Перейти к содержанию

Русский военный костюм 1700–1725 годов

Материал из Энциклопедия История. Главное
Русский военный костюм 1700–1725 годов
Русские войска при Петре I. Цветная таблица Рихарда Кнётеля,1890; позднейшая историческая реконструкция.
Русские войска при Петре I. Цветная таблица Рихарда Кнётеля,1890; позднейшая историческая реконструкция.

Одежда, обувь, головные уборы и знаки различия русских сухопутных войск первой четверти XVIII века.

Область
история костюма; военная история
Период
1700–1725 годы

Русский военный костюм 1700–1725 годов — одежда и внешние знаки принадлежности к русским сухопутным войскам в период Северной войны и реформ Петра I. В это время государство стремилось снабжать регулярные части одеждой установленного покроя и цветов, однако единообразие оставалось относительным: документы фиксируют нехватку сукна, донашивание старых вещей, различия между поставками и изменения образцов.[1]

Поэтому «мундир солдата Петра I» нельзя сводить к одному неизменному комплекту на все двадцать пять лет. Корректная реконструкция должна быть привязана к роду войск, полку, дате и конкретному источнику.

Как изучают петровский мундир

Сведения о военном костюме содержатся в указах, полковых ведомостях, контрактах на поставку сукна, описях имущества, счетах, портретах и изображениях современников. Каждый вид источников имеет ограничения. Нормативный текст показывает требование, но не доказывает его немедленное исполнение; парадный портрет подчёркивает статус модели; ведомость отражает состояние только одной части в определённый момент.

Большую роль в историографии сыграло многотомное «Историческое описание одежды и вооружения российских войск», подготовленное в XIX веке под руководством Александра Васильевича Висковатова. Это фундаментальный свод, но его рисунки являются позднейшими реконструкциями и должны проверяться по документам Петровской эпохи.[2]

Истории работы художников и литографов над этим сводом посвящён доклад Анны Метелкиной, опубликованный в проекте «История. Главное».[3]

Современные исследования уточняют привычный образ по заново прочитанным иностранным описаниям и полковым материалам. Например, перевод свидетельства Иоганна Георга Корба и австрийского дипломата Отто Плейера позволяет обсуждать ранний костюм гвардии, но не заменяет сведений о других полках.[4]

От венгерского платья к немецкому мундиру

До распространения западноевропейского мундира ранняя петровская пехота носила одежду, которую источники называли венгерской. Сергей Игоревич Шаменков посвятил ей исследования 2012 и 2013 годов, предложив вариант реконструкции по письменным и вещественным свидетельствам. Его реконструкция является исследовательским объяснением кроя, а не сохранившимся обязательным образцом для каждого полка.[5]

В письме 10 января 1700 года австрийский дипломат Отто Плейер описывал царский полк в тёмно-зелёной одежде с красными сапогами и шапками; офицерские венгерские ментики имели золотые петлицы и пуговицы. Борис Вадимович Мегорский сопоставил это свидетельство с позднейшими описаниями и уточнил переводы терминов. Оно относится к наблюдавшемуся полку и не устанавливает одинаковую форму всей армии.[4]

Названия немецкого и французского платья могли относиться к одному переходу к западноевропейскому покрою. Распоряжение из Орешка 17 октября 1702 года требовало изготовить французское платье для пятисот солдат Преображенского и Семёновского полков. Корнелий де Бруин, описывая московский парад декабря того же года, называл новое платье немецким. По его рассказу, часть другого полка ещё была одета по-русски: новый комплект не успели сшить. Свидетельства показывают постепенное переодевание, а не мгновенную замену всей армейской одежды.[4]

Основу комплекта западноевропейского покроя составляли кафтан, камзол, штаны до колен, чулки, башмаки или сапоги и головной убор.

Кафтан имел длинные полы, рукава с обшлагами и застёгивался на ряд пуговиц. Под ним носили более короткий камзол. Отвороты, подкладка, обшлага и чулки позволяли использовать контрастные цвета, делавшие подразделение различимым. Однако цветовые нормы и качество ткани менялись, а выцветание сукна заметно отличало реально ношенную вещь от современной реконструкции.

Пошив венгерского платья и образец 1700 года

По сведениям, приведённым Сергеем Шаменковым, в мае 1700 года на Генеральном дворе в Преображенском изготовили образцовый венгерский кафтан. В зависимости от сорта сукна на него расходовали пять или восемь аршин ткани; отделка включала 39¼ аршина жёлтого шерстяного шнура и двадцать пуговиц. Вместе с кафтаном выдавали шапку с красным верхом, обувь, чулки и серый кафтан для повседневного ношения. Это описание конкретного образца и набора выдаваемых вещей, а не доказательство одинаковой комплектности всех полков.[6]

В документах о полках, сформированных весной 1700 года, перечислены разные цвета нового платья: тёмно-зелёный, голубой, красный, зелёный и вишнёвый. Шаменков подчёркивает, что получение новых комплектов всеми указанными частями не установлено. Снабжение даточных солдат первоначально возлагалось на предоставлявших их помещиков, тогда как набранные из вольных людей получали одежду от казны.[6]

Спорная атрибуция сохранившихся кафтанов

В исследованиях раннего мундира использовались красный и зелёный кафтаны из Королевской оружейной палаты в Стокгольме (Livrustkammaren), традиционно связывавшиеся с нарвскими трофеями. В статье 2013 года Шаменков оспаривал их использование как бесспорных образцов одежды русской пехоты. Он указывал на неясное происхождение вещей, сходство красного кафтана с польским костюмом и небольшие размеры обоих предметов. Предположение об одежде подростка остаётся его интерпретацией размеров, а не установленной биографией владельца.[7]

Зелёный кафтан исследователь всё же использовал для сопоставления венгерского покроя, с оговорками о датировке и происхождении. Сохранившаяся вещь позволяет изучать швы, застёжку и отделку; её принадлежность определённому полку и сражению требует самостоятельного подтверждения. Поэтому польский или венгерский характер кроя нельзя автоматически приравнивать к доказанной службе владельца в русской армии.[7]

Пехотный мундир

С русской пехотой Петровской эпохи прежде всего связывают зелёный кафтан с красными деталями. Этот образ основан на совокупности документов и изображений, но не должен превращаться в утверждение о полном единообразии всех частей с первого дня войны. Полки, сформированные в разное время и получавшие вещи из разных партий, могли различаться оттенками, покроем и комплектностью.

Шляпа с полями постепенно приобрела треугольную форму, однако термин «треуголка» удобен прежде всего для современного описания. Гренадерские части носили специальные шапки, различавшиеся материалом, конструкцией и отделкой.[8] Их конструкция менялась, и позднейшие высокие митры нельзя переносить на начало Северной войны.

Нижнюю часть комплекта составляли штаны до колен и чулки. Обувь зависела от поставок и условий службы: наряду с башмаками использовались сапоги, а в походе нормативный комплект дополнялся или заменялся доступными вещами. Портупея, патронная сума и перевязи были одновременно частью снаряжения и внешнего облика солдата.

Офицеры и знаки различия

Офицерская одежда могла отличаться от одежды рядовых не только качеством сукна и отделкой, но и цветами. В гвардии полковое цветовое сочетание выдерживалось последовательнее, чем в армейских частях.[9] Галун, более дорогие пуговицы, шарф и горжет обозначали статус. Горжет происходил от элемента защитного вооружения и превратился в офицерский знак, носившийся у шеи и на груди.

Форма не была единственным способом распознать командира. Его положение обозначали древковое оружие, место в строю, слуги и особенности конского снаряжения. Чёткая позднейшая система погон и эполет в Петровскую эпоху ещё не существовала.

Гвардия, кавалерия и специальные части

Преображенский и Семёновский полки имели особое положение и лучше документированы, чем многие армейские части. Их костюм часто используют как образ всей петровской армии, что методически неверно. Гвардейские источники позволяют подробно изучать отдельные элементы, но не гарантируют их одновременное наличие в провинциальном или недавно сформированном полку.

Костюм драгун учитывал конную службу. Важную роль играли сапоги, ремни, перевязи и верхняя одежда, не мешавшая посадке. Артиллерийские вещи сохраняли общий покрой армии при отдельных сочетаниях цветов и головных уборов. Для бомбардиров описано собственное снаряжение; этот комплект не следует распространять на всех инженерных и понтонных служащих.[10]

Снабжение и срок службы вещей

Обмундирование производилось из больших партий сукна и других материалов, закупавшихся казной или подрядчиками. Между утверждением нормы и появлением вещи на солдате проходило время: требовались производство ткани, окраска, доставка, раскрой и пошив. Вещи выдавались на установленный срок и после износа заменялись, но в кампании полки могли донашивать прежнее имущество.

Это объясняет, почему переход к новому покрою или детали нельзя датировать только одним указом. В армии одновременно существовали вещи предыдущей выдачи, новые поставки и местные замены. Архивная фраза о присылке сукна иногда сообщает о реальном виде полка больше, чем поздний парадный рисунок.

Детали кафтана, камзола и епанчи

В своде Висковатова кафтан западноевропейского покроя описан как однобортная одежда до колен. У раннего варианта вместо отложного воротника была узкая обшивка вокруг шеи. Широкие обшлага завершали рукава, из-под которых показывались сборки рубахи. Ниже пояса располагались разрезы: сзади и по бокам; около боковых разрезов ткань собиралась в складки. Такая конструкция отличалась от длиннополой одежды русского покроя не одним укороченным подолом, а сочетанием рукавов, застёжки, пол и карманов.[11]

Карман помещался в передней части полы ниже пояса и закрывался суконным клапаном. Висковатов описывал ранний клапан с пятью зубцами; число пуговиц по борту зависело от роста человека. Красная каразейная подкладка, красная оторочка петель и медные пуговицы дополняли описанный им преображенский кафтан. У левого плеча находился гарусный шнур, застёгивавшийся у шеи на обтяжную пуговицу: он удерживал перевязь патронной сумы. Это небольшая, но функциональная деталь, связывавшая одежду с носимым поверх неё снаряжением.[11]

Камзол в том же описании был теснее и короче кафтана, имел меньшие пуговицы и не имел широких обшлагов. Его длина ещё заметно отличалась от короткого жилета позднейшей эпохи. При расстёгнутом кафтане камзол прикрывал грудь; поэтому на историческом изображении видимые передние части этих двух вещей могут иметь разные цвета. Окраска камзола не позволяет сама по себе установить цвет всей верхней одежды.[11]

Короткие штаны доходили ниже колен и застёгивались небольшими пуговицами по бокам. Ногу ниже их края закрывал чулок. Галстук представлял собой отдельную принадлежность комплекта: в раннем преображенском описании он сделан из чёрного трипа, завязан спереди, а концы опущены на камзол. Современное изображение с высоким сплошным воротником не передаёт автоматически эту конструкцию. Рубаха, галстук, камзол и кафтан образовывали несколько слоёв, каждый со своей застёжкой.[11]

Для непогоды служила епанча — суконная верхняя одежда без рукавов. У описанного преображенского варианта она застёгивалась возле шеи медным крючком с петлёй, имела небольшой отложной и широкий висячий воротники и каразейную подкладку. Висковатов оценивал эту епанчу как узкую и недостаточно защищавшую от дождя и холода. Его замечание относится к описанному предмету: оно не устанавливает одинаковую степень защиты у всех плащей армии и не заменяет сведений о дополнительных походных вещах.[11]

В начале XVIII века название «кафтан» могло обозначать и русскую, и венгерскую, и западноевропейскую одежду. Для определения вещи нужны сопровождающие признаки: назначение, ткань, длина, подкладка, застёжка, дата и принадлежность владельца. Слово в ведомости не следует автоматически заменять современным «мундиром» в узком смысле одного верхнего предмета. В табелях, напротив, мундир мог означать весь положенный человеку набор одежды и обуви.[11][12]

Полковые цвета до общей табели

Поздний свод Висковатова сохранил выписки из полковых «сказок» — письменных сведений об имуществе и состоянии частей. Они показывают более сложную картину, чем один зелёный кафтан для всей пехоты. Так, в сказке Владимирского пехотного полка, составленной в 1720 году, сообщалось о получении красного сукна в 1703 году: из него изготовили 1527 кафтанов, а из белой ткани — 1120 камзолов и столько же штанов. Разница между числами вещей не позволяет считать запись ведомостью полного одинакового комплекта для каждого человека.[13]

По выписке из сказки Сибирского полка за 1712 год зелёными были кафтаны, епанчи и картузы; в той же записи перечислялись суконные штаны, триповые галстуки, башмаки и чулки. Сведения о Нижегородском полку за 1711 год включали зелёные кафтаны, чёрные шляпы и козлиные штаны. Для Вологодского полка в 1711 году названы серые епанчи, а для Киевского — красные кафтаны и красные епанчи с чёрными шляпами. Это несколько конкретных свидетельств о частях и годах, а не исчерпывающая таблица полковых цветов на всю Северную войну.[13]

Висковатов отмечал, что в одной части могли одновременно находиться кафтаны разных цветов и разные головные уборы. Состав поставок зависел от заготовленных тканей и распоряжений начальства. Поэтому цвет, однажды записанный для полка, нельзя распространять на все последующие кампании. Выписка о красном кафтане определённого года не опровергает позднейшего зелёного образца; она свидетельствует о другой стадии снабжения.[13]

Различались не только основные ткани. В своде перечислены обтяжные суконные, роговые, оловянные и медные пуговицы, с гербами городов и провинций либо без них. Шляпы могли быть обшиты шерстяным шнуром и галуном, а иногда полотном. Для штанов применяли сукно и разные виды кожи. Эти варианты нельзя свести к отличию «парадного» от «походного» костюма без дополнительного документа: ведомость материала сама по себе ещё не сообщает, в каких обстоятельствах вещь носили.[13]

Письменный перечень сообщает цвет тем точнее, чем яснее названы предмет, дата и часть. Он хуже отвечает на вопрос об оттенке: «зелёный», «тёмно-зелёный» и «васильковый» в историческом тексте не являются современными цветовыми кодами. Не всегда ясно и состояние вещи к моменту записи. Поэтому воспроизведение полкового цвета требует сопоставления ведомости с тканями, изображениями и сведениями о сроке службы комплекта.[13]

Головные уборы и гренадерское снаряжение

Наряду со шляпой в полевых войсках употреблялся картуз. Висковатов описывал его каразейную, почти цилиндрическую тулью и откидную опушку из каразеи или байки. Опущенная опушка закрывала уши и часть головы; поднятая меняла силуэт головного убора. Поэтому картуз на рисунке с поднятым отворотом и тот же тип с опущенной опушкой могут выглядеть как разные вещи. В своде его широкое употребление отнесено ко времени до правил 1720 года.[8]

Гренадер отличался от фузилёра не только шапкой. Его снаряжение включало патронную лядунку и отдельную гренадную суму, а ремень ружья позволял перенести оружие за спину при обращении с гранатой. В обычном строю гренадеры действовали ружьём вместе с остальной пехотой. Следовательно, изображение человека с гренадерской шапкой не означает, что единственным или постоянно используемым им оружием была ручная граната.[8]

Для гвардейского гренадера Висковатов описал чёрную кожаную шапку с налобником, задником, медными бляхами и страусовым пером. Парадный вид отличался от походного: в походе шапку покрывали чехлом из чёрной вощанки. Позднее изображение с открытыми бляхами и пером поэтому нельзя без оговорки использовать как изображение походного состояния вещи. Чехол мог скрывать как отделку, так и особенности её цвета.[8]

Армейские гренадерские шапки в том же своде представлены суконными, остроконечными, с налобником, опушкой и гарусной кистью. Их высота не считалась одинаково установленной. Для офицеров описаны бархатные варианты с золотой или серебряной кистью. Различие кожи, сукна и бархата относится к материалу и отделке; оно не даёт основания переносить на каждую раннюю шапку высокий металлический налобник, известный по более поздним мундирам.[8]

Лядунка описана как небольшая патронная сума, носимая спереди у пояса; гренадная сума — как отдельная вещь на перевязи через плечо. Положение ремней и сум меняло вид кафтана в строю. Это объясняет, почему при описании военного костюма недостаточно перечислить только ткани и покрой: надетое поверх одежды снаряжение определяло расположение перевязей, доступ к карманам и заметность отделки.[8]

Музейные предметы представлены в выпуске Бориса Мегорского «Гренадерская шапка» из цикла «Пётр Великий и русская армия».[14]

Различия офицеров и нижних чинов

Гвардейский офицерский костюм Висковатов связывал с общим покроем и цветом полка, но описывал более богатую отделку, шпагу, грудный знак, шарф и древковый партазан. Партазан был офицерским оружием с длинным древком; в своде для него названы Андреевский крест и кисть под наконечником. Шарф носили через правое плечо и завязывали слева, у эфеса шпаги. Эти признаки принадлежали строевому облику командира и отличались от современного обозначения чина на плечах.[9]

Для разных групп гвардейских офицеров в своде перечислены серебряные и золотые кисти, шёлк с серебряными и золотыми нитями и разная отделка грудных знаков. Это система нескольких видимых признаков, а не одного предмета, одинаково обозначавшего все чины. Шпажный темляк — прикреплённая к эфесу петля с кистью — также участвовал в оформлении офицерского костюма. Вне строя положение портупеи могло отличаться: Висковатов описывал её ношение под камзолом с выведенной наружу шпагой.[9]

На армейские части этот гвардейский порядок нельзя переносить целиком. Висковатов прямо отмечал разнообразие офицерских цветов, в том числе отличие от одежды рядовых своего полка. В его изложении правила 1720 года не определили одинаково все цвета и формы армейских офицерских вещей; специальное предписание об их покрое и цветах он связывал уже с указом Военной коллегии 30 ноября 1727 года. Этот указ относится к следующему царствованию и не должен использоваться как доказательство общего офицерского стандарта при Петре I.[9]

Отделка нижних командных чинов тоже имела различия. Для пехотных полевых и гарнизонных частей Висковатов называл узкий золотой галун на воротнике, обшлагах и шляпе, а для кавалерийских — на шляпе. Сходный по виду галун поэтому не всегда означает один и тот же чин: значение зависит от рода войск, места нашивки и даты описания. Цвет кафтана без этих признаков тем более не устанавливает положение человека в полку.[9]

Вещи для рядовых и многих нижних служебных чинов строились за счёт удержаний из жалованья. Тот, из чьего жалованья мундирных денег не вычитали, должен был изготовлять одежду за собственный счёт. Казённый способ снабжения и личный заказ создавали разные возможности выбора ткани и отделки. При этом само наличие дорогого материала не доказывает свободного выбора всего покроя: принадлежность вещи к офицерскому гардеробу следует устанавливать по происхождению и документам.[12]

Драгуны и конное снаряжение

Драгунский костюм объединял одежду западноевропейского покроя с принадлежностями конной службы. Широкие верхние раструбы сапог и шпоры отличались от башмаков с чулками, необходимых в пешем строю. В описании Висковатова офицерские сапоги имели медные шпоры, тогда как для нижних чинов поздней петровской полевой кавалерии названы железные. Такое различие относится к конкретному описанию снабжения; нельзя определять чин по цвету металла на любом случайном изображении.[15]

Пистолеты помещались в ольстры — седельные кобуры, закрытые чушками. Чапрак покрывал седельную часть конского убора. По Висковатову, офицерские чапраки и чушки делали из сукна или бархата, а их ранние цвета и украшения не были одинаково определены. Поэтому оформление седла в офицерском портрете может показывать индивидуальный заказ и статус, не совпадая с вещами, выданными рядовым того же полка.[15]

Ружьё, палаш, лядунка и перевязи дополняли одежду драгуна; в табели, приведённой в своде для 1720 года, отдельно перечислены седло, перемётная сума и пистолетная ольстра. Перемётная сума относилась к конскому снаряжению, а не была карманом кафтана. На конном изображении часть носимого имущества могла лежать у седла; на пешем — располагаться иначе. Поэтому силуэт драгуна в конном строю не воспроизводит всех деталей его пешего комплекта.[15]

Материалы драгунских вещей до общей табели также различались. В примечании 42 Висковатов приводит сведения о заготовках 1711 года: картузы нескольких цветов, пуховые и шерстяные шляпы, кафтаны тёмно-зелёные, светло-зелёные, васильковые, синие, белые и сермяжные; камзолы из сукна и кожи; разные кожаные и суконные штаны. Это сведения о приготовленных вещах. Они не устанавливают, что каждый перечисленный вариант был одновременно выдан каждому полку.[15]

В той же группе выписок приведён отпуск в Московский драгунский полк в 1712 году: белые кафтаны с синими обшлагами и подкладкой, козлиные камзолы, лосинные штаны и красные епанчи с синей подкладкой. Эта запись важна именно своей датой и адресатом. Синие кафтаны, известные по поздней табели, нельзя задним числом считать единственной одеждой московских драгун в начале войны.[15]

Артиллеристы и бомбардиры

Военный костюм артиллерии имел общий европейский покрой, но свои сочетания цветов и головных уборов. Висковатов описывал у нижних чинов красные кафтаны с синими или васильковыми обшлагами, подкладкой и оторочкой петель; красные камзолы и штаны; синие епанчи. Он также называл чёрные триповые галстуки и синие либо сине-белые полосатые чулки. Сам автор оговаривал скудость сохранившихся сведений, поэтому эту схему следует понимать как описание по его источникам, без предположения о полном единообразии всех артиллерийских служащих.[10]

Бомбардирская шапка в своде сопоставлена с кожаной гвардейской гренадерской, но описана без пера и задника, с медными изображениями горящих гранат. Для прочих артиллерийских чинов названы шляпы или картузы по распоряжению начальства. Поэтому головной убор бомбардира не следует приписывать каждому человеку, служившему при пушках, в инженерной или понтонной команде.[10]

У артиллерийских офицеров в описании красные кафтан, камзол и штаны сочетались с синей епанчей, белыми галстуком и чулками, позолоченными пуговицами и золотым галуном на шляпе. Шпага и шарф следовали офицерскому образцу. После изменения общего покроя Висковатов отмечал добавление воротников: синих у нижних чинов и красных у офицеров, а также изменение карманных клапанов. Это уточняет различие между общим покроем армии и отдельными артиллерийскими цветами.[10]

Костюм бомбардира был связан с носимым вооружением и сумами. В своде названы шпага на портупее, пистолет, ручная мортирка, гренадная сума и лядунка. Описывая изображение, важно различать эти предметы и детали одежды: перевязь не является отворотом кафтана, а блестящая бляха на суме не обязательно относится к нагрудному офицерскому знаку. Артиллерийские фузилёры, напротив, имели оружие и снаряжение, сопоставленное с пехотным.[10]

Правила 1720 года и изменение комплекта

Висковатов связывал новые правила обмундирования с высочайшим утверждением 9 февраля 1720 года. В его изложении к кафтанам добавили небольшие отложные воротники, зубчатые карманные клапаны заменили угловыми с тремя пуговицами и отменили картузы. Эти изменения касались разных деталей одного комплекта. Наличие только одной из них на изображении ещё не устанавливает точный год вещи: потребуется проверить, насколько надёжны дата изображения и история его создания.[16]

Описанные в своде сочетания цветов различались у гвардии, полевой пехоты и драгун. У преображенских нижних чинов тёмно-зелёными названы кафтан, камзол, штаны и епанча; воротник, обшлага и подкладка кафтана — красными. У семёновских нижних чинов кафтан, камзол и штаны тоже тёмно-зелёные, но воротник кафтана светло-синий или голубой, а епанча светло-синяя; обшлага и подкладка кафтана красные. Поэтому привычный голубой семёновский кафтан раннего периода нельзя без проверки переносить на схему, которую автор приводит для 1720 года.[16]

Для полевой пехоты свод указывает тёмно-зелёный кафтан с красными воротником, обшлагами, оторочкой петель и подкладкой; камзол и штаны красные. Для полевых драгун названы синий кафтан с белыми соответствующими деталями, лосинные камзол и штаны, сапоги со шпорами. Белые чулки у драгун оговорены для пешей службы. Во всех этих случаях речь идёт о предписанном наборе в изложении Висковатова, а не о доказанной одновременной выдаче каждого предмета всем частям.[16]

Часть и категория в описании правил 1720 года Верхняя одежда Камзол и штаны Особенности
Преображенский полк, нижние чины Тёмно-зелёный кафтан с красными деталями; тёмно-зелёная епанча Тёмно-зелёные Белые галстук и чулки
Семёновский полк, нижние чины Тёмно-зелёный кафтан с голубым воротником и красными обшлагами; голубая епанча Тёмно-зелёные Цвет воротника отличается от цвета обшлагов
Полевая пехота, нижние чины Тёмно-зелёный кафтан с красными деталями Красные В табели отдельно учитывается красная епанча с синими деталями
Полевые драгуны, нижние чины Синий кафтан с белыми деталями Лосинные Сапоги со шпорами; чулки для пешего строя
Гарнизонная пехота, нижние чины Тёмно-зелёный строевой и серый рабочий кафтаны Казённый камзол не предусмотрен Отдельный состав выдачи и сроки службы вещей

Таблица передаёт различия категорий, описанных в своде, и не распространяется на всех офицеров, иррегулярную конницу или морских служителей. Гвардейские вещи, по Висковатову, отличались от армейских также качеством ткани и отделкой гренадерских шапок. Даже при общей конструкции кафтана материальный уровень комплекта мог быть разным.[16]

Гарнизонная и рабочая одежда

Гарнизонный комплект нельзя считать только более старым вариантом полевого. Висковатов отдельно описывает строевой кафтан и рабочий кафтан из сермяжного сукна. Рабочая вещь не имела воротника и обшлагов и застёгивалась пятью продолговатыми кожаными пуговицами на петли из тесьмы. В казённом наборе для гарнизонной пехоты камзол и галстук не предусматривались. Это различие состава выдачи, а не основание утверждать, что военнослужащий никогда не имел других вещей.[17]

Для ног, наряду с башмаками, названы рабочие сапоги до колен из нечернёной кожи — «упаки». Их назначение и материал отличались от внешнего вида сапог со шпорами полевого драгуна. У гарнизонных драгун в своде также перечислены рабочий кафтан и сапоги без шпор. Так служба в гарнизоне и работа отражались не только на износе, но и на самом предписанном наборе предметов.[17]

В таблицах свода остзейские и внутренние гарнизоны выделены отдельно. Для остзейской пехоты указаны строевой и рабочий кафтаны со сроком четыре года, козлиные штаны на три года, башмаки, упаки и чулки на год. Епанчи учтены как полковая выдача по сто штук на полк. Эти сто вещей нельзя превращать ни в одну епанчу на каждые сто человек, ни в гарантированную личную епанчу каждого солдата.[17]

Пояснительный текст и собственно строки табели нужно читать вместе. Отдельная строка о стоимости на одного человека может означать расчёт доли расхода, а не выдачу целой вещи каждому. В гарнизонном случае это особенно заметно по епанчам: полковое количество и стоимость в пересчёте на человека — разные величины. Для внутреннего гарнизона в соответствующем перечне епанча вообще не стоит среди тех же личных предметов.[17]

Ткань, подкладка и срок службы

В приведённой Висковатовым табели для армейского пехотного фузилёра отдельно считались ткань верха и отделки, каразея для подкладки, крашенина для внутренних частей, пуговицы и другие принадлежности. На зелёную основную ткань кафтана назван расход три аршина семь вершков; красная ткань воротника, обшлагов и оторочки петель учитывалась отдельно. Эти числа обозначают расход материала на вещь. Их нельзя принимать за длину готового кафтана или ширину всего куска ткани.[12]

Нормы расхода приводились вместе с шириной ткани. Это позволяло сопоставлять заготовку и раскрой, поскольку длинный узкий кусок и короткий широкий не дают одинакового количества деталей. Поэтому любое сравнение расходов — например, венгерского кафтана 1700 года и позднего армейского — требует знать сорт и ширину сукна, конструкцию вещи и то, включена ли в число ткань отделки. Простое сравнение пяти, восьми и трёх с дробью аршин не доказывает соответствующего уменьшения размеров одежды.[12][6]

Для полевой пехоты в таблице установлены разные сроки: шляпа на два года, кафтан, камзол и штаны на три, епанча на три с половиной. Башмаки, чулки, рубахи и порты считались по годовой выдаче; для башмаков и чулок перечислены две пары, для рубах и портов — по две вещи. Следовательно, выражение «смена мундира» не обязательно означает замену всех частей гардероба в один день. У каждого предмета был свой расчётный срок.[12]

У полевого драгуна кафтан тоже указан на три года, но лосинные камзол и штаны — на шесть лет, сапоги со шпорами — на два с половиной года. Гарнизонные сроки в тех же таблицах отличаются от полевых. Срок службы в табели является нормой учёта: он не доказывает, что вещь сохранялась исправной всё это время, и не устанавливает фактическую дату её замены в каждом полку. Для такого вывода нужны сведения о выдаче, ремонте и состоянии имущества.[12]

Поэтому цена полного перечисленного набора и ежегодный расход на него также различались. Годовой расчёт распределял стоимость вещей по назначенным срокам, тогда как сумма комплекта складывалась из нескольких разновременных выдач. Историческую цену нельзя без пояснения сравнивать с жалованьем за один месяц: это разные периоды и разные формы учёта. Табель говорит о денежных и материальных нормах, а полковая ведомость — о конкретном поступлении вещей.[12]

Парадная одежда кавалергардов 1724 года

Особый пример составляет кавалергардский костюм для коронации Екатерины I в 1724 году. В изложении Висковатова зелёный кафтан с красными обшлагами, красные камзол и штаны сочетались с позолоченными пуговицами и золотым галуном. Поверх кафтана надевали красный супервест — особую верхнюю принадлежность с вышитыми изображениями: Андреевской звездой на груди и двуглавым орлом на спине. Таким образом, часть наиболее заметных знаков находилась на надетом сверху предмете, а не на самом кафтане.[18]

Шляпа имела золотой галун, белый ленточный бант и бело-красные перья. Перчатки были лосинными, с раструбами и галуном по краю; галстук — белым; сапоги — со шпорами. Позолоченные металлические детали, красный бархат на портупее и перевязях, вышитые вензеля на принадлежностях конского убора создавали общий церемониальный ансамбль. Этот дорогой набор нельзя считать обычным походным обмундированием русской кавалерии.[18]

Висковатов отдельно описывал литаврщика и трубачей с галунами по швам одежды, а также украшенные инструменты и их принадлежности. Вид музыканта в такой процессии отличался от вида рядового кавалергарда, хотя основные материалы и символы связывали их в одну группу. Для определения изображения важны и собственно одежда, и место человека в церемонии, и предметы, которые он держит.[18]

В примечании к этому описанию автор свода ссылался на опись убора, поступившего в Мундирную контору в 1724 году, историю кавалергардского полка и изображение 1728 года. Последнее он использовал для сравнения, отмечая различия вензелей. Следовательно, даже подробное изображение в его издании представляет результат исторического сопоставления источников; оно не становится непосредственным рисунком участника коронации только потому, что подпись называет 1724 год.[18]

Сравнительный материал по шведской армии

Для реконструкции русского военного костюма Северной войны полезен не только русский корпус. Шведская армия того же конфликта сохранила богатый комплекс письменных, изобразительных, музейных и археологических источников, который позволяет сравнивать темп унификации, реальные переходные варианты и способы снабжения.

Сергей Шаменков в исследовании Charles XII’s Karoliners. Volume 1 сопоставляет документы, сохранившиеся предметы, археологические находки и иконографию по шведской пехоте и артиллерии. Для шведского костюма различимы старая модель 1687 года, переходные варианты и изменения, связываемые с моделью 1706 года; отдельно разобраны головные уборы, гренадерские шапки, офицерская форма и солдатское снаряжение.[19]

Такое сравнение не означает прямого заимствования шведских деталей в русскую реконструкцию. Оно полезно методически: армии одного времени и одной войны показывают, насколько осторожно следует обращаться с понятием «образец», как долго сохранялись переходные вещи и почему нормативный мундир не равен внешнему виду каждого солдата в конкретной кампании.

Военная реконструкция

Современная реконструкция воспроизводит наиболее вероятный комплект на основании выбранного корпуса источников. Она особенно полезна для проверки покроя, свободы движения, размещения снаряжения и взаимодействия одежды с оружием. Однако изготовленный комплект остаётся исследовательской моделью. Материал, ручной шов и внешняя правдоподобность не превращают гипотезу в подлинный предмет XVIII века.

Зрелое описание военного костюма должно ясно разделять документально установленное, вероятную реконструкцию и детали, известные только по поздней традиции.

Связанные статьи

Примечания

  1. ↑ Татарников К. В. Русская полевая армия 1700–1730. М., 2008. https://www.reenactor.ru/ARH/PDF/Tatarnikov.pdf
  2. ↑ Висковатов А. В. Историческое описание одежды и вооружения российских войск. Ч. 2. СПб.: Издание Главного интендантского управления, 1899. С. 14–49. Первоначальное издание этой части вышло в 1841 году.
  3. ↑ Метелкина А. Г. Иллюстраторы «Исторического описания одежды и вооружения российских войск». Доклад на баталическом семинаре в Российской национальной библиотеке, 3 февраля 2026 года. История. Главное. Опубликованный литературный текст.
  4. ↑ 4,0 4,1 4,2 Мегорский Б. В. Русский мундир первых лет Северной войны в свидетельствах иностранцев // История военного костюма: от древнего мира до наших дней. Материалы III Международной военно-исторической конференции. СПб., 2018. С. 78–86.
  5. ↑ Шаменков С. И. Венгерское платье пехотных полков армии Петра Великого // История военного дела: исследования и источники. 2012. Т. I. С. 421–463; Венгерское платье пехотных полков армии Петра Великого. 1699–1703. Часть вторая. 2013. Т. III. С. 466–490.
  6. ↑ 6,0 6,1 6,2 Шаменков С. И. Венгерское платье пехотных полков армии Петра Великого // История военного дела: исследования и источники. 2012. Т. I. С. 425–426.
  7. ↑ 7,0 7,1 Шаменков С. И. Венгерское платье пехотных полков армии Петра Великого. 1699–1703. Часть вторая // История военного дела: исследования и источники. 2013. Т. III. С. 466–469.
  8. ↑ 8,0 8,1 8,2 8,3 8,4 8,5 Висковатов А. В. Историческое описание одежды и вооружения российских войск. Ч. 2. СПб., 1899. С. 17, 23–24, 27–28, 34, 43.
  9. ↑ 9,0 9,1 9,2 9,3 9,4 Висковатов А. В. Историческое описание одежды и вооружения российских войск. Ч. 2. СПб., 1899. С. 21–23, 28–31, 35–36, 43.
  10. ↑ 10,0 10,1 10,2 10,3 10,4 Висковатов А. В. Историческое описание одежды и вооружения российских войск. Ч. 2. СПб., 1899. С. 32–34, 46–47; приложение, примечания 50–52, 61.
  11. ↑ 11,0 11,1 11,2 11,3 11,4 11,5 Висковатов А. В. Историческое описание одежды и вооружения российских войск. Ч. 2. СПб.: Издание Главного интендантского управления, 1899. С. 15–17. Поздний исторический свод; текстовое воспроизведение издания.
  12. ↑ 12,0 12,1 12,2 12,3 12,4 12,5 12,6 Висковатов А. В. Историческое описание одежды и вооружения российских войск. Ч. 2. СПб., 1899. С. 36–43.
  13. ↑ 13,0 13,1 13,2 13,3 13,4 Висковатов А. В. Историческое описание одежды и вооружения российских войск. Ч. 2. СПб., 1899. С. 27–28; приложение, примечание 39. Выписки из полковых сказок и ведомостей приведены автором свода; исходные архивные книги отдельно здесь не цитируются.
  14. ↑ Мегорский Б. Пётр Великий и русская армия. Гренадерская шапка // История. Главное. Выпуск об экспонатах одноимённой выставки Военно-исторического музея артиллерии, инженерных войск и войск связи.
  15. ↑ 15,0 15,1 15,2 15,3 15,4 Висковатов А. В. Историческое описание одежды и вооружения российских войск. Ч. 2. СПб., 1899. С. 29–31, 35, 38–39, 43–45; приложение, примечания 42–43.
  16. ↑ 16,0 16,1 16,2 16,3 Висковатов А. В. Историческое описание одежды и вооружения российских войск. Ч. 2. СПб., 1899. С. 34–43. Изложение правил и таблиц 1720 года в историческом своде XIX века.
  17. ↑ 17,0 17,1 17,2 17,3 Висковатов А. В. Историческое описание одежды и вооружения российских войск. Ч. 2. СПб., 1899. С. 35, 40–43.
  18. ↑ 18,0 18,1 18,2 18,3 Висковатов А. В. Историческое описание одежды и вооружения российских войск. Ч. 2. СПб., 1899. С. 47–49; приложение, примечания 66–68. Описание парадного убора для коронации 1724 года.
  19. ↑ Shamenkov S. I. Charles XII’s Karoliners. Volume 1: The Swedish Infantry & Artillery of the Great Northern War 1700–1721. Helion & Company, 2022. Перевод с украинского на английский — Dmitry Leonidovich Chugainov. Helion.
Источник — https://wiki.histglav.ru/index.php?title=Русский_военный_костюм_1700–1725_годов&oldid=15577