Connexe. 2021. Vol. 7. P. 22–44. DOI: 10.5077/journals/connexe.2021.e532.
  28. ↑ 28,0 28,1 Цветков В. Ж. Проекты правительства Юга России по развитию городского самоуправления в Белом Крыму, октябрь–ноябрь 1920 г. // Вестник РУДН. Серия: История России. 2021. Т. 20. № 4. С. 517–530. DOI: 10.22363/2312-8674-2021-20-4-517-530.
  29. ↑ Радиограмма Реввоенсовета 1-й Конной армии. 16 ноября 1920 года. ЦГАСА. Ф. 101. Оп. 1. Д. 35. Л. 41. Электронная библиотека исторических документов.
  30. ↑ 30,0 30,1 Соколов Д. В. Попытки противодействия красному террору в Крыму в 1920–1921 гг. 2017.
  31. ↑ Баранов А. Г., Гармашова Е. П., Лопатина Т. А., Пунга Д. В. Экономика Севастополя в 1920-е гг.: от политики «военного коммунизма» к нэпу // Вопросы теоретической экономики. 2025. № 1. С. 167–184. С. 169–172.
  32. ↑ 32,0 32,1 Баранов А. Г., Гармашова Е. П., Лопатина Т. А., Пунга Д. В. Экономика Севастополя в 1920-е гг.: от политики «военного коммунизма» к нэпу // Вопросы теоретической экономики. 2025. № 1. С. 167–184.
  33. ↑ 33,0 33,1 Соколов Д. Севастополь во время голода 1921–1923 гг. 30 сентября 2014 года.
  34. ↑ 34,0 34,1 34,2 РНФ. Проект № 24-28-00148 «Экономическая история Севастополя». Отчётные материалы: результаты исследования судостроения и судоремонта, 2025.
  35. ↑ 35,0 35,1 30-я береговая батарея. Военно-исторический музей фортификационных сооружений.
  36. ↑ 36,0 36,1 36,2 Музей обороны Севастополя. 81 год со дня окончания 250-дневной героической обороны Севастополя.
  37. ↑ 37,0 37,1 37,2 Музей обороны Севастополя. 80 лет с начала работ по восстановлению Севастополя.
  38. ↑ 38,0 38,1 38,2 Президентская библиотека. Советскими войсками освобождён Севастополь.
  39. ↑ 39,0 39,1 Баранов А. Г., Гармашова Е. П., Дмитриева В. В., Митус А. А. Хозяйственная жизнь г. Севастополя в период второй обороны (1941–1942 гг.) // Манускрипт. 2021. Т. 14. Вып. 7. С. 1297–1304. DOI: 10.30853/mns210239.
  40. ↑ 40,0 40,1 История батареи. Музейный историко-мемориальный комплекс «35-я береговая батарея».
  41. ↑ 41,0 41,1 Иванов В. А. Борьба советских военнопленных с нацистскими оккупантами в Севастополе в 1943–1944 годах // Вестник САФУ. Серия: Гуманитарные и социальные науки. 2024. № 1. С. 5–16. DOI: 10.37482/2687-1505-V317.
  42. ↑ 42,0 42,1 Музей обороны Севастополя. Мемориальный комплекс «Сапун-гора».
  43. ↑ 43,0 43,1 Агишева И. Ю. Символы Победы. К вопросу о штурмовых флагах и знамёнах, установленных в Севастополе в мае 1944 г. Музей обороны Севастополя.
  44. ↑ Телеграмма Л. П. Берии И. В. Сталину о начале операции по выселению крымских татар. 18 мая 1944 года. Электронный архив Фонда А. Н. Яковлева.
  45. ↑ 45,0 45,1 РНФ. Проект № 24-28-20142 «Восстановление и развитие социальной и экономической инфраструктуры Севастополя в 1944–1965 гг.». Отчётные материалы: результаты исследования, 2024–2025.
  46. ↑ Цысь В. В. Особая строительно-монтажная часть «Севастопольстрой» на восстановительных работах в Крыму в 1944–1945 гг. // Военно-исторический журнал.
  47. ↑ 47,0 47,1 Верменич Я. В., Вортман Д. Я. Севастополь // Енциклопедія історії України. Т. 9. 2012.
  48. ↑ 48,0 48,1 48,2 Богаткевич Т. А. Деятельность государственных органов по укреплению и развитию главной военно-морской базы Черноморского флота — г. Севастополя в 1963–1991 годах // Знание. Понимание. Умение. 2010. № 6.
  49. ↑ 49,0 49,1 Заєць С. П. Атлантика // Енциклопедія Сучасної України. 2001.
  50. ↑ Морской гидрофизический институт РАН. История института.
  51. ↑ Институт биологии южных морей имени А. О. Ковалевского РАН. История ИнБЮМ.
  52. ↑ 52,0 52,1 Краткая историческая справка по кафедре РТ Севастопольского государственного университета.
  53. ↑ 53,0 53,1 Конституция Украины. Статья 133. Официальная публикация Верховной рады Украины.
  54. ↑ 54,0 54,1 Соглашение между Российской Федерацией и Украиной о статусе и условиях пребывания Черноморского флота Российской Федерации на территории Украины. Киев, 28 мая 1997 года.
  55. ↑ 55,0 55,1 Human Rights Watch. Права в условиях оккупации: нарушения прав человека в Крыму. 17 ноября 2014 года.
  56. ↑ 56,0 56,1 European Court of Human Rights. Grand Chamber judgment: multiple violations in case brought by Ukraine against Russia concerning Crimea. 25 June 2024.
  57. ↑ 57,0 57,1 Музей театра. Севастопольский академический русский драматический театр имени А. В. Луначарского.
  58. ↑ 58,0 58,1 Собор Св. князя Владимира — усыпальница адмиралов. Музей обороны Севастополя.
  59. ↑ 59,0 59,1 Севастопольский художественный музей. Платформа «Артефакт» Министерства культуры Российской Федерации.
  60. ↑ 60,0 60,1 Доровенчик Е. И. Из Крыма — в Томск. Военные истории. Томский областной краеведческий музей.
  61. ↑ 61,0 61,1 Горбачева А. Ю. 16 октября 1954 г. была открыта воссозданная панорама «Оборона Севастополя 1854–1855 годов». Музей обороны Севастополя, 2024.
  62. ↑ 62,0 62,1 UNESCO World Heritage Centre. Ancient City of Tauric Chersonese and its Chora. № 1411.

Источники и литература

Источник — https://wiki.histglav.ru/index.php?title=Севастополь&oldid=15249