Банник

Банник

Банник в комплекте принадлежностей британской двухфунтовой морской пушки XVIII века. Музейная демонстрация в крепости Доброй Надежды, 2015 год.

Тип

орудийная принадлежность

Период

XVIII - первая половина XIX века

Банник — артиллерийская принадлежность для очистки канала ствола после выстрела и удаления или гашения тлеющих остатков пороха и картуза перед новым заряжанием. В корабельной артиллерии банение было одним из критически важных действий повторного цикла стрельбы: новый пороховой заряд нельзя было безопасно вводить в ствол, пока в каморе могли сохраняться искры.

Название обозначало прежде всего функцию рабочей части, а не одну неизменную конструкцию. Банник мог находиться на длинном деревянном древке или на гибком основании; материал и форма рабочей части, её диаметр и сочетание с прибойником зависели от периода, флота, калибра орудия и конкретного наставления. Поэтому иностранный музейный образец или позднейшее руководство нельзя автоматически выдавать за штатный русский банник начала XVIII века.

Для русского флота петровской эпохи назначение банника необходимо рассматривать вместе с морской артиллерийской экзерцицией — установленным порядком действий орудийного расчёта. Русская экзерциция документирована с 1718 года, а её сопоставление с более подробными текстами середины XVIII века позволяет реконструировать устойчивую последовательность операций.

Зачем банить орудие

После выстрела внутри ствола оставались продукты горения пороха, частицы пыжей или оболочки заряда и, что особенно опасно, тлеющие остатки. Если новый пороховой заряд попадал на сохранявшийся очаг огня, он мог вспыхнуть до завершения заряжания. Для расчёта, часть людей которого в этот момент находилась непосредственно у дула, такое воспламенение было чрезвычайно опасно.

Банник решал две связанные задачи: очищал канал и уменьшал вероятность сохранения огня в каморе. Уильям Фалконер в морском словаре 1769 года прямо определял корабельный spunge как инструмент для очистки орудия после выстрела и тушения остающихся искр.

Это не означает, что британский порядок 1769 года можно без поправок переносить на русский флот Петра I. Но сама функция банения подтверждается разными европейскими артиллерийскими традициями и соответствует логике русского порядка повторного заряжания.

Место в цикле выстрела

Банение происходило после выстрела и возвращения орудия внутрь корабля для обслуживания. В разных экзерцициях порядок отдельных команд и степень подробности записи различаются, но принцип остаётся понятным: до помещения свежего пороха расчёт должен был убедиться, что канал ствола приведён в безопасное состояние.

В развёрнутой британской экзерциции, опубликованной Фалконером, после выстрела запальное отверстие закрывали, чтобы задушить возможный огонь в каморе, затем по команде Spunge your gun банник вводили до дна канала и проворачивали. После извлечения рабочую часть ударяли о наружную сторону дула, стряхивая остатки, и инструмент разворачивали другим концом для дальнейшего заряжания. Это ценное описание механики операции, но оно относится к британскому флоту середины XVIII века.

Русская инструкция Ф. М. Апраксина 1718 года значительно короче. Современное исследование показывает, что краткость раннего текста нельзя трактовать как отсутствие тех действий, которые более поздний источник описывает подробно. Сравнение экзерциции 1718 года с русским текстом конца 1740-х годов выявило сохранение общей системы при различной степени детализации записи.

Именно поэтому реконструкция банения строится не на одном слове или одной картинке, а на сопоставлении последовательности команд, перечней принадлежностей, иностранных аналогов и материальных свидетельств.

Устройство

В наиболее простой форме банник состоит из рабочей головки и длинного основания, позволяющего провести головку по всей длине канала до казённой части. Диаметр должен соответствовать орудию: слишком маленькая головка плохо очищает стенки, а слишком большая затрудняет работу и может застревать.

Рабочая часть должна была одновременно собирать загрязнение и контактировать со стенками канала. Конструкция менялась. Фалконер показывает и описывает несколько британских вариантов: один с рабочей частью из овчины, другой — из жёсткой свиной щетины. Эти материалы нельзя объявлять обязательными для русского флота, но они демонстрируют реальное разнообразие решений XVIII века.

Древко или гибкое основание также зависело от условий применения. Береговая пушка имела вокруг себя больше свободного места; корабельное орудие стояло у борта, и расстояние от дула, втянутого внутрь после выстрела, до противоположной части батарейной палубы было ограничено.

= Банник на деревянном древке

Длинное жёсткое древко — наиболее очевидная конструкция. Оно хорошо передаёт усилие, удобно для вращения рабочей части в канале и позволяет артиллеристу контролировать положение банника. Подобные длиннодревковые инструменты известны по европейским артиллерийским руководствам XVII–XVIII веков.

В книге Даниэля Грундэля Nödig underrättelse om artilleriet till lands och siös 1705 года помещены подробные гравированные таблицы с артиллерийской принадлежностью и работой прислуги. Таблица VII используется в этой статье как шведский источник, близкий по времени к становлению русского регулярного флота, но не как прямое изображение русской батареи.

Для большого корабельного орудия длина деревянного древка могла создавать проблему: чтобы завести его в ствол, расчёту требовалось пространство перед дулом. Если порт закрывали или орудие втягивали глубже в батарею, жёсткое древко становилось менее удобным.

= Банник на канате

Один из характерных способов приспособить банник к тесной корабельной батарее — гибкое основание. Фалконер описывал британский корабельный вариант, в котором вместо обычного длинного деревянного древка применялся кусок каната, сильно обмотанный каболкой. На другом конце такого гибкого инструмента находился прибойник. Благодаря гибкости расчёт мог заряжать орудие внутри корпуса и не выставлять человека с длинным древком за порт под огонь противника.

Этот источник важен прежде всего как объяснение инженерной логики. Гибкость нужна не потому, что канат «лучше дерева» вообще, а потому, что корабельное пространство ограничено. В разных флотах и периодах могли применяться жёсткие, гибкие и комбинированные решения.

В материалах проекта «История. Главное» по артиллерии петровского флота отдельно показывается различие банника на шесте и банника на канате и обсуждается их использование при открытом и закрытом орудийном порте. Этот опыт полезен для визуальной реконструкции, но датировку и штатность каждого варианта необходимо подтверждать нормативным или вещественным источником.

Банник и прибойник

Прибойник — инструмент для досылания порохового заряда, пыжа и снаряда к казённой части. Его функция противоположна функции банника: банник очищает канал, прибойник вводит и уплотняет элементы нового заряда.

На практике две рабочие части могли объединяться на противоположных концах одного основания. Фалконер прямо описывал корабельный гибкий инструмент, у которого банник находился на одном конце, а прибойник — на другом. Такое решение экономило место и позволяло после очистки быстро перейти к следующей операции.

Однако двусторонность нельзя автоматически приписывать каждому баннику. Изображения и тексты фиксируют различные комплекты принадлежностей. Название и описание принадлежности в русских ведомостях зависели от корабля и калибра.

Рабочая часть и вода

В популярном описании банник часто представляют как «мокрую швабру». Такое определение слишком упрощает реальную практику. Увлажнение действительно позволяло эффективнее гасить тлеющие остатки, но количество воды, материал головки и порядок её применения зависели от наставления и условий.

Избыточная вода внутри канала также нежелательна: она могла увлажнить новый пороховой заряд. Поэтому задача состояла не в том, чтобы «залить ствол», а в контролируемом удалении продуктов выстрела и огня. Если источник говорит только о банении, нельзя автоматически дорисовывать конкретный способ смачивания.

Фалконер при описании операции делает акцент на введении банника до конца канала, его вращении и удалении остающихся искр и частиц. Материал головки — овчина или щетина — также показывает, что функция могла обеспечиваться не одной конструкцией.

Для русской практики XVIII века вопрос о сухом или влажном банении следует решать по конкретному периоду. Позднейшая русская инструкция XIX века может помочь понять техническую логику, но не должна задним числом превращаться в норму 1718 года.

Размер и соответствие калибру

Артиллерийская принадлежность не была набором предметов «одного размера на все пушки». Рабочая часть банника должна была соответствовать диаметру канала конкретного орудия. На корабле, где одновременно стояли пушки нескольких калибров, это создавало практическую проблему хранения и быстрого выбора нужного инструмента.

Нормативные перечни и ведомости поэтому важны не меньше изображений. Они позволяют выяснить, сколько принадлежностей полагалось кораблю и к каким орудиям они относились. «Устав морской» 1720 года является базовым нормативным корпусом по организации русского флота петровского времени.

При современной реконструкции диаметр головки нельзя выбирать только по удобству работы. Если известны размеры канала и исторический норматив принадлежности, они имеют приоритет. Если такой документ не найден, размер должен маркироваться как реконструкторское решение.

Работа расчёта

Банение — не индивидуальная операция одного человека, изолированная от остальных. Пока один номер работал банником, другие управляли орудием, талями, запальным отверстием, готовили новый заряд и обеспечивали безопасную передачу боеприпаса.

Особенно важна координация с человеком у запального отверстия. После выстрела через него мог поступать воздух, поддерживающий тление в каморе. В ряде европейских экзерциций отверстие закрывали во время очистки. Такая операция показывает, что безопасность достигалась совместным действием нескольких номеров расчёта, а не только качеством банника.

Из этого следует и причина формализации экзерциции. При многократной стрельбе в дыму, шуме и качке последовательность должна была выполняться автоматически. Пропуск очистки или преждевременная подача нового заряда создавали риск для всего расчёта.

Петровская русская экзерциция

Инструкция «О экзерциции. Как надлежит обучать пушкарей морского флота на батарее и на корабле стрельбою пушечною...» была введена Ф. М. Апраксиным в 1718 году. К. Б. Назаренко сопоставил её с более подробным русским текстом конца 1740-х годов и показал, что на флоте по меньшей мере от 1718 года до середины XVIII века сохранялась одна и та же основа артиллерийской экзерциции.

Это имеет прямое значение для истории банника. Если поздний подробный текст раскрывает действие, которое ранний перечисляет сокращённо или предполагает известным, различие формулировок не обязательно означает изменение самой техники.

В исследовании 2024 года экзерциции XVIII века рассматриваются как система, где заимствования, практическая традиция и письменная фиксация взаимодействовали между собой. Развитие нельзя изображать простой лестницей от «примитивного» раннего порядка к «современному» позднему: часть новых подробностей появлялась на бумаге потому, что ранее очевидные действия начали записывать подробнее.

Шведский источник и русская практика

Книга Грундэля 1705 года особенно важна для визуальной реконструкции принадлежности начала XVIII века. Она содержит десять гравированных таблиц и подробно показывает артиллерийские инструменты. Но использовать её следует аккуратно: перед нами шведское руководство, а не русский устав.

Ценность Грундэля усиливается тем, что современное исследование выявило шведские корни ряда элементов русской морской артиллерийской экзерциции петровского времени. Это делает сравнение предметов и действий методически оправданным, но не превращает каждую деталь шведской гравюры в доказанный русский стандарт.

Поэтому подпись к иллюстрации в статье прямо указывает: изображены шведские артиллеристы. Такая атрибуция важнее визуальной похожести.

Банение при закрытом порте

Одна из специфических корабельных проблем — возможность обслуживать пушку, не выставляя людей наружу. Если деревянное древко длиннее доступного пространства между дулом втянутого орудия и противоположной стороной палубы, расчёту приходится либо открывать порт и выводить часть инструмента наружу, либо использовать более гибкую конструкцию.

Фалконер прямо объяснял применение гибкого канатного банника стремлением заряжать внутри корабля и укрывать человека от неприятельского ружейного огня. Это один из редких источников, где форма принадлежности связана не просто с традицией, а с конкретной тактической задачей.

Для русского флота наличие именно такого решения в конкретную дату должно подтверждаться отдельно. Но как общеевропейская техническая проблема эта связь позволяет понять, почему корабельный банник мог отличаться от сухопутного.

Ошибки при реконструкции

Наиболее частая ошибка — взять известный банник британского линейного корабля второй половины XVIII века и перенести его на русский корабль 1710-х годов. Между такими примерами десятилетия развития, разные флоты и разные нормативные традиции.

Вторая ошибка — считать любое длинное древко на гравюре банником. Артиллерийская прислуга использовала прибойники, шуфлы, черпаки, ручные рычаги и другие инструменты. Идентификация должна учитывать форму рабочей части и контекст изображения.

Третья ошибка — считать современную действующую реконструкцию самостоятельным доказательством. Эксперимент может показать, что инструмент определённой длины неудобен в батарее или что гибкий банник действительно легче вводить в ствол при закрытом порте. Но историческое существование именно такого предмета доказывается письменным, изобразительным или вещественным источником.

Четвёртая ошибка — свести банение только к «протиранию грязи». Главная опасность при повторном заряжании — сохраняющийся огонь. Именно поэтому очистка является частью безопасного цикла стрельбы.

Что реконструируется надёжно

Достаточно хорошо подтверждаются:

• назначение банника для очистки канала после выстрела и удаления или гашения остатков огня;
• необходимость проводить рабочую часть до казённой части ствола;
• связь размера головки с калибром;
• существование разных материалов рабочей части;
• наличие длиннодревковых и, по крайней мере в европейской корабельной практике, гибких вариантов;
• возможность совмещать банник и прибойник на одном инструменте;
• включённость банения в формализованный порядок работы орудийного расчёта.

Требуют отдельного доказательства для русского корабля конкретного года:

• точный материал рабочей части;
• степень её увлажнения;
• длина древка или каната;
• обязательность двусторонней конструкции;
• место хранения у орудия;
• количество банников на конкретный комплект пушек;
• способ маркировки и окраски принадлежности.

Различие между общей функцией и датированной конструкцией не позволяет принимать иностранный аналог за установленный русский образец.

Банник в русском руководстве 1841 года

В «Практической морской артиллерии» А. В. Ильина банник определён как круглая щетинная щётка на деревянном древке или канатном штоке. Щетина закреплялась в деревянной колодке. Автор прямо связывал назначение инструмента с очисткой канала и каморы и гашением оставшихся после выстрела искр. Тем самым для русского руководства 1841 года подтверждается щетинная рабочая часть; европейские образцы с овчиной относятся к другим описаниям и не заменяют этого свидетельства.

Оба вида основания присутствуют и в приведённой Ильиным ведомости основных единиц артиллерийского штата. Банники и прибойники на деревянных древках полагались по одному на каждое орудие, а на канатных штоках - по одному на каждые два орудия. Это различие характеризует норму снабжения, изложенную в книге, а не фактическую сохранность имущества на отдельном корабле.

При хранении Ильин также различал эти принадлежности. В закрытых батарейных помещениях длиннодревковые банники и прибойники размещались на крючьях над своими орудиями, вдоль бимсов и между ними. Принадлежности на канатных штоках подвешивались справа от орудия между портами либо размещались там, откуда их можно было быстро принести. Эти сведения дополняют описание комплектования и хранения орудийной принадлежности и относятся к практике, представленной в источнике 1841 года.

Щетина, стоимость и качество изготовления

Выбор щетины, сравнение её стоимости и причины брака банников. Ильин, 1841, с. 192.

В разделе об изготовлении банников Ильин связывал качество щётки с упругостью и длиной щетины. Жёсткая щетина, продававшаяся под названием «скатка», и дорогой сорт «первой руки» плохо подходили для этой работы, особенно при малом калибре. Автор объяснял, что слишком жёсткая щётка с трудом входила в канал, а уменьшение её диаметра оставляло зазор. Предпочтение он отдавал сушной щетине и щетине «второй руки».

Выбор имел и хозяйственный смысл. По приведённому в книге сравнению сушная щетина обычно стоила вдвое дешевле сорта «первой руки», а щетина «второй руки» - вчетверо. Более длинную сушную щетину использовали для банников бомбовых пушек и других крупных орудий; для щёток с меньшей длиной волоса над колодкой подходил второй из названных сортов. Пригодность материала определялась задачей: более дорогая щетина могла оказаться менее удобной именно для банника.

Отдельно Ильин разбирал причины редкой и неравномерной насадки. Количество щетины на банник каждого калибра было определено штатом, однако готовые щётки иногда имели большие просветы. Автор связывал это с неравномерным расположением отверстий в колодке и потерей целых волосков при работе. Обрезки он считал неизбежным расходом, а утрату целого волоса - следствием недостаточно аккуратного изготовления.

Для повторяемости работы в мастерской применялись простые приспособления. Наколка представляла собой железный полуколпак с отверстиями, который накладывали на колодку для разметки. Равенство пучков щетины проверяли по гнезду в железном бруске. Ильин отмечал, что до появления наколки правильное расположение отверстий затрудняло даже опытного мастерового. Эти подробности раскрывают место банника в работе артиллерийской мастерской: качество зависело от подходящего сырья, точности разметки и одинаковой плотности щётки.

Банник как часть артиллерийской системы

Банник наглядно показывает, почему корабельную артиллерию нельзя описывать только через калибр и число пушек. После каждого выстрела орудие надо было удержать брюком, втянуть или обслужить у порта, обезопасить запальное отверстие, очистить, заново зарядить, навести и выкатить. Скорострельность зависела от согласованности всей этой цепочки.

Поэтому даже сравнительно простой инструмент воздействовал на боеспособность батареи. Недостающий или повреждённый банник мог затормозить работу орудия; неправильное банение создавало угрозу преждевременного воспламенения. Нормирование мелкой принадлежности в корабельных ведомостях было столь же закономерно, как учёт ядер и пороха.

Этим объясняется и исследовательская ценность банника. По его конструкции можно изучать организацию пространства батареи, отношение к безопасности, способы передачи профессионального навыка и адаптацию сухопутной артиллерийской техники к корабельным условиям.

Источники и визуальная реконструкция

Для русского материала ключевую основу составляют «Устав морской» 1720 года, ранняя экзерциция 1718 года и связанные с ней русские документы середины XVIII века. Современные работы К. Б. Назаренко позволяют сопоставлять эти тексты и прослеживать происхождение и эволюцию порядка действий.

Гравюры из шведского труда Грундэля 1705 года показывают ранние образцы артиллерийской принадлежности и работу прислуги. Британский Фалконер 1769 года ценен подробным объяснением функций банника, материалов его головки, гибкого корабельного основания и конкретной последовательности банения. Вместе эти источники позволяют показать не одну «вечную» конструкцию, а диапазон технических решений.

Датированные изображения и подлинные предметы позволяют проверить конструкцию инструмента. Современная реконструкция показывает, как он помещается в пространстве батареи, но сама по себе не подтверждает его историческую атрибуцию.

Связанные статьи

Орудийная принадлежность на парусном корабле · Заряжание корабельного орудия XVIII века · Пушечный расчёт парусного корабля · Прибойник · Шуфла · Пальник

Материалы проекта«История. Главное»

ВидеоАртиллерия петровского флота. Часть 1: пушки и принадлежность | Кирилл Назаренко и Борис МегорскийУстройство и назначение банника в составе орудийной принадлежности

ВидеоАртиллерия петровского флота. Часть 2: заряжание и пальба | Кирилл Назаренко и Борис МегорскийБанение в последовательности работы расчёта